Илья Кабаков: картины и их описание. Художник Кабаков Илья Иосифович. Кабаков картины


картины и их описание. Художник Кабаков Илья Иосифович

Хорошо быть художественным критиком в эпоху Интернета и абстрактных никнеймов - никто не узнает подлинного имени, можно не сдерживать себя, ведь всё так ясно и понятно – все они рвачи и халтурщики! Вот, например, концептуалист Илья Кабаков. Картины, графика, инсталляции – некоторые вещи не похожи ни на что на свете, а стоят миллионы, - всё ясно!

Илья Кабаков, картины

Но некоторым ценителям стоит унять свой ломающийся голос, а лучше попасть на выставку этого мастера. И если смотреть по-настоящему открытыми глазами, можно увидеть удивительный, неисчерпаемый мир, то полный юмора и иронии, то звенящий болью за людей, живших и живущих в этой непостижимой стране…

14 лет учёбы

Но сначала была долгая учеба профессии. Кабаков Илья Иосифович родился в 1933 году в Днепропетровске, в семье слесаря и бухгалтера. Во время войны они с матерью оказались в Самарканде, куда был эвакуирован из Ленинграда Институт имени Репина. В детской художественной школе при этом институте и начал учиться Илья. После войны Кабакова перевели в Московскую среднюю художественную школу, которую он окончил в 1951 году и поступил в лучший художественный вуз страны – Суриковский институт, на графическое отделение. Он выбрал специализацию по искусству книги у профессора Дехтерева.

В сегодняшних воспоминаниях мастера, полных самоиронии и мистификаций, можно встретить его легкомысленное отношение к своим занятиям по оформлению детских книг, которыми он занялся после окончания института в 1957 году. Он называет их лишь способом добычи средств для пропитания, которому он уделял небольшую часть времени и усилий. Печатная продукция для детей была особенно проникнута идеологическими штампами и догмами, и якобы поэтому сделать в ней что-то интересное было невозможно.

Это представляется легким лукавством: качество книг издательства «Детская литература», журналов «Мурзилка», «Веселые картинки» многими вспоминается с восторгом не только из-за возрастной ностальгии. Илья Кабаков – художник, создавший иллюстрации к стихам Маршака, сказкам Шарля Перро, историям о Питере Пене. В этих явно неакадемических работах ясно видны свобода, новизна и фантазия. Очень интересно оформление научно-познавательных детских книжек: "Чудеса из дерева" (1960), "Глина и руки" (1963), "Океан начинается с капли" (1966) Е. Мара, "Сказ про газ" Е. Пермяка (1960), "Хитрая точка" (1966).

Мастерская под крышей «России»

С конца 60-х годов в Москве образовалось общество художников-нонконформистов под названием «Сретенский бульвар». В него входил и Илья Кабаков. Картины художников этого дружеского объединения сильно отличались от официально одобренной живописи.

Возможность собираться вместе появилась во многом благодаря Кабакову. Работа для издательств приносила неплохие деньги, и у художника появилась собственная мастерская. Он называет мистической историю, как он нашел помещение под крышей бывшего доходного дома «Россия» на Сретенском бульваре и согласовал с властями оборудование там студии.

Работы Ильи КабаковаРаботы Ильи Кабакова, Юло Соостера, Эрика Булатова, Олега Васильева и других выставлялись на неофициальных выставках в Москве и за рубежом, олицетворяя альтернативное искусство СССР эпохи оттепели. Но грубая реакция на абстрактное искусство со стороны главных «художественных критиков» страны привела к торжеству одного только соцреализма.

До появления собственной студии «работы для себя» представляли собой графические листы в стиле абстрактного экспрессионизма и альбомы небольшого формата. Позднее стали появляться и живописные полотна большего формата: «Голова с шаром» (1965), «Трубка, трость, мяч и муха» (1966), «Автомат и цыпленок» (1966).

Текст как живописное средство

Илья Кабаков, картины которого стали содержать все больший философский подтекст, стал одним из лидеров концептуалистов. Серия «белых» картин огромного размера – «Бердянск спит» (1970), «A Man and Small House» (1970) - вызывали мысли об условиях восприятия новой живописи, о взаимодействии зрителя и художника. Движению в этом направлении служат эксперименты художника с введением в пространство картины текста. Первые такие работы - «Где они?» (1970), «Всё о нём» (1970), «Ответы экспериментальной группы» (1970) - представляют собой различные предметы из реального быта московских коммуналок с текстовыми комментариями, часто псевдозначительными пародиями на официальные инструкции или объявления.

Илья Кабаков художникТекст использует и позднее Илья Кабаков. «Номер люкс» (1981) - картина, которая представляет собой вид гостиничного номера с наложенной на изображение рекламой путешествия по черноморским курортам.

Концептуальными произведениями являются и изобретенные Кабаковым альбомы, ставшие предтечей инсталляций. Такие альбомы – сплав скульптуры, иллюстрации, литературы, театра – строятся вокруг одной темы или переживания персонажа, выраженных визуальными и текстовыми средствами. Наблюдение за нанизыванием друг на друга значительных или бессмысленных событий завораживает. Оно впечатляет или завершенностью, или открытостью в любом направлении времени и пространства.

Кабаков Илья Иосифович

Илья Кабаков – художник-график, иллюстратор, шрифтовик. В таких альбомах наиболее точно прослеживается суть его деятельности. Самый известный альбом – «Десять персонажей» (1970-74).

Война и мир коммуналок

Социальные условия советской эпохи – главный объект исследований для творчества Кабакова. Угнетающее влияние господства одной идеологии нашло выражение в таких работах, как «Проверено!» (1981) и «Супермаркет» (1981). Войны соседей по коммуналкам за воздух и дополнительную площадь – тема «жэковских» композиций «Вынос мусора» (1980), «Воскресный вечер» (1980). В «Кухонной серии» того же периода привычные предметы кухонной утвари наделяются неким высоким художественным значением, культурным смыслом, часто отделённым от функциональности.

Таким смыслом наполняется и обычный бытовой мусор в последующей инсталляции «Человек, который никогда ничего не выбрасывал» (1985). В ней можно увидеть и глобальные рассуждения о смысле человеческой деятельности, о привычке к безрассудному хранению нужного и ненужного или, наоборот, пересмотру истории с подгонкой прошлого под нужды современной политики.

Тотальные инсталляции

В 1987 году Кабаков Илья Иосифович эмигрирует на Запад. Здесь он получает возможность доступа к большим выставочным пространствам. «Тотальные инсталляции» - так называет Илья Кабаков картины и объекты, занимающие большие пространства и объединенные общим глобальным замыслом.

Илья Кабаков, жукСамой известной стала инсталляция «Человек, улетевший в космос из своей квартиры», во многом символическая для судьбы самого художника. В центре небольшой комнатки со стенами, оклеенными советскими плакатами, укреплено нечто, похожее на рогатку. Пролом в потолке, комментарии и описание комнаты как места происшествия - всё доказывает реальность экстраординарного события: некий изобретатель с помощью хитроумной катапульты, пробив потолочное перекрытие своим телом, вышел в околоземное пространство – тело-то не нашли…

Видеть в таком объекте только стёб и насмешку над строем неверно. Так же, как и в инсталляции «Туалет» (1992), найти лишь злопыхательскую аналогию общественного туалета как привычных условий жизни в целой стране. Этот арт-объект поражал особенно западного зрителя, считающего приватность жилого пространства естественной потребностью нормального человека.

«Красный вагон» (1991), «Мост» (1991), «Жизнь мух» (1992), «Мы здесь живем» (1995) – тотальные инсталляции, принесшие Кабакову славу. Они экспонируются в музеях США и Европы, а объединенные в выставки типа «Дворец проектов» (1998, Лондон) и «50 инсталляций» (2000, Берн) представляют творчество Кабакова явлением мировой культуры.

Жена и соавтор

Кабаков любит расцвечивать жизнь мистификациями. К таким выдумкам были склонны периодически появлявшиеся художники Шарль Розенталь, Игорь Спивак, Степан Кошелев. С ними Кабаков вступал в творческое сотрудничество, про них он даже писал статьи в стиле занудных искусствоведов.

С 1989 года художник обретает настоящего соавтора – Эмилию Леках. Она становится его женой и берет на себя решение многих организационных и финансовых вопросов, оставляя мастеру больше времени на творчество. А таких вопросов становится всё больше, потому что интерес к творчеству Кабакова растет. Пример тому – аукцион Phillips de Pury & Company. В 2007 году там был выставлен лот «Илья Кабаков. «Номер люкс». Картина была куплена за 2 млн фунтов стерлингов, и Кабаков становится самым дорогим современным российским живописцем.

Илья Кабаков, номер люкс

В 2008 году это подтверждают очередные торги на том же аукционе. Очередной лот - «Илья Кабаков, «Жук» (1982)», и очередной рекорд – 2,93 млн £.

Способность удивляться

Считать доллары и фунты необходимо - таков нынешний мир. Но хочется, чтобы в нём выжила эта банальная идейка, что не в деньгах счастье. Оно в существовании таких художников, в их труде и таланте. Человечество будет состоять из людей, а не из животных, пока оно способно удивляться и радоваться искусству.

fb.ru

Илья Кабаков | Art Узел

С 1956 года Илья Кабаков начал иллюстрировать книги для издательства «Детгиз» (с 1963 года – «Детская литература») и для журналов «Малыш», «Мурзилка», «Веселые картинки». Именно книжная иллюстрация дала Кабакову выход из академизма.

В 1965 начинает участвовать в выставках. Делит мастерскую с одним из ярких представителей сюрреализма Ю. Соостром. В ней собираются люди неофициальной культуры, она становится местом встреч и дискуссий. Именно эта публичная роль кабаковской мастерской сыграла большую роль в формировании московского концептуализма. Позднее Кабаков начинает записывать свои воспоминания о жизни арт-сообщества того времени («60-е – 70-е… Записки о неофициальной жизни в Москве». Вена, 1999).

В серии "Душ" (1964) сначала появляется рисунок человека под  душем, затем фигура становится «модулем» со своим окружением – появляются математические, физические формулы, разные возможности истекания воды из душа. В 1965 году эта серия была выставлена в Италии, что поссорило его с советским правительством. На рисунках изображен человек, стоящий под лейкой душа, но вода, которая из нее выливается, не касается его. По мнению критиков, эта работа символизировала недостаток материальных ресурсов при коммунистическом режиме, и они окрестили Кабакова голосом антисоветского поколения. Но Кабаков придерживался точки зрения, близкой к точке зрения Самюэля Беккета, утверждая, что он просто изобразил человека, который постоянно чего-то ждет.

 "Рука и репродукция Рейсдаля"  (1965) – идея плохой вещи, в коробе – плохая репродукция и пластмассовая рука. Это та же эстетическая операция, что и у Дюшана – изменить конвенцию природы эстетического знака. Кабаков данной работой утверждает, что графическое мастерство возможно, но не нужно. 

В 1970-е годы — член объединения художников «Сретенский бульвар» (Москва).

Кабаков (одновременно с Пивоваровым) придумал новый жанр – альбом – набор листов с рисунками и текстами.

 С 1970 по 1976 годы Кабаков нарисовал 55 альбомов для серии "Десять персонажей". Первым альбомом стал "Полетевший Комаров". Цикл, впоследствии названный журналистами "концептуалистским комиксом", создавался специально для домашнего просмотра: это был нонконформистский, неофициальный проект.

 В 1972 году Кабаков создает работу "Ответы экспериментальной группы", есть мнение, что эта работа вообще самое первое произведение советского концептуализма. В ней уже нет никаких картинок, а только записанные аккуратным почерком фразы. Игра с языком — это уже, действительно, чистый концептуализм, такой, каким он был в это время и на Западе. Но кабаковская работа тесно связана с окружавшей его советской культурой. Это пародия на эстетику объявлений, таблиц и расписаний. Местоимение «он» - повторяющийся элемент во всех ячейках таблицы. Каждый раз моделируется какой-то отдельный «он». Текст вытеснил изображение, но оно не исчезло совсем, оно осталось как виртуальность. 

В 1980 году Кабаков стал меньше заниматься графикой и сосредоточился на инсталляциях, в которых использовал обычный мусор и обыгрывал жизнь и быт коммунальных квартир. В 1982 году Кабаков придумал одну из своих самых знаменитых инсталляций – "Человек, который улетел в космос из своей комнаты", законченную к 1986 году. Впоследствии такие масштабные проекты он стал называть «тотальными инсталляциями». 1970-е, когда Кабаков запускает из самодельной катапульты маленького человека из коммуналки в Космос – это вообще-то расцвет позднесоветской фантастики: Тарковский снимает «Солярис», но вместе с тем это и время, когда советская идеология утрачивает свой утопический потенциал, а космос из стремительно вспыхнувшего будущего становится частью отживающей системы. Индивидуальный побег в космос совершается втайне, как личный проект, персональная утопия безымянного сумасшедшего. Комнатка улетевшего в космос решена в жанре документального свидетельства, где не сдвинута ни одна деталь с места, не смахнута на одна крошка: завораживающий эффект остановленного времени. Зияющая дыра в потолке – знак разрыва, и Кабаков строит свою систему изобразительного пространства на разрыве между реальностью и мечтой – абсолютной белизной свободного сияния белого. Того белого поля листа, которое притягивает к себе зрителя в ранних альбомах художника. 

Мушиные работы у Кабакова особенно часто встречаются в 80-х и 90-х. Борис Гройс считает, что в творчестве художника мухи играют роль ангелов. Но если это и ангелы, то скромные и ни на что не претендующие ангелы атеистической эпохи застоя. Любимая Кабаковым форма вопроса-ответа ("Чья эта муха?" — "Это муха Николая") отсылает нас к учебникам по иностранному языку, где и Анна Евгеньевна Королева, и Сергей Михайлович Хмельницкий — это безличные имена, фамилии и отчества, выдуманные автором. Муха Кабакова – знак ничтожности и тупой неизменности быта. Попадая в центр внимания двух случайных коммунальных соседей, она провоцирует их на разговор, не значащий ничего. Реплики буквально зависают в пространстве, обозначая бессмысленность происходящего.

Если Кабаков берется за кисть и пишет маслом, то он никогда не делает этого от своего имени — вместо этого он выдумывает себе лирических героев или персонажей. Например, серия картин "Праздники" (1987) как будто бы написана воображаемым соцреалистом-халтурщиком. Уборка урожая, быт молодой семьи и другие сюжеты из советской иконографии как будто сделаны для какого-нибудь праздничного стенда в ДК. Но праздничного ощущения нет, поскольку по неким причинам холсты пролежали в мастерской много лет и краски потускнели. Тогда этот воображаемый художник наивно украсил поверхность холстов цветными фантиками, надеясь оживить картины. Кабакову эти фантики, понятное дело, нужны, только чтобы сильнее обострить отчужденность от официальной советской живописи.

В 1987 году Кабаков получил первый зарубежный грант – от австрийского объединения Graz Kunstverein — и построил в Граце инсталляцию "Ужин". Год спустя он устроил первую «тотальную инсталляцию» из проекта "Десять персонажей" в нью-йоркской галерее Рональда Фельдмана и получил стипендию французского министерства культуры. В 1989 году Кабакову дали стипендию в фонде DAAD (Германская служба академических обменов), и он переехал в Берлин. С этого времени он постоянно работал за пределами сначала СССР, а потом России.

С начала 1990-х годов у Кабакова прошли десятки выставок в Европе и Америке, в том числе в таких крупных музеях, как парижский Центр Помпиду, норвежский Национальный центр современного искусства, нью-йоркский музей современного искусства, кельнский Кунстхалле, а также на Венецианской биеннале и на выставке Documenta в Касселе. 1990-е годы стали временем признания художника: в это десятилетие он получил награды от датского, немецкого и швейцарского музеев, титул кавалера Ордена искусств и литературы от французского министерства культуры.

Одна из ранних эмигрантских инсталляций Кабакова "Красный вагон" (1991) была сделана для дюссельдорфского Кунстхалле. Кабаков умело создавал тотальный образ необыкновенной и пугающей страны, из которой он прибыл. И его проекты для европейских и американских музеев рассчитаны именно на пересказ советского опыта западному зрителю. «Вагон» следовало читать как метафору трех ступеней развития советской культуры, как ее понимал Кабаков. На входе в вагон стоит сложная, напоминающая конструкции Лисицкого лестница, идущая в небо, — это стремящаяся в будущее утопия авангарда. Внутри вагона темно, вместо окон висят соцреалистические холсты и играют бравурные сталинские марши 30–40-х годов — это искусственная ширма социалистического реализма. А на выходе из вагона валяется груда мусора, оставшаяся от постройки вагона, — это послевоенные руины сталинской культуры.

Если «Человек, улетевший в космос» — это фантазия о побеге в прекрасное и свободное будущее, то "Туалет" (1992) — это уже ретроспективный взгляд из «нормального настоящего» в сюрреалистическое прошлое. Сравнение советской жизни с уютно обустроенным общественным сортиром — благодаря своей предельной понятности — пользовалось в западных музеях огромным успехом.

Получив на Западе ресурсы для конструирования целых миров, Кабаков дал волю своим демиургическим амбициям и немедленно сделался повелителем мух - "Жизнь мух" (1992). Он развил тему, которая встречалась у него до того только в рисунках, до настоящего монументального эпоса. Это было уже не одинокое маленькое насекомое, а целая мушиная цивилизация со своей историей и таинственными законами, по которым строились траектории полетов мух, способных образовывать в пространстве отдающие эзотерикой фигуры.

"Игра в теннис" (1996) – в теннис Кабаков играл два раза. В первый раз с художником Павлом Пепперштейном, концептуалистом младшего поколения. А второй раз — с философом Борисом Гройсом, который изобрел термин «московский романтический концептуализм». Оба были его давними друзьями и собеседниками. Работа, ясное дело, не про спорт, а про интеллектуальное соперничество и состязание остроумий. В теннис никто из участников играть не умел — зато в беседах  об искусстве все были большие профессионалы. На черных досках мелом были записаны умные диалоги Гройса и Кабакова — а по итогам подач подводился счет.

Кабаков рассказывал, что, когда он рисовал детские иллюстрации на незнакомую тему — скажем, когда надо было изобразить эскимосский чум или какое-нибудь тракторное производство, — он представлял себе свой предмет так, как будто он смотрит на него сверху, из космоса. Затем, спускаясь в своем воображении все ниже, он мог уже рассмотреть и зарисовать детали. Привычка смотреть на все с точки зрения верховного существа осталась у Кабакова и в искусстве. Знаменитый "Табурет" (2001) сделан именно с этой позиции.

В 2000-е годы художник стал активно выставляться в России. В начале 2004 года Третьяковская галерея устроила программную выставку «Илья Кабаков. Десять персонажей». В июне 2004 года в Эрмитажев здании Главного штаба открылась выставка Ильи Кабакова и его жены Эмилии (они женаты с 1992 года) «Случай в музее и другие инсталляции», которая «знаменовала их возвращение на родину». Тогда же художники подарили музею две инсталляции, которые, по словам Михаила Пиотровского, положили начало эрмитажному собранию новейшего искусства. В декабре все того же 2004 года московская галерея «Стелла-Арт» показала девять инсталляций Кабакова, сделанных в 1994-2004 годах.

Когда в 2006 году в нью-йоркский музей Гуггенхайма отправилась программная выставка «Russia!», в нее была включена инсталляция Кабакова «Человек, который улетел в космос». Присутствие этой работы в одном пространстве с иконами Андрея Рублева и Дионисия, картинами Брюллова, Репина и Малевича окончательно закрепило за Кабаковым статус одного из самых важных советских и российских художников послевоенного поколения.

Грандиозной персональной выставкой "Альтернативная история искусств" открылся в 2008 году «Гараж». Ее можно считать апофеозом кабаковского трикстерства. Все огромное пространство Бахметьевского гаража было отдано под тщательно сделанную ретроспективу трех выдуманных художников — Шарля Розенталя, Игоря Спивака и Ильи Кабакова, — от имени которых настоящий Кабаков наделал неимоверное количество огромных холстов, написал им подробные биографии и даже сочинил про них занудные искусствоведческие статьи. Со своей манией тотальной всеохватности в этом проекте Кабаков попытался объять всю логику развития советского искусства разом.

Летом 2007 года на лондонских торгах дома Phillips de Pury & Company картина Кабакова «Номер люкс» была куплена за 2 миллиона фунтов стерлингов (около 4 миллионов долларов). Так он стал самым дорогим русским художником второй половины ХХ века.

В феврале 2008 года работа Кабакова «Жук» (1982) ушла с молотка на аукционе Phillips de Pury & Company за 2,93 миллиона фунтов стерлингов (5,84 миллиона долларов). В апреле того же года альбом «Полетевший Комаров» был продан на нью-йоркских торгах Sotheby's за 445 тысяч долларов. Осенью 2008 года в Москве была показана самая большая ретроспектива Ильи и Эмилии Кабаковых. Экспозиция демонстрировалась сразу на на трех площадках: ГМИИ имени Пушкина, центр современного искусства «Винзавод» и центр современного искусства «Гараж».

Долгое время работал иллюстратором детских книг и журналов. Ввёл в художественный обиход понятие «тотальная инсталляция».

Живёт и работает в Нью-Йорке (на Лонг-Айленде) с 1988 года. С 1989 года работает в соавторстве со своей женой (и племянницей) Эмилией Кабаковой (урожд. Леках, род. 1945, Днепропетровск).

Источники: Wikipedia, Арт кладовка, Arterritory.com, afisha.ru, art4.ru, РиаНовости, Artvalue.com, ARTINFO

artuzel.com

«Художник на Западе вечно обижен на мир»

Художники Илья и Эмилия Кабаковы предупреждают: «В будущее возьмут не всех» — куратор одноименной ретроспективы главного концептуального тандема совриска в Эрмитаже Дмитрий Озерков узнал почему. Стартует футурологическая выставка уже с 21 апреля.

Выставку уже с успехом показали в Тейт Модерн в Лондоне, до конца июля она будет в Эрмитаже, а после отправится в Третьяковскую галерею. Получается, вы соединили три крупнейших музея мира.

Эмилия Кабакова: Проект «В будущее возьмут не всех» важен для нас по многим причинам. Первая из них — кооперация между музеями, мы можем только гордиться, что наши работы оказались связующим звеном. Вторая — в том, что это настоящая ретроспектива, хотя они и опасны для художника: не только зритель, но и он сам оказывается лицом к лицу со всем, что сделал. Не каждый может перенести такую встречу, но нам повезло: у нас еще огромное количество замыслов не реализовано, так что все впереди.

Вообще, ретроспективы похожи на обед с приглашенными гостями. Как в меню перечисляются позиции, так в них — все техники, в которых трудятся авторы: рисунки, картины, макеты, инсталляции. При этом, как и на званом вечере, должно быть главное блюдо. У нас это работа «Лабиринт. Альбом моей матери».

Выдержана ли экспозиция в придуманном вами жанре тотальной инсталляции, где произведением является и само пространство, в которое попадает зритель?

Илья Кабаков: И да и нет. Выставка состоит из отдельных инсталляций, зачастую абсолютно не связанных между собой. Но благодаря атмосфере, которую мы постарались создать, зритель ощущает себя в другом мире, пространстве и времени.

А в каком — в том самом будущем не для всех или в Москве 1970-х, где все начиналось?

Илья: Они, конечно, связаны. Сорок лет назад образовался наш круг друзей, в котором все было всерьез, а особое значение придавалось беседам. Жизнь была не такая, как сегодня, когда говорят на бегу два-три слова. Это, конечно, связано и с книжной культурой. Наш язык был языком не телевидения или других массмедиа, а литературы. Мы были «начитанные мальчики», которые редко упоминали слово «я». Вообще мало говорилось «о себе». Личное приводилось как частный пример общего. Присутствовала высокая нейтральная точка зрения, позиция историка искусства или культуры.

То есть ты не участник, а третье лицо?

Илья: Да, третье, четвертое, пятое. Поэтому относительно жизни в СССР была иллюзия, что говоришь с огромной дистанции — из Английского географического общества описываешь жизнь неких обезьян под названием «советские джунгли». Ты — человек из другой культуры, рассказывающий этнографию аборигенов.

Эмилия: Парадокс в том, что ты был точно такой же обезьяной. Для Запада — это почти шизофрения.

Илья: Разумеется, там это невозможно. Все говорят от себя: собственный бренд, лицо, «я» — самое главное.

Вы эмигрировали в конце 1980-х. Спустя тридцать лет парадигма по-прежнему разительно отличается? Что вам сейчас кажется ключевым?

Илья: Наверное, одиночество. Каждый художник, которого ты там встречаешь, невероятно печален. При этом он может быть успешным, но физиономия у него грустная, потому что никто его не понимает, а куратор не так выставил. Он вечно обижен на мир. Нет «другого», кругом пустыня, где он вынужден со своим гением существовать. Позиция русского художника, по крайней мере в нашем поколении, исходит из эпохи Просвещения. Что он не только «я», а ценен настолько, насколько выполняет «культурную роль». Он должен быть общественно значим. Вот в этом очень большое различие.

В современном искусстве мало художников, которые что-то делают сами. Как вы относитесь к популярной ситуации, когда другие люди помогают создавать произведения?

Эмилия: Многие поставили концептом: «Я ничего не делаю, за меня кто-то делает». Другие так поступают по причине товарного производства. Мне кажется, это вопросы принципа, технологии и интегральности художника. Мы вот все делаем сами.

Илья: С этим связана тема потери «школы», гибель академического и профессионального отношения к изготовлению картин. Сегодняшний автор — существо вообще без тормозов. Или он подражает произведениям, намекая, что что-то умеет (и в этом случае не полностью безнадежен), или радикально отказывается от всякого исполнения и представляет из себя менеджера, который заказывает задуманные произведения специалистам.

Можно вспомнить старое итальянское слово «боттега», что переводится как «слуга»: есть Рафаэль и пятьдесят мастеров, которые работают по его эскизам.

Илья: Одно существенное различие: при изготовлении вещей маэстро должен был уметь сам все делать. Сегодняшний менеджер — нет.

Не буду просить вас что-то пожелать современным российским художникам. Но скажите, чего им точно не нужно делать? Вот есть молодой человек, который хочет быть как вы.

Эмилия: Не надо, чтобы он был как мы. Пусть он будет как он. Но при этом не стоит замыкаться на себе. Нужно постоянно смотреть, что происходит вокруг, и не думать, что тебя не принимают по той причине, что ты лучше. Всегда должен быть диалог с другими.

Илья: Мне кажется, не нужно вылезать самому, быть в группе и рефлектировать внутри системы. Точно не стоит соединять работу с деньгами. Когда-нибудь ты начнешь зарабатывать своим трудом, но не сразу. Не стоит думать, что твои картины или вещи должны быть проданы. Сразу возникает встречный вопрос: «А где же тогда зарабатывать? У меня же девушка, жена, ребенок». Ответ — найти побочный доход.

Эмилия: Сегодня другая ситуация, не такая, как была у нас. Потому что мир открыт и очень часто в художественной среде предметы искусства покупаются. Но не надо продуцировать с целью продать.

Илья: Еще должно быть прогрессирующее отвращение к жизни. Идеально ты не должен жить в привычном смысле. Потому что искусство — это область фантазии. Профессия требует беспрерывного тренинга — каждый день ты должен делать продукт. Ты, как повар, создан, чтобы жарить курицу. Она — твоя цель, а не ты, тот кто готовит. Существующая перекодировка арт-мира с «курицы» на «повара» является роковой.

А что тогда успех для художника?

Илья: Если продолжить метафору, то востребованность блюд. А повар не должен выходить из кухни. Если нравится курица, неважно, последуют ли аплодисменты.

Сегодня у нас принято так: когда подают десерт, повар под аплодисменты выходит в зал.

Илья: Да, а в интервью спрашивают: «Какой у вас дом? Что вы едите?» Сегодняшний вопрос художнику не «Что ты нарисовал?», а «Какие брюки носишь? Какой образ жизни ведешь?». Это все равно что спросить у повара: «Какой у вас колпак?» Это, конечно, патология, вне сомнения.

Эмилия: Не патология, а символ времени.

Выставка Ильи и Эмилии Кабаковых «В будущее возьмут не всех» с 21 апреля по 29 июля в Главном штабе Эрмитажа

Фото: кадры предоставлены Государственным Эрмитажем, Саша Березовская

www.sobaka.ru

33 САМЫЕ ДОРОГИЕ КАРТИНЫ РУССКИХ ХУДОЖНИКОВ: shakko_kitsune

В начале декабря 2011 года на русских торгах в Лондоне были установлены новые ценовые рекорды. Подводя итоги года, VashDosug.ru составил список самых дорогостоящих работ художников России по результатам аукционных продаж.

Если верить рейтингам, самый дорогой русский художник — Марк Ротко. Его «Белый центр» (1950), проданный за 72,8 млн. долл., вдобавок, занимает 12-е место в списке самых дорогих картин в мире вообще. Однако Ротко был евреем, родился в Латвии и уехал из России в возрасте 10 лет. Честно ли с подобной натяжкой гнаться за рекордами? Поэтому Ротко, как и других эмигрантов, которые покинули Россию, еще не став художниками (например, Тамару де Лемпицки и Хаима Сутина) мы из списка вычеркнули.

Еще одна оговорка: от каждого автора мы взяли по одному произведению — иначе одни и те же фамилии заполнили бы весь топ списка.

№ 1. Казимир Малевич — 60 млн. долларов

«Супрематическая композиция». 1916. (Sotheby’s, 2008)

Автор «Черного квадрата» — слишком важная персона, чтобы его произведения часто встречались в свободной продаже. Вот и эта картина попала на аукцион весьма сложным путем. В 1927 году Малевич, собираясь устроить выставку, привез из своей ленинградской мастерской в Берлин почти сотню работ. Однако его срочно отозвали на родину, и он оставил их на хранение архитектору Хуго Херингу. Тот сберег картины в сложные годы фашистской диктатуры, когда их вполне могли уничтожить как «дегенеративное искусство», и в 1958 году, уже после смерти Малевича, продал их государственному музею Стеделек (Голландия).

В начале XXI века группа наследников Малевича, почти сорок человек, начала судебное разбирательство — потому что Херинг не являлся юридическим владельцем картин. В результате музей отдал им эту картину, и отдаст еще четыре, которые наверняка вызовут фурор на каком-нибудь аукционе. Ведь Малевич — один из самых подделываемых художников в мире, а происхождение картин из музея Стеделек безупречно. А в январе 2012 года наследники получили еще одну картину с той берлинской выставки, отобрав ее у швейцарского музея.

№ 2. Василий Кандинский — 22,9 млн. долларов

«Фуга», 1914 (Sotheby's, 1990)

На аукционную цену произведения влияет его репутация. Это не только громкое имя художника, но и «провенанс» (происхождение). Вещь из знаменитой частной коллекции или хорошего музея всегда стоит дороже, чем работа из анонимного собрания. «Фуга» происходит из прославленного Музея Гугенхайма: однажды директор Томас Кренц вывел из состава музейных фондов этого Кандинского, картину Шагала и Модильяни, и выставил их на продажу. На полученные деньги музей зачем-то приобрел коллекцию из 200 работ американских концептуалистов. Кренца за это решение очень долго осуждали.

Это полотно отца абстракционизма любопытно тем, что установило рекорд в далеком 1990-м году, когда аукционные залы Лондона и Нью-Йорка еще не заполнили безрассудные русские покупатели. Благодаря этому, кстати, оно и не сгинуло в какой-нибудь очень приватной коллекции в роскошном особняке, а находится в постоянной экспозиции в частном музее Бейелеров в Швейцарии, где его может увидеть любой. Редкий случай для такой покупки!

№ 3. Алексей Явленский — 9, 43 млн. фунтов стерлингов

«Шокко в широкополой шляпе», около 1910 (Sotheby's, 2008)

Примерно 18,5 млн. долл. заплатил неизвестный покупатель за портрет, на котором изображена девушка из деревеньки под Мюнхеном. Шокко — это не имя, а прозвище. Модель, приходя в студию художника, каждый раз просила чашку горячего шоколада. Так за ней и прижилось «Шокко».

Алексей Явленский, пусть и ближайший соратник Кандинского — художник на родине не очень известный. А вот на Западе он пользуется заслуженной популярностью и, как видите, лишь немного отстает от приятеля по аукционным результатам. В историю искусства он вошел под измененным на немецкий лад именем Alexej von Jawlensky. Кстати, его возлюбленная, художница-экспрессионистка Марианна Веревкина, тоже малоизвестная у нас, вообще подписывалась как Marianne von Werefkin.

№ 4. Марк Шагал — 16,3 млн. долл

«Юбилей». 1923 (Sotheby's, 1990)

Еще одна покупка 1990-х годов, которая в наши дни оказалась бы намного дороже — и, как «Фуга» Кандинского — из музея Гугенхайма. Картина золотого периода Шагала на его излюбленный сюжет, который он будет повторять бесчисленное число раз — полет вместе с обожаемой женой Белой.

Картина называется «Юбилей» и датируется 1923 годом, но любопытно, что в знаменитом нью-йорском музее современного искусства МОМА с 1949 года хранится абсолютно такая же картина 1915 года под названием «День рождения». Какой именно семейный праздник здесь изображен — в принципе, неважно: главное, что семейная пара сливается в поцелуе.

№ 5. Наталья Гончарова — 6,43 миллиона фунтов

«Испанка». Ок. 1916 (Christie's's, 2010)

Амазонка авангарда — один из самых востребованных русских художников на арт-рынке. Ее работы обычно уходят очень дорого, и если б мы не решили брать от каждого автора по одной картине, то они заполонили бы весь список. Например, «Цветы» за 5,52 млн. фунтов, или «Негритянки» за 2,6 млн. фунтов, которую олигарх Доронин купил в подарок Наоми Кэмпбелл.

Популярность влечет за собой аферы и скандалы: недавно на Западе опубликовали две книги о Гончаровой, где специалисты Третьяковской галереи с удивлением нашли почти 300 работ, им совершенно не известных. Половина из них возникла буквально из ниоткуда, из какой-то частной коллекции. Со временем эти сомнительные картины наверняка тоже окажутся на аукционе. Эксперты горестно вздыхают: это вредно повлияет на продажи настоящих вещей художницы.

№ 6. Николай Фешин — 6,95 млн. фунтов

«Маленький ковбой». 1940 (MacDougall's, 2010)

Художник из Казани, ученик Репина, эмигрировавший в 1923 году в США, на родине хорошо известен разве что сотрудникам казанского музея, где хранится много его произведений. Стремительный взлет картины Фешина к такой высокой цене — одна из самых странных загадок 2010 года. Тем более, что той же весной эту работу купили за 600 тыс. долл. Любопытно, что сделка случилась не на таком уважаемом аукционе, как Christie's или Sotheby's, а на торгах молодого дома МакДугалл, который специализируется на русском искусстве и принадлежит семейной паре англичанина и русской. Сплетничали, что по-настоящему сделки и не было, и вся эта история — лишь пиар-ход, чтобы вздуть цены на художника.

№ 7. Илья Репин — 4, 52 млн. фунтов

«Парижское кафе». 1875 (Christie's, 2011)

Картины классика такого калибра, как Репин, в продаже оказываются крайне редко — они давно разошлись по музеям. Это полотно в 1916 году купил один шведский коллекционер, и с тех пор оно оставалось скрытым от глаз публики. За 95 лет его показывали только трижды — последний раз на предаукционной выставке в Москве.

Сценка из парижской жизни написана молодым художником, который уже заработал себе репутацию обличительными «Бурлаками», во время его учебы в Париже. Сейчас нам этого не понять, но на самом деле, изображенная сцена — крайне скандальна: женщина посмела явиться в кафе без сопровождения! Значит, это дама полусвета, падшая женщина... Джентльмены осуждающе смотрят на нее, покидая оскверненное место. Русские критики Репина обругали за такой фривольный сюжет и призвали вернуться к правильным «русским» народническим темам, что он и сделал. Обратите внимание — дама спокойна и безразлична к осуждению толпы. Но спустя 20 лет Репин переписал ее фигуру, придав ей стыдливое выражение — так картина становилась нравоучительной. Шведский владелец, сделав рентген, восстановил первоначальный вариант.

№ 8. Василий Поленов — 4,07 млн. фунтов

«Кто из вас без греха?». 1908 (Bonhams, 2011)

Авторское повторение знаменитой картины из Русского музея про Христа и грешницу чуть было не погибло из-за айсберга. Его собирались увести в Штаты на «Титанике». Но обошлось. В США картина все равно в итоге оказалась, причем на выставке-продаже. Американский филантроп подарил ее и вторую работу христова цикла, «Повинен смерти», одному университету, который в полной безвестности хранил их почти 80 лет. А в XXI веке, с удивлением глядя на рост цен на русские вещи, извлек из хранилищ и отдал на продажу.

Перед аукционом оба полотна ненадолго выставили в Лаврушинском. По официальной версии — чтобы привлечь внимание добрых спонсоров, вдруг они выкупят их для государственной галереи. На самом деле — чтобы перед торгами эти лоты «заразились» величием и блеском имени ГТГ и висящих в ней подлинников. Это не суеверие, а свойство массового сознания — и оно действительно работает. Обе картины ушли с молотка с огромным успехом. Купил их неизвестный покупатель, увы — не добрый спонсор.

№ 9. Константин Сомов — 3,7 млн. фунтов.

«Радуга». 1927 (Christie's, 2007)

В сладком предкризисном 2007 году продажа картины за такую колоссальную сумму стала сенсацией. Полотно оказалось самым дорогим произведением искусства, проданным на «русских торгах» — так называют несколько дней, когда в мировых аукционных столицах главные дома устраивают продажи только русского искусства. Кандинского и Малевича, например, продают на торгах импрессионистов и модернистов, вместе с художниками мирового значения. А авторов, известных только на родине, приберегают именно для таких продаж. Обычно они проходят в Лондоне, поэтому рекордные цены у большинства лотов в нашем списке — в британских фунтах стерлингов, а не в долларах.

№ 10. Илья Кабаков — 2,9 млн. фунтов

«Жук». 1985 (Phillips de Pury, 1998)

Первый представитель отечественного «современного искусства» в списке — легендарный Илья Кабаков, душа московского концептуализма. Мировую славу он завоевал уже в эмиграции. Внизу картины — детский стишок о том, как маленький мальчик хочет получить этого жука в свою коллекцию. По мнению арт-критиков этот текст «рифмуется» с ситуацией среди коллекционеров искусства: теперь сам Илья Кабаков и его работы стали такими жуками, которые собиратели мечтают получить в свою собственность.

№ 13. Борис Кустодиев — 2,84 млн. фунтов

«Деревенская ярмарка», 1920 (Sotheby's, 2009)

Симпатичный сюжет, повторение более крупной картины из Русского музея — работа ушла почти за 4,5 млн. долл. Рекорд оказался весьма кстати, чтобы поправить репутацию хорошего художника Кустодиева. Дело в том, что предыдущий триумф этого автора — картина «Одалиска» (3 млн. долл., Christie’s, 2005), которую купил коллекционер Фаберже Виктор Вексельберг, — оказалась подделкой. Аукцион, в принципе, дает 5-летнюю гарантию, однако тогда он уперся и отказался признать свою ошибку. Вексельберг потерял миллионы — а аукционные дома еще больше, потому что, говорят, олигарх обиделся и прекратил делать новые покупки.

№ 12. Александр Яковлев — 2,82 млн. фунтов

«Портрет художника Василия Шухаева в его мастерской», 1928 (Christie's, 2007)

Cамая известная картина мастера Серебряного века Яковлева — «Двойной автопортрет в виде Арлекина и Пьеро». Яковлев нарисовал себя в виде одного клоуна, а вторым клоуном его изобразил друг, художник Шухаев. Но на этом же портрете Шухаев изображен в более «цивильном» виде.

Картина, если честно, скучновата, не то что предыдущий аукционный рекорд Яковлева — две негритянки «Тити и Наранге, дочери вождя Эки Бондо» (2,5 млн. долл), написанная художником после вояжа по Сахаре и Экваториальной Африке. По количеству интересных «этнографических» вещей Яковлев вообще сравним с Верещагиным. А отчетливое влияние стилистики стиля ар деко делает их неподражаемыми.

№ 13. Владимир Баранов-Россине — 2,73 млн. фунтов

«Ритм (Адам и Ева)». 1910 (Christie's, 2008)

Еще один эмигрант, малоизвестный на родине — однако талант бесспорный. Баранов-Россине стал художником в Париже, после Октябрьской революции вернулся в Россию, в 20-х бежал обратно во Францию и, наконец, погиб в Освенциме. Эта авангардная картина принадлежит к числу лучших его работ. Кстати, вот еще один фактор, который влияет на ценообразование лота: в каталоге аукциона под репродукцией напечатано, что картина, кто бы ее ни купил, вскоре будет выставляться в Гамбурге, на экспозиции, посвященной Нижинскому. Читаем между строк: «у того, кто ее купит, есть шанс увидеть свою фамилию на этикетке на популярной выставке!». Оказывается, будущие выставки делают картину еще более заманчивой, чем прошедшие.

№ 14. Иван Айвазовский — 2,7 млн. фунтов

«Американские суда у скалы Гибралтара». 1873 (Christie's, 2007)

Главный русский маринист пользуется стабильной популярностью (если точнее, армянский — его полное имя Ованнес Айвазян). Средняя цена картины Айвазовского — примерно 1 млн. долл., эта же обошлась неизвестному покупателю в 5,3 млн. долл. Любопытно, что сам художник числил за собой примерно 6 тыс. произведений, теперь же по всему миру насчитывается более 60 тыс.

Расскажем о распространенном способе подделки: для того, чтобы сфальсифицировать работу дорогостоящего русского пейзажиста, берут работу его дешевого европейского современника и убирают оттуда все детали, выдающие происхождение. Такова, например, картина главы дюссельдорфской школы Андреаса Ахенбаха, проданная на кельнском аукционе в 2001 году и обнаруженная в Москве в 2003 году как работа Айвазовского.

№ 15. Василий Верещагин — 2,28 млн. фунтов

«Тадж-Махал. Вечер», 1874–1876 (Sotheby's, 2011)

Самое знаменитое произведение Верещагина — гора черепов «Апофеоз войны». Однако из своих азиатских путешествий художник привозил множество более мирных произведений — ярких пейзажей и зарисовок национальных типов. В 1890-х Верещагину организовали выставку в США. Эта картина тогда была продана за 1 тыс. долл. и в итоге оказалась прекрасным вложением денег. Среди других полотен Верещагина, недавно пошедших с молотка, — «Распятие на кресте у римлян» из серии, посвященной различным видам казни. Недавно ее продали за 1,7 млн. фунтов.

№ 16. Михаил Ларионов — 2,26 млн. фунтов

«Натюрморт с кувшином и иконой». 1910–1912 (Sotheby’s, 2007)

Работы Ларионова ценятся дешевле, чем произведения его жены Натальи Гончаровой. Она вообще была талантливей его, но брак был на удивление счастливым. И официально они оформили свои отношения примерно на 50-й год совместной жизни. Может быть, это один из рецептов?

Этот натюрморт в стиле примитивизм нельзя считать примитивным. Помимо гармоничного сочетания цветов, в нем еще скрыта глубокая символика. Кувшин (возможно, средиземноморская амфора) обозначает западную культуру, справа — среднеазиатский соусник. Между ними большая карта России. Икона — вероятно «Собор Архангела Михаила», небесного покровителя художника. Используя эти предметы, Ларионов рассказывает о том, что составляет его суть как личности.

№ 17. Михаил Нестеров — 4,3 млн. долл.

«Видение отрока Варфоломея». 1922 (Sotheby’s, 2007)

Авторское повторение одной из самых знаменитых русских картин эпохи символизма. Она в два раза меньше исходника, и в небесах художник добавил месяц. Оригинал, написанный в 1890 году, находится в Третьяковской галерее — копия же была сделана художником почти тридцать лет спустя. Очень хотелось кушать. А в советской России как раз собирали работы для отправки на американскую выставку-продажу. Американцы русское искусство 1920-х не очень поняли, многое осталось непроданным, но Нестеров оказался в числе счастливчиков. Позже на родине он все-таки найдет свою нишу и станет писать эталонные портреты советской интеллигенции.

№ 18. Борис Григорьев — 3,72 млн. долл.

Пастух в горах («Клюев-пастырь»). 1920 (Sotheby's, 2008)

Григорьев — еще один эмигрант, ранний период творчества которого пришелся на Серебряный век. Самое известное его произведение — гигантский портрет Мейерхольда во фраке, танцующего с собственной тенью в виде шута. Вскоре после создания этой картины Григорьев сбежит из Петрограда по водам Финского залива, а умрет в достатке на собственной вилле в Ницце.

Проданная картина входит в его знаменитый цикл «Расея», изображающей отечественное крестьянство первой четверти ХХ века. И, право, изображающей с такими рожами, что смотреть страшно. Здесь в образе пастуха явлен крестьянский поэт Николай Клюев, предтеча Есенина. Среди его стихов есть такие: «На припеке цветик алый Обезлиствел и поблек — Свет-детина разудалый От зазнобушки далек».

№ 19. Константин Маковский — 2,03 млн. фунтов

«Из повседневной жизни русского боярина в конце XVII века». 1868 (Sotheby’s, 2007)

Маковский — салонный живописец, известный огромным количеством головок боярышень в кокошниках и сарафанах, а также картиной «Дети, бегущие от грозы», которую одно время постоянно печатали на подарочных коробках шоколадных конфет. Его сладкие исторические картины пользуются стабильным спросом среди русских покупателей.

Тема этой картины — древнерусский «поцелуйный обряд». Знатным женщинам на Древней Руси не разрешалось покидать женскую половину, и только ради почетных гостей они могли выйти, поднести чарку и (самая приятная часть) позволить поцеловать себя. Обратите внимание на картину, висящую на стене: это изображение царя Алексея Михайловича, один из первых конных портретов, появившихся на Руси. Композиция его, хоть и была нагло скопирована с европейского образца, считалась необыкновенно новаторской и даже шокирующей для того времени.

№20. Святослав Рерих — 2,99 млн. долл.

«Портрет Николая Рериха в тибетском одеянии». 1933 (Christie's, 2009)

Сын Николая Рериха покинул Россию совсем подростком. Жил в Англии, США, Индии. Как и отец, интересовался восточной философией. Как и отец — писал множество картин на индийские темы. Отец вообще занимал огромное место в его жизни — он написал более тридцати его портретов. Эта картина создана в Индии, где клан обосновался в середине века. Картины Святослава Рериха появляются на аукционах редко, а в Москве произведения знаменитой династии можно увидеть в залах Музея Востока, которому авторы их подарили, а также в музее музее «Международный центр Рерихов», который располагается в роскошной дворянской усадьбе прямо позади Пушкинского музея. Оба музея не очень любят друг друга: музей Востока претендует и на здание, и на коллекции Центра Рериха.

№ 21. Иван Шишкин — 1,87 млн. фунтов

«Вид на остров Валаам. Кукко». 1860 (MacDougall's, 2010)

Главный русский пейзажист провел на Валааме три лета подряд и оставил множество изображений этой местности. Это произведение немного мрачновато и не похоже на классического Шишкина. Но это объясняют тем, что картина относится к его раннему периоду, когда он не нащупал свою манеру и находился под сильным влиянием дюссельдорфской школы пейзажа, в которой обучался.

Об этой дюссельдорфской школе мы уже вспомнали выше, в рецепте поддельного «айвазовского». «Шишкины» делаются по той же схеме, например, в 2004 году на Sotheby's был выставлен «Пейзаж с ручьем» дюссельдорфского периода живописца. Он оценивался в 1 млн. долл. и подтверждался экспертизой Третьяковской галереи. За час до продажи лот был снят — это оказалась картина другого ученика этой школы, голландца Маринуса Адриана Куккука, купленная в Швеции за 65 тыс. долл.

№ 22. Кузьма Петров-Водкин — 1,83 млн. фунтов

«Вася». 1922 (Christie's, 2010)

Портрет мальчика с иконой Богородицы был найден в частной коллекции в Чикаго. После того, как его передали аукционному дому, эксперты начали исследования, пытаясь установить его происхождение. Оказалось, что картина была на выставках в 1922 и 1932 годах. В 1930-х работы художника ездили по Штатам в составе выставки русского искусства. Возможно, именно тогда владельцы и приобрели эту картину.

Обратите внимание на пустое место на стене позади мальчика. Сначала автор думал написать там окно с зеленым пейзажем. Это бы уравновесило картину и по композиции и по цветам — трава бы перекликалась с зеленой туникой Богоматери (кстати, по канону она должна быть синей). Почему Петров-Водкин закрасил окно — неизвестно.

№ 23. Николай Рерих — 1,76 млн. фунтов

«Пришествие». 1922 (Sotheby’s, 2007)

Прежде чем навестить Шамбалу и начать переписываться с далай-ламой, Николай Константинович Рерих довольно успешно специализировался на древнерусской теме и даже делал балетные эскизы для «Русских сезонов» Дягилева. Проданный лот относится к этому периоду. Изображенная сцена — чудесное явление над водой, которое наблюдает русский монах, скорей всего — Сергий Радонежский. Любопытно, что картина написана в том же году, что другое видение Сергию (тогда отроку Варфоломею), фигурирующее в нашем списке выше. Стилистическая разница — колоссальна.

Рерих написал множество полотен и львиную долю из них — в Индии. Несколько штук он подарил индийскому института сельскохозяйственных исследований. Недавно два из них, «Гималаи, Канченджанга» и «Закат, Кашмир», появились на аукционе в Лондоне. Только тогда младшие научные сотрудники института заметили, что их ограбили. В январе 2011 года индусы обратились в лондонский суд за разрешением расследовать это преступление в Англии. Интерес воров к наследию Рериха понятен, ведь есть спрос.

№ 24. Любовь Попова — 1,7 млн. фунтов

«Натюрморт с подносом». (Sotheby’s, 2007)

Любовь Попова умерла молодой, поэтому прославиться, как другая амазонка авангарда Наталья Гончарова, не сумела. Да и наследие у нее поменьше — поэтому в продаже ее работы найти трудно. После ее смерти была составлена подробная опись картин. Этот натюрморт долгие годы был известен только по черно-белой репродукции, пока не всплыл в частной коллекции, оказавшись самым значительным произведением художницы в частных руках. Обратите внимание на жостовский поднос — может быть, это намек на вкус Поповой к народным промыслам. Она происходила из семьи ивановского купца, занимавшегося тканями, да и сама создала много эскизов агитационного текстиля на базе русских традиций.

№ 25. Аристарх Лентулов — 1,7 млн. фунтов

«Город в южной России», 1914-16. (Sotheby’s, 2007)

Лентулов вошел в историю русского авангарда запоминающимся изображением собора Василия Блаженного — не то кубизм, не то лоскутное одеяло. В этом пейзаже он пытается дробить пространство по похожему принципу, но выходит не так увлекательно. Собственно, поэтому «Василий Блаженный» в Третьяковской галерее, а эта картина — на арт-рынке. Все-таки когда-то музейщики имели возможность снимать сливки.

№ 26. Алексей Боголюбов — 1,58 млн. фунтов

«Вид на храм Христа Спасителя из Кремля», 1878 (Christie''s, 2007)

Продажа этого малоизвестного художника, пусть и любимого пейзажиста царя Александра III, за такие безумные деньги — симптом бешенства рынка накануне кризиса 2008 года. Тогда русские коллекционеры были готовы покупать даже второстепенных мастеров. Тем более, что первоклассных художников продают редко.

Возможно, эта картина отправилась в подарок какому-нибудь чиновнику: у нее подходящий сюжет, ведь Храм Христа Спасителя давно перестал быть просто церковью, и стал символом. И льстящее происхождение — картина хранилась в царском дворце. Обратите внимание на детали: кирпичная кремлевская башня покрыта белой штукатуркой, а холм внутри Кремля совершенно необустроен. Ну, а зачем было стараться? В 1870-х столицей был Петербург, а не Москва, и Кремль не являлся резиденцией.

№ 27. Исаак Левитан — 1,56 млн. фунтов

«Иллюминация Кремля», 1896 (Christie''s, 2007)

Совершено нетипичная для Левитана работа была продана на том же аукционе, что и картина Боголюбова, однако оказалась дешевле. Связано это, разумеется, c тем, что картина не похожа на «левитана». Авторство ее, однако, бесспорно, аналогичный сюжет есть в Днепропетровском музее. 40 тысяч лампочек, с помощью которых был украшен Кремль, зажгли в честь коронации Николая II. Через несколько дней случится ходынская катастрофа.

№ 28. Архип Куинджи — 3 млн. долл

«Березовая роща», 1881. (Sotheby’s, 2007)

Знаменитый пейзажист написал три подобные картины. Первая находится в Третьяковке, третья — в Государственном музее Беларуси. Вторая, представленная на аукционе, предназначалась для князя Павла Павловича Демидова-Сан-Донато. Этот представитель знаменитой уральской династии жил на вилле под Флоренцией. Вообще, Демидовы, став итальянскими князьями, развлекались как могли. Например, дядя Павла, от которого тот унаследовал княжеский титул, был так богат и знатен, что женился на племяннице Наполеона Бонапарта, и однажды в плохом настроении ее высек. Бедная дама с трудом смогла добиться развода. Картина, однако, к Демидову не попала, ее приобрел украинский сахарозаводчик Терещенко.

№ 29. Константин Коровин — 1,497 млн. фунтов

«Вид с террасы. Гурзуф». 1912 (Sotheby’s, 2008)

Импрессионистам присущ очень «легкий», размашистый стиль письма. Коровин — главный русский импрессионист. Он очень популярен среди мошенников; по слухам, количество его подделок на аукционах достигает 80%. Если картина из частного собрания была выставлена на персональной выставке художника в знаменитом государственном музее, то ее репутация упрочняется, и на следующем аукционе она стоит намного дороже. В 2012 году Третьяковская галерея планирует масштабную выставку Коровина. Может быть, там будут работы из частных собраний. Данный абзац — пример манипуляции сознанием читателя на примере перечисления фактов, не имеющих между собой прямой логической связи.

№ 30. Юрий Анненков — 2,26 млн. долл.

«Портрет А.Н. Тихонова», 1922 (Christie''s, 2007)

Анненков сумел эмигрировать в 1924 году и сделал на западе неплохую карьеру. Например, в 1954 году его номинировали на Оскар как художника по костюмам за фильм «Мадам де...». Наиболее известны его ранние советские портреты — лица кубистические, граненые, но совершенно узнаваемые. Например, он неоднократно рисовал таким образом Льва Троцкого — и даже повторил рисунок много лет спустя по памяти, когда журналу Times захотелось украсить им обложку.

Изображенный на рекордном портрете персонаж — писатель Тихонов-Серебров. В историю русской литературы он вошел, главным образом, своей близкой дружбой с Максимом Горьким. Настолько близкой, что, по грязным слухам, жена художника Варвара Шайкевич даже родила от великого пролетарского писателя дочь. На репродукции не очень заметно, но портрет выполнен в технике коллажа: поверх слоя масляной краски здесь идут стекло и штукатурка, и даже приделан настоящий дверной звонок.

№ 31. Лев Лагорио — 1,47 млн. фунтов

«Ночь над Невой. Санкт-Петебург», 1881 (Christie''s, 2007)

Еще один второстепенный пейзажист, почему-то проданный за рекордную цену. Одним из показателей успеха аукциона является превышение эстимейта («оценки») — минимальной цены, которую эксперты аукционного дома установили для лота. Эстимейт этого пейзажа был 300-400 тыс. фунтов., а продали его в 4 раза дороже. Как сказал один лондонский аукционер: «счастье — это когда два русских олигарха соревнуются за один и тот же предмет».

№ 32. Виктор Васнецов — 1,1 млн. фунтов

«Богатырь», 1920 (Christie''s, 2011)

Богатыри стали визитной карточкой Васнецова еще в 1870-х. Он возвращается к своей звездной теме, подобно другим ветеранам русской живописи, в годы молодой советской республики — и по финансовым соображениям, и чтобы снова почувствовать себя востребованным. Эта картина — авторское повторение «Ильи Муромца» (1915), который хранится в Доме-музея художника (на Проспекте Мира).

№ 33. Эрик Булатов — 1,084 млн. фунтов

«Слава КПСС», 1975 (Phillips de Pury, 2008)

Второй нынеживущий художник в нашем списке (еще Энди Уорхол сказал, что для художника лучший способ поднять цены на свои работы — это умереть). Эрик Булатов, кстати, это советский Уорхол, подпольный и антикоммунистический. Он работал в жанре соц-арт, который был создан советским андеграундом, как наш вариант поп-арта. «Слава КПСС» — одно из самых знаменитых произведений художника. По его собственным объяснениям, буквы здесь символизируют решетку, загораживающую от нас небо, то есть свободу.

Бонус: Зинаида Серебрякова — 1,07 млн.фунтов

«Лежащая обнаженная». 1929 (Sotheby’s, 2008)

Серебрякова любила рисовать обнаженных женщин, автопортреты и своих четверых детей. Этот идеальный феминистский мир гармоничен и спокоен, чего не скажешь о жизни самой художницы, которая с трудом вырвалась из России после революции и потратила много сил, чтобы вытащить оттуда своих детей.

«Обнаженная» — не картина маслом, а рисунок пастелью. Это самый дорогой русский рисунок. Столь высокая сумма, отданная за графику, сопоставима с ценами на рисунки импрессионистов и вызвала большое удивление у Sotheby's, которые начали торги с 150 тыс. фунтов стерлингов, а получили миллион.

Список составлен на основе цен, указанных на официальных сайтах аукционных домов. Эта цена складывается из чистой стоимости (озвученной, когда опускается молоток), и «премии покупателя» (дополнительного процента аукционного дома). В других источниках может быть указана «чистая» цена. Курс доллара к фунту часто колеблется, поэтому британские и американские лоты расположены относительно друг друга с приблизительной точностью (мы же не Forbes).

Дополнения и исправления нашего списка приветствуются.

shakko-kitsune.livejournal.com

Секреты успеха Ильи Кабакова по версии «Forbes»

илья кабаков нонконформизм неофициальное искусство
«Forbes» пишет о причинах, благодаря которым никогда не хватавший звёзд с неба художник Илья Кабаков вдруг обернулся  «супер-звездой»:  «Кабаков - самый хитрый из художников: уехав из России, придумал  стратегию продвижения, основанную на необходимости понравиться не абы кому, а людям, принимающим решения в современном искусстве»...

1. Величина

«Многие сейчас забывают, что Кабаков сначала 30 лет работал в России. Он привез в США из Советского Союза огромное количество картин», — рассказывает жена художника Эмилия. Карьера Ильи Кабакова, которому сейчас 76, началась в середине 50-х годов прошлого века. Официальной работой выпускника Суриковского института долгие годы была иллюстрация детских книг, но одновременно он делал работы «для себя». Его и подобных ему называли нонконформистами и художественными диссидентами, это было неофициальное советское искусство.

Кабакова считают одним из отцов-основателей направления, названного московским романтическим концептуализмом, — о нем еще в 1970-х годах были написаны исследования и книги. С середины 1960-х годов Кабаков участвовал во многих выставках (квартирных) в Советском Союзе и за рубежом, и уже к началу 1980-х он был одним из самых известных за пределами страны «неофициальных» советских художников.

2. Эмиграция

В 1987 году Кабаков получил первый грант — австрийской некоммерческой организации, поддерживающей художников, затем был грант французского правительства, затем — немецкой службы обменов. Гранты позволяли жить за границей, создавать инсталляции, проводить выставки. Кабаков все меньше времени проводил в СССР и наконец решил не возвращаться совсем: дома у него не было и малой доли таких возможностей, как за рубежом. На конец 1980-х годов приходится пик «перестроечного» интереса к советскому альтернативному искусству, поэтому Кабаков уехал очень своевременно.

«Из своего поколения он уехал, в общем, последним, он много аккумулировал здесь и вышел на международную сцену с огромным багажом», — говорит заведующий отделом новейших течений Третьяковской галереи Кирилл Светляков. Не сам факт эмиграции помог его дальнейшей карьере — многие из считавшихся перспективными советских художников оказались не востребованными на Западе — важнее то, что Кабаков уезжал как сложившийся мастер и «с конкретными проектами для конкретной аудитории», поясняет Светляков. Кроме того, именно за границей произошла встреча, во многом благодаря которой международная карьера Кабакова состоялась в ее нынешнем виде.

3. Эмилия

В 1989 году Кабаков начал работать со своей будущей женой Эмилией Леках, уехавшей из Советского Союза в 1973 году. «Мало кому из художников удавалось найти в жене не только друга и благонадежного менеджера, но и соавтора, на ум приходит только Дали. Примеры такого тандема в художественной истории ХХ века присутствуют, но столь удачного, наверное, нет», — говорит гендиректор Sotheby’s по России и СНГ Михаил Каменский. С 1990 года все новые работы подписываются «Илья и Эмилия Кабаковы».

Эмилия становится менеджером, промоутером и казначеем творческого дуэта, а у Ильи появляется счастливая возможность творить, не отвлекаясь на бытовые детали. «Многие мне не верят, но на самом деле он абсолютный идеалист, он никогда не знает, сколько у нас денег в банке, есть ли у нас вообще деньги, — он отдал мне все права и все управление», — рассказывает Forbes Эмилия. Кабаков привез из СССР большое количество работ, но максимальная цена, по которой их на первом этапе удавалось продавать, составляла $50 000, а большая часть работ ушла по цене около $15 000 — позже Кабаковы старались выкупать эти работы обратно. Эмилия решила все изменить, взяв в свои руки отношения художника с рынком.

4. Стратегия

«В 1994 году я решила соотнести цены с ценами на других авторов и увеличить их — до $250 000—450 000 за инсталляцию и $200 000—350 000 за картину. Наши дилеры с этим согласились, и с тех пор мы очень медленно увеличивали цены», — вспоминает Эмилия. Один из постулатов новой стратегии Кабаковых — работ на рынке не должно быть много. Из 600 с небольшим работ, созданных Кабаковым за всю жизнь, около половины до сих пор находится в семье художников.

«Я не могу ему сказать, чтобы он не делал картины, — в прошлом месяце, например, он сделал три, здесь никакого расчета быть не может, но я могу не выпускать на рынок сразу много работ, и это расчет», — поясняет Эмилия. Она же решила, что некоммерческий художник Кабаков не должен творить по заказу. «Мы с самого начала понимали одну вещь: мы выживем вместе как пара, если я не буду говорить: сделай, надо продать. Если у нас нет денег, это моя проблема, мы будем сокращать расходы, но не пойдем продавать, за исключением экстремальных ситуаций», — поясняет Эмилия. Но в стратегии Кабаковых есть единственное исключение: они работают по заказу, если его делает музей.

5. Музеи

«Большинство художников делают «что хотят» или «что продается». Кабаков же самый хитрый из наших художников: уехав из России, придумал свою оригинальную стратегию продвижения, основанную на необходимости понравиться не абы кому, а людям, принимающим решения в современном искусстве: музейщикам, кураторам, крупным коллекционерам и т. д.», — рассказывает коллекционер и владелец музея современного искусства ART4.ru Игорь Маркин. Если музей не может заплатить рыночную цену за работу Кабакова, эта работа будет продана ему за меньшие деньги или вообще подарена — с условием, что будет выставлена в постоянной экспозиции, говорит Эмилия Кабакова. В целом, по ее словам, на одну проданную работу приходится примерно две подаренных.

Стратегия дала результат: работы Кабакова есть в большинстве крупнейших музеев современного искусства — в Музее современного искусства и Музее Соломона Гуггенхайма в США, Центре Жоржа Помпиду во Франции, Музее Людвига и Музее современного искусства в Германии, в музее Тейт Модерн в Англии и т. д. Альтруизм здесь скорее кажущийся, поскольку попадание в коллекции ведущих музеев напрямую влияет на стоимость работ художника, говорит владелица галереи «Айдан» Айдан Салахова. «Например, на цены на Дубосарского — Виноградова в свое время повлияло именно то, что их работу купил Центр Помпиду, а не то, что 25 работ купили какие-то другие люди, — именно попадание в музеи является рычагом движения цен», — поясняет Салахова.

6. Код

Один из коллекционеров рассказывает Forbes: «Кабаков дает кураторам тот образ России, который они хотят увидеть, и часто этот образ является фальшивым». Коллекционер относится к такой тактике негативно. Игорь Маркин, наоборот, отмечает, что это нормально: «Обладая незаурядным талантом, ставя себя на их место, он точно просчитывал их ожидания и с блеском исполнял». Кирилл Светляков из Третьяковки и вовсе видит в этом огромный плюс Кабакова-художника. «Да, он работал с советским материалом, как и многие, но именно в интерпретации Кабакова советский материал считывался, потому что он говорил на интернациональном языке», — поясняет Светляков.

Жанр «тотальной инсталляции», в котором Кабаков работает с музеями и большими выставочными центрами, подразумевает умение организовать огромные пространства, с которыми советское неофициальное искусство никогда не работало, поэтому многие его коллеги терялись в больших залах западных музеев. «Они просто увеличивали сам объект, например вместо 10 картин писали 1000, а Кабаков искал способы освоить пространство, и ему, одному из немногих, удалось вылезти из квартирного формата», — говорит Светляков.

«Кабаков первым смог перевести советское сознание в код и предложить ключи для его расшифровки, что открыло его работам мир, а миру — его работы. Он первым во второй половине XX века перешел из категории «художника из России» в разряд международных художественных звезд», — поясняет Каменский. «В силу своей художественной и смысловой уникальности он стал символизировать русское, поднятое на уровень международного контекста, что создало ему огромную зрительскую и рыночную аудиторию», — добавляет он.

7. Русские деньги

К моменту, когда в середине 2000-х годов цены на современное искусство начали бешено расти, Кабаков, безусловно, был самым известным его российским представителем на международном уровне. Цены на его работы держались примерно на одном уровне, как и говорит Эмилия Кабакова, — несколько сот тысяч долларов, не совершая резких скачков вниз или вверх. «А когда современное искусство стало опережать по темпам роста и количеству звезд не только рынок импрессионистов и модернистов, но и соседний рынок шоу-бизнеса, вот тут-то он и вознесся на небывалую высоту», — говорит Каменский.

Не один Кабаков вдруг резко подорожал — резко подскочил вверх весь рынок современного искусства, который в какой-то момент потянул за собой и занимающее скромные позиции на мировом рынке российское искусство. А то, что его взлет стал настолько резким, — заслуга российских коллекционеров, уверен Светляков. До тех пор пока Кабаков и другие авторы продавались на международных аукционах как международные художники, цены колебались в предсказуемых пределах, но, как только они стали продаваться как русские художники, ситуация вышла из-под контроля.

«Когда в русских аукционах стали участвовать в основном русские, цены скакнули так, что уже не были сравнимы ни с какой реальностью. Как бы мы ни убеждали себя, что мы часть мирового сообщества, в результате этого кульбита мы оказались в какой-то параллельной реальности», — говорит Светляков. «Жука», например, купил владелец компании «Акрон» Вячеслав Кантор (№48 в «Золотой сотне», $1,3 млрд). До настоящего времени «Жук» и «Номер люкс» остаются двумя самыми дорогими когда-либо проданными произведениями современного российского искусства. Правда, с тех пор не было ни одного аукциона, предлагающего работы сопоставимого масштаба, но рано или поздно мы узнаем, насколько те цены соответствовали реальности.

rupo.ru

картины и их описание. Художник Кабаков Илья Иосифович

Хорошо быть художественным критиком в эпоху Интернета и абстрактных никнеймов - никто не узнает подлинного имени, можно не сдерживать себя, ведь всё так ясно и понятно – все они рвачи и халтурщики! Вот, например, концептуалист Илья Кабаков. Картины, графика, инсталляции – некоторые вещи не похожи ни на что на свете, а стоят миллионы, - всё ясно!

Илья Кабаков, картины

Но некоторым ценителям стоит унять свой ломающийся голос, а лучше попасть на выставку этого мастера. И если смотреть по-настоящему открытыми глазами, можно увидеть удивительный, неисчерпаемый мир, то полный юмора и иронии, то звенящий болью за людей, живших и живущих в этой непостижимой стране…

14 лет учёбы

Но сначала была долгая учеба профессии. Кабаков Илья Иосифович родился в 1933 году в Днепропетровске, в семье слесаря и бухгалтера. Во время войны они с матерью оказались в Самарканде, куда был эвакуирован из Ленинграда Институт имени Репина. В детской художественной школе при этом институте и начал учиться Илья. После войны Кабакова перевели в Московскую среднюю художественную школу, которую он окончил в 1951 году и поступил в лучший художественный вуз страны – Суриковский институт, на графическое отделение. Он выбрал специализацию по искусству книги у профессора Дехтерева.

В сегодняшних воспоминаниях мастера, полных самоиронии и мистификаций, можно встретить его легкомысленное отношение к своим занятиям по оформлению детских книг, которыми он занялся после окончания института в 1957 году. Он называет их лишь способом добычи средств для пропитания, которому он уделял небольшую часть времени и усилий. Печатная продукция для детей была особенно проникнута идеологическими штампами и догмами, и якобы поэтому сделать в ней что-то интересное было невозможно.

Это представляется легким лукавством: качество книг издательства «Детская литература», журналов «Мурзилка», «Веселые картинки» многими вспоминается с восторгом не только из-за возрастной ностальгии. Илья Кабаков – художник, создавший иллюстрации к стихам Маршака, сказкам Шарля Перро, историям о Питере Пене. В этих явно неакадемических работах ясно видны свобода, новизна и фантазия. Очень интересно оформление научно-познавательных детских книжек: "Чудеса из дерева" (1960), "Глина и руки" (1963), "Океан начинается с капли" (1966) Е. Мара, "Сказ про газ" Е. Пермяка (1960), "Хитрая точка" (1966).

Мастерская под крышей «России»

С конца 60-х годов в Москве образовалось общество художников-нонконформистов под названием «Сретенский бульвар». В него входил и Илья Кабаков. Картины художников этого дружеского объединения сильно отличались от официально одобренной живописи.

Возможность собираться вместе появилась во многом благодаря Кабакову. Работа для издательств приносила неплохие деньги, и у художника появилась собственная мастерская. Он называет мистической историю, как он нашел помещение под крышей бывшего доходного дома «Россия» на Сретенском бульваре и согласовал с властями оборудование там студии.

Работы Ильи КабаковаРаботы Ильи Кабакова, Юло Соостера, Эрика Булатова, Олега Васильева и других выставлялись на неофициальных выставках в Москве и за рубежом, олицетворяя альтернативное искусство СССР эпохи оттепели. Но грубая реакция на абстрактное искусство со стороны главных «художественных критиков» страны привела к торжеству одного только соцреализма.

До появления собственной студии «работы для себя» представляли собой графические листы в стиле абстрактного экспрессионизма и альбомы небольшого формата. Позднее стали появляться и живописные полотна большего формата: «Голова с шаром» (1965), «Трубка, трость, мяч и муха» (1966), «Автомат и цыпленок» (1966).

Текст как живописное средство

Илья Кабаков, картины которого стали содержать все больший философский подтекст, стал одним из лидеров концептуалистов. Серия «белых» картин огромного размера – «Бердянск спит» (1970), «A Man and Small House» (1970) - вызывали мысли об условиях восприятия новой живописи, о взаимодействии зрителя и художника. Движению в этом направлении служат эксперименты художника с введением в пространство картины текста. Первые такие работы - «Где они?» (1970), «Всё о нём» (1970), «Ответы экспериментальной группы» (1970) - представляют собой различные предметы из реального быта московских коммуналок с текстовыми комментариями, часто псевдозначительными пародиями на официальные инструкции или объявления.

Илья Кабаков художникТекст использует и позднее Илья Кабаков. «Номер люкс» (1981) - картина, которая представляет собой вид гостиничного номера с наложенной на изображение рекламой путешествия по черноморским курортам.

Концептуальными произведениями являются и изобретенные Кабаковым альбомы, ставшие предтечей инсталляций. Такие альбомы – сплав скульптуры, иллюстрации, литературы, театра – строятся вокруг одной темы или переживания персонажа, выраженных визуальными и текстовыми средствами. Наблюдение за нанизыванием друг на друга значительных или бессмысленных событий завораживает. Оно впечатляет или завершенностью, или открытостью в любом направлении времени и пространства.

Кабаков Илья Иосифович

Илья Кабаков – художник-график, иллюстратор, шрифтовик. В таких альбомах наиболее точно прослеживается суть его деятельности. Самый известный альбом – «Десять персонажей» (1970-74).

Война и мир коммуналок

Социальные условия советской эпохи – главный объект исследований для творчества Кабакова. Угнетающее влияние господства одной идеологии нашло выражение в таких работах, как «Проверено!» (1981) и «Супермаркет» (1981). Войны соседей по коммуналкам за воздух и дополнительную площадь – тема «жэковских» композиций «Вынос мусора» (1980), «Воскресный вечер» (1980). В «Кухонной серии» того же периода привычные предметы кухонной утвари наделяются неким высоким художественным значением, культурным смыслом, часто отделённым от функциональности.

Таким смыслом наполняется и обычный бытовой мусор в последующей инсталляции «Человек, который никогда ничего не выбрасывал» (1985). В ней можно увидеть и глобальные рассуждения о смысле человеческой деятельности, о привычке к безрассудному хранению нужного и ненужного или, наоборот, пересмотру истории с подгонкой прошлого под нужды современной политики.

Тотальные инсталляции

В 1987 году Кабаков Илья Иосифович эмигрирует на Запад. Здесь он получает возможность доступа к большим выставочным пространствам. «Тотальные инсталляции» - так называет Илья Кабаков картины и объекты, занимающие большие пространства и объединенные общим глобальным замыслом.

Илья Кабаков, жукСамой известной стала инсталляция «Человек, улетевший в космос из своей квартиры», во многом символическая для судьбы самого художника. В центре небольшой комнатки со стенами, оклеенными советскими плакатами, укреплено нечто, похожее на рогатку. Пролом в потолке, комментарии и описание комнаты как места происшествия - всё доказывает реальность экстраординарного события: некий изобретатель с помощью хитроумной катапульты, пробив потолочное перекрытие своим телом, вышел в околоземное пространство – тело-то не нашли…

Видеть в таком объекте только стёб и насмешку над строем неверно. Так же, как и в инсталляции «Туалет» (1992), найти лишь злопыхательскую аналогию общественного туалета как привычных условий жизни в целой стране. Этот арт-объект поражал особенно западного зрителя, считающего приватность жилого пространства естественной потребностью нормального человека.

«Красный вагон» (1991), «Мост» (1991), «Жизнь мух» (1992), «Мы здесь живем» (1995) – тотальные инсталляции, принесшие Кабакову славу. Они экспонируются в музеях США и Европы, а объединенные в выставки типа «Дворец проектов» (1998, Лондон) и «50 инсталляций» (2000, Берн) представляют творчество Кабакова явлением мировой культуры.

Жена и соавтор

Кабаков любит расцвечивать жизнь мистификациями. К таким выдумкам были склонны периодически появлявшиеся художники Шарль Розенталь, Игорь Спивак, Степан Кошелев. С ними Кабаков вступал в творческое сотрудничество, про них он даже писал статьи в стиле занудных искусствоведов.

С 1989 года художник обретает настоящего соавтора – Эмилию Леках. Она становится его женой и берет на себя решение многих организационных и финансовых вопросов, оставляя мастеру больше времени на творчество. А таких вопросов становится всё больше, потому что интерес к творчеству Кабакова растет. Пример тому – аукцион Phillips de Pury & Company. В 2007 году там был выставлен лот «Илья Кабаков. «Номер люкс». Картина была куплена за 2 млн фунтов стерлингов, и Кабаков становится самым дорогим современным российским живописцем.

Илья Кабаков, номер люкс

В 2008 году это подтверждают очередные торги на том же аукционе. Очередной лот - «Илья Кабаков, «Жук» (1982)», и очередной рекорд – 2,93 млн £.

Способность удивляться

Считать доллары и фунты необходимо - таков нынешний мир. Но хочется, чтобы в нём выжила эта банальная идейка, что не в деньгах счастье. Оно в существовании таких художников, в их труде и таланте. Человечество будет состоять из людей, а не из животных, пока оно способно удивляться и радоваться искусству.

загрузка...

buk-journal.ru

картины и их описание. Художник Кабаков Илья Иосифович

Хорошо быть художественным критиком в эпоху Интернета и абстрактных никнеймов - никто не узнает подлинного имени, можно не сдерживать себя, ведь всё так ясно и понятно – все они рвачи и халтурщики! Вот, например, концептуалист Илья Кабаков. Картины, графика, инсталляции – некоторые вещи не похожи ни на что на свете, а стоят миллионы, - всё ясно!

Илья Кабаков, картины

Но некоторым ценителям стоит унять свой ломающийся голос, а лучше попасть на выставку этого мастера. И если смотреть по-настоящему открытыми глазами, можно увидеть удивительный, неисчерпаемый мир, то полный юмора и иронии, то звенящий болью за людей, живших и живущих в этой непостижимой стране…

14 лет учёбы

Но сначала была долгая учеба профессии. Кабаков Илья Иосифович родился в 1933 году в Днепропетровске, в семье слесаря и бухгалтера. Во время войны они с матерью оказались в Самарканде, куда был эвакуирован из Ленинграда Институт имени Репина. В детской художественной школе при этом институте и начал учиться Илья. После войны Кабакова перевели в Московскую среднюю художественную школу, которую он окончил в 1951 году и поступил в лучший художественный вуз страны – Суриковский институт, на графическое отделение. Он выбрал специализацию по искусству книги у профессора Дехтерева.

В сегодняшних воспоминаниях мастера, полных самоиронии и мистификаций, можно встретить его легкомысленное отношение к своим занятиям по оформлению детских книг, которыми он занялся после окончания института в 1957 году. Он называет их лишь способом добычи средств для пропитания, которому он уделял небольшую часть времени и усилий. Печатная продукция для детей была особенно проникнута идеологическими штампами и догмами, и якобы поэтому сделать в ней что-то интересное было невозможно.

Это представляется легким лукавством: качество книг издательства «Детская литература», журналов «Мурзилка», «Веселые картинки» многими вспоминается с восторгом не только из-за возрастной ностальгии. Илья Кабаков – художник, создавший иллюстрации к стихам Маршака, сказкам Шарля Перро, историям о Питере Пене. В этих явно неакадемических работах ясно видны свобода, новизна и фантазия. Очень интересно оформление научно-познавательных детских книжек: "Чудеса из дерева" (1960), "Глина и руки" (1963), "Океан начинается с капли" (1966) Е. Мара, "Сказ про газ" Е. Пермяка (1960), "Хитрая точка" (1966).

Мастерская под крышей «России»

С конца 60-х годов в Москве образовалось общество художников-нонконформистов под названием «Сретенский бульвар». В него входил и Илья Кабаков. Картины художников этого дружеского объединения сильно отличались от официально одобренной живописи.

Возможность собираться вместе появилась во многом благодаря Кабакову. Работа для издательств приносила неплохие деньги, и у художника появилась собственная мастерская. Он называет мистической историю, как он нашел помещение под крышей бывшего доходного дома «Россия» на Сретенском бульваре и согласовал с властями оборудование там студии.

Работы Ильи КабаковаРаботы Ильи Кабакова, Юло Соостера, Эрика Булатова, Олега Васильева и других выставлялись на неофициальных выставках в Москве и за рубежом, олицетворяя альтернативное искусство СССР эпохи оттепели. Но грубая реакция на абстрактное искусство со стороны главных «художественных критиков» страны привела к торжеству одного только соцреализма.

До появления собственной студии «работы для себя» представляли собой графические листы в стиле абстрактного экспрессионизма и альбомы небольшого формата. Позднее стали появляться и живописные полотна большего формата: «Голова с шаром» (1965), «Трубка, трость, мяч и муха» (1966), «Автомат и цыпленок» (1966).

Текст как живописное средство

Илья Кабаков, картины которого стали содержать все больший философский подтекст, стал одним из лидеров концептуалистов. Серия «белых» картин огромного размера – «Бердянск спит» (1970), «A Man and Small House» (1970) - вызывали мысли об условиях восприятия новой живописи, о взаимодействии зрителя и художника. Движению в этом направлении служат эксперименты художника с введением в пространство картины текста. Первые такие работы - «Где они?» (1970), «Всё о нём» (1970), «Ответы экспериментальной группы» (1970) - представляют собой различные предметы из реального быта московских коммуналок с текстовыми комментариями, часто псевдозначительными пародиями на официальные инструкции или объявления.

Илья Кабаков художникТекст использует и позднее Илья Кабаков. «Номер люкс» (1981) - картина, которая представляет собой вид гостиничного номера с наложенной на изображение рекламой путешествия по черноморским курортам.

Концептуальными произведениями являются и изобретенные Кабаковым альбомы, ставшие предтечей инсталляций. Такие альбомы – сплав скульптуры, иллюстрации, литературы, театра – строятся вокруг одной темы или переживания персонажа, выраженных визуальными и текстовыми средствами. Наблюдение за нанизыванием друг на друга значительных или бессмысленных событий завораживает. Оно впечатляет или завершенностью, или открытостью в любом направлении времени и пространства.

Кабаков Илья Иосифович

Илья Кабаков – художник-график, иллюстратор, шрифтовик. В таких альбомах наиболее точно прослеживается суть его деятельности. Самый известный альбом – «Десять персонажей» (1970-74).

Война и мир коммуналок

Социальные условия советской эпохи – главный объект исследований для творчества Кабакова. Угнетающее влияние господства одной идеологии нашло выражение в таких работах, как «Проверено!» (1981) и «Супермаркет» (1981). Войны соседей по коммуналкам за воздух и дополнительную площадь – тема «жэковских» композиций «Вынос мусора» (1980), «Воскресный вечер» (1980). В «Кухонной серии» того же периода привычные предметы кухонной утвари наделяются неким высоким художественным значением, культурным смыслом, часто отделённым от функциональности.

Таким смыслом наполняется и обычный бытовой мусор в последующей инсталляции «Человек, который никогда ничего не выбрасывал» (1985). В ней можно увидеть и глобальные рассуждения о смысле человеческой деятельности, о привычке к безрассудному хранению нужного и ненужного или, наоборот, пересмотру истории с подгонкой прошлого под нужды современной политики.

Тотальные инсталляции

В 1987 году Кабаков Илья Иосифович эмигрирует на Запад. Здесь он получает возможность доступа к большим выставочным пространствам. «Тотальные инсталляции» - так называет Илья Кабаков картины и объекты, занимающие большие пространства и объединенные общим глобальным замыслом.

Илья Кабаков, жукСамой известной стала инсталляция «Человек, улетевший в космос из своей квартиры», во многом символическая для судьбы самого художника. В центре небольшой комнатки со стенами, оклеенными советскими плакатами, укреплено нечто, похожее на рогатку. Пролом в потолке, комментарии и описание комнаты как места происшествия - всё доказывает реальность экстраординарного события: некий изобретатель с помощью хитроумной катапульты, пробив потолочное перекрытие своим телом, вышел в околоземное пространство – тело-то не нашли…

Видеть в таком объекте только стёб и насмешку над строем неверно. Так же, как и в инсталляции «Туалет» (1992), найти лишь злопыхательскую аналогию общественного туалета как привычных условий жизни в целой стране. Этот арт-объект поражал особенно западного зрителя, считающего приватность жилого пространства естественной потребностью нормального человека.

«Красный вагон» (1991), «Мост» (1991), «Жизнь мух» (1992), «Мы здесь живем» (1995) – тотальные инсталляции, принесшие Кабакову славу. Они экспонируются в музеях США и Европы, а объединенные в выставки типа «Дворец проектов» (1998, Лондон) и «50 инсталляций» (2000, Берн) представляют творчество Кабакова явлением мировой культуры.

Жена и соавтор

Кабаков любит расцвечивать жизнь мистификациями. К таким выдумкам были склонны периодически появлявшиеся художники Шарль Розенталь, Игорь Спивак, Степан Кошелев. С ними Кабаков вступал в творческое сотрудничество, про них он даже писал статьи в стиле занудных искусствоведов.

С 1989 года художник обретает настоящего соавтора – Эмилию Леках. Она становится его женой и берет на себя решение многих организационных и финансовых вопросов, оставляя мастеру больше времени на творчество. А таких вопросов становится всё больше, потому что интерес к творчеству Кабакова растет. Пример тому – аукцион Phillips de Pury & Company. В 2007 году там был выставлен лот «Илья Кабаков. «Номер люкс». Картина была куплена за 2 млн фунтов стерлингов, и Кабаков становится самым дорогим современным российским живописцем.

Илья Кабаков, номер люкс

В 2008 году это подтверждают очередные торги на том же аукционе. Очередной лот - «Илья Кабаков, «Жук» (1982)», и очередной рекорд – 2,93 млн £.

Способность удивляться

Считать доллары и фунты необходимо - таков нынешний мир. Но хочется, чтобы в нём выжила эта банальная идейка, что не в деньгах счастье. Оно в существовании таких художников, в их труде и таланте. Человечество будет состоять из людей, а не из животных, пока оно способно удивляться и радоваться искусству.

загрузка...

worldfb.ru


Смотрите также