Магический круг (картина). Картина круг


Магический круг (картина) Википедия

«Магический круг» (англ. The Magic Circle) — картина, написанная маслом, в прерафаэлитском стиле, созданная в 1886 году британским художником Джоном Уильямом Уотерхаусом. На картине изображена ведьма или колдунья, очерчивающая на земле огненный магический круг с целью создать пространство для осуществления колдовства.

История

Картина «Магический круг» была представлена в Королевской академии в 1886 году[2] и после «Совета с оракулом» и «Святой Евлалии» стала третьей картиной Уотерхауса на тему сверхъестественного, которая сохранялась в его творчестве на протяжении многих лет[3]. Картина была хорошо принята на его выставке[3] и в том же году приобретена галереей Тейт за 650 фунтов в соответствии с завещанием Френсиса Чантри[4].

Картина была весьма положительно принята критиками и общественностью.

Описание

На картине в типичном для Уотерхауса стиле в центре холста изображён главный герой произведения — одинокая женская фигура. Окружающий пейзаж туманен, как будто не вполне реален, и фигуры на заднем плане становятся различимыми лишь при ближайшем рассмотрении, что сделано художником намеренно, дабы образ ведьмы смотрелся как единственный важный объект на полотне[5].

Уотерхаус при создании данной картины обратил особое внимание на углы, сбалансировав круг, который фигура ведьмы очерчивает вокруг себя, с помощью треугольника: её прямой руки, продолжением которой как бы является палка, выставленная под углом 45 градусов к её прямому телу. Сила ведьмы подчёркивается её решительным выражением лица, исключением из круга ворон и лягушки — популярных символов магии в то время — и контролем над столбом дыма, выходящим из котелка. Столб, вместо того чтобы развеиваться в стороны или колебаться под действием ветра, остаётся прямым.

По своей композиции «Магический круг» сходен с более поздней картиной Уотерхауса, «Мирандой» (1916), также изображающей женщину, связанную с магией. Ведьма одета в платье, схожее с платьем «Миранды», а лицо её также доступно для обзора лишь в профиль. В отличие от картин, изображающих колдуний, кисти Фредерика Сэндиса, таких как «Медея» (1868) или «Фея Моргана» (1864), Уотерхаус решил изобразить лицо ведьмы решительным и интригующим, а не злорадным.

Темы

Чудеса, магия и дар пророчества являются частыми темами в творчестве Уотерхауса. Тема женщины-колдуньи часто повторяется в таких его работах, как «Цирцея предлагает кубок Одиссею» (1891, Олдхэмская галерея) и «Гилас и нимфы» (1896, Манчестерская галерея). Его творчество также включает ряд подобных работ на ближневосточную тематику, которые написаны под влиянием современных ему художников, таких как Ф. Льюис (1805—1876) и Лоуренс Альма-Тадема (1836—1912), а не основаны на его собственном опыте. Это одна из ранних работ Уотерхауса, отражающая его увлечение экзотикой.

Женщина на этой картине представляет собой, по всей видимости, колдунью или жрицу, наделённую магической силой и, возможно, даром пророчества. Её платье и общий вид весьма эклектичны и основаны на нескольких традициях: лицо женщины смуглого цвета и средневосточного происхождения; её причёска напоминает ранних англосаксов; её платье украшено как у персидских или древнегреческих воинов. В левой руке она держит серп в форме полумесяца, что связывает её с Луной и Гекатой. С помощью палочки в правой руке она очерчивает вокруг себя защитный магический круг. Вне круга пейзаж голый и бесплодный; группа грачей или воронов и лягушка — все они символы зла и связаны с колдовством — исключены из него. Но в его пределах находятся цветы и сама женщина, символы красоты. Смысл картины неясен, но её таинственность и экзотичность вызывают отклик у современных зрителей. Когда картина была выставлена в Королевской Академии в 1886 году, критик журнала Magazine of Art написал: «Мистер Уотерхаус в своём „Магическом круге“ остаётся лучшим в своём роде — оригинальным в концепции и живописным в своих результатах». (цитируется по: Hobson, p.37)[6].

Примечания

wikiredia.ru

Магический круг (картина) — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«Магический круг» (англ. The Magic Circle) — картина, написанная маслом, в прерафаэлитском стиле, созданная в 1886 году британским художником Джоном Уильямом Уотерхаусом. На картине изображена ведьма или колдунья, очерчивающая на земле огненный магический круг с целью создать пространство для осуществления колдовства.

Картина «Магический круг» была представлена в Королевской академии в 1886 году[2] и после «Совета с оракулом» и «Святой Евлалии» стала третьей картиной Уотерхауса на тему сверхъестественного, которая сохранялась в его творчестве на протяжении многих лет[3]. Картина была хорошо принята на его выставке[3] и в том же году приобретена галереей Тейт за 650 фунтов в соответствии с завещанием Френсиса Чантри[4].

Картина была весьма положительно принята критиками и общественностью.

На картине в типичном для Уотерхауса стиле в центре холста изображён главный герой произведения — одинокая женская фигура. Окружающий пейзаж туманен, как будто не вполне реален, и фигуры на заднем плане становятся различимыми лишь при ближайшем рассмотрении, что сделано художником намеренно, дабы образ ведьмы смотрелся как единственный важный объект на полотне[5].

Уотерхаус при создании данной картины обратил особое внимание на углы, сбалансировав круг, который фигура ведьмы очерчивает вокруг себя, с помощью треугольника: её прямой руки, продолжением которой как бы является палка, выставленная под углом 45 градусов к её прямому телу. Сила ведьмы подчёркивается её решительным выражением лица, исключением из круга ворон и лягушки — популярных символов магии в то время — и контролем над столбом дыма, выходящим из котелка. Столб, вместо того чтобы развеиваться в стороны или колебаться под действием ветра, остаётся прямым.

По своей композиции «Магический круг» сходен с более поздней картиной Уотерхауса, «Мирандой» (1916), также изображающей женщину, связанную с магией. Ведьма одета в платье, схожее с платьем «Миранды», а лицо её также доступно для обзора лишь в профиль. В отличие от картин, изображающих колдуний, кисти Фредерика Сэндиса, таких как «Медея» (1868) или «Фея Моргана» (1864), Уотерхаус решил изобразить лицо ведьмы решительным и интригующим, а не злорадным.

Чудеса, магия и дар пророчества являются частыми темами в творчестве Уотерхауса. Тема женщины-колдуньи часто повторяется в таких его работах, как «Цирцея предлагает кубок Одиссею» (1891, Олдхэмская галерея) и «Гилас и нимфы» (1896, Манчестерская галерея). Его творчество также включает ряд подобных работ на ближневосточную тематику, которые написаны под влиянием современных ему художников, таких как Ф. Льюис (1805—1876) и Лоуренс Альма-Тадема (1836—1912), а не основаны на его собственном опыте. Это одна из ранних работ Уотерхауса, отражающая его увлечение экзотикой.

Женщина на этой картине представляет собой, по всей видимости, колдунью или жрицу, наделённую магической силой и, возможно, даром пророчества. Её платье и общий вид весьма эклектичны и основаны на нескольких традициях: лицо женщины смуглого цвета и средневосточного происхождения; её причёска напоминает ранних англосаксов; её платье украшено как у персидских или древнегреческих воинов. В левой руке она держит серп в форме полумесяца, что связывает её с Луной и Гекатой. С помощью палочки в правой руке она очерчивает вокруг себя защитный магический круг. Вне круга пейзаж голый и бесплодный; группа грачей или воронов и лягушка — все они символы зла и связаны с колдовством — исключены из него. Но в его пределах находятся цветы и сама женщина, символы красоты. Смысл картины неясен, но её таинственность и экзотичность вызывают отклик у современных зрителей. Когда картина была выставлена в Королевской Академии в 1886 году, критик журнала Magazine of Art написал: «Мистер Уотерхаус в своём „Магическом круге“ остаётся лучшим в своём роде — оригинальным в концепции и живописным в своих результатах». (цитируется по: Hobson, p.37)[6].

ru.bywiki.com

Абстрактное искусство, интересные факты о творчестве Василия Кандинского и 20 раскрасок по мотивам великих картин

Ирина БалманжиИрина Балманжи

Друзья, у нас вышла потрясающая новинка — альбом для творчества «Василий Кандинский». Эта книга поможет вам познакомиться с абстрактным искусством и развить художественное ви́дение. Под обложкой — интересные факты из биографии великого живописца, 20 раскрасок по мотивам его картин и короткое описание каждого шедевра.

Хотите раскрыть свой творческий потенциал и научиться чувствовать цвет? Берите кисти, краски, карандаши и начинайте рисовать прямо в книге! Кстати, это отличный способ расслабиться и снять напряжение после тяжелого рабочего дня.

Великий новатор

Три основных цвета и их разнообразные оттенки, треугольники, квадраты, круги, прямые и изогнутые линии соединяются и расходятся на полотнах Василия Кандинского по особым законам.

Композиция VIII, 1923

Вызвать эмоции, поговорить по душам — вот главная задача художника. Он первым понял, что важно не воспроизвести увиденное, а выразить суть, показать незримое. За 50 лет Кандинский создал жанр живописи, в котором главное — эмоции и чувства. Для их раскрытия он использовал формы, линии и цвета, создав новый мир — мир абстракции.

Озарение

В 1908 году Кандинский сделал открытие, о котором рассказал в тексте «Ступени», опубликованном в 1912 году: «Сумерки надвигались. Я возвращался домой с этюда, еще углубленный в свою работу и в мечты о том, как следовало бы работать, как вдруг увидел перед собой неописуемо прекрасную, пропитанную внутренним горением картину.

Импровизация 3, 1909

Сначала я поразился, но сейчас же скорым шагом приблизился к этой загадочной картине, совершенно непонятной по внешнему содержанию и состоявшей исключительно из красочных пятен. И ключ к загадке был найден: это была моя собственная картина, прислоненная к стене и стоявшая на боку.

Попытка на другой день при дневном свете вызвать то же впечатление удалась только наполовину: хотя картина стояла так же на боку, но я сейчас же различал на ней предметы, не хватало также и тонкой лессировки сумерек. В общем, мне стало в этот день бесспорно ясно, что предметность вредна моим картинам».

О духовном в искусстве

В 1909 году Кандинский принялся за первый большой теоретический текст «О духовном в искусстве», опубликованный в конце 1911 года. В нем художник представил свое видение искусства, миссия которого — духовного порядка. Там же он высказал теорию об эмоциональном воздействии цветов на человека и об их внутреннем звучании.

Небесно-голубое (Синее небо), 1940

По его мнению, форму определяет только «внутренняя необходимость», а абстракция позволяет избежать стилизации, которая используется «для красоты» или бессмысленного эксперимента. «Прекрасно то, что возникает из внутренней душевной необходимости. Прекрасно то, что прекрасно внутренне», — писал он в своем манифесте.

Именно в этот период картины Кандинского освободились от предметности и превратились в чистые конструкции форм и цветов, а черные линии стали самостоятельными графическими элементами. «Картина с кругом» (1911) и «Картина с черной аркой» (1912) — его первые абстрактные работы.

Картина с черной аркой (1912, холст, масло, 189 × 198 см)

Некоторые искусствоведы именно эту картину 1912 года считают первым абстрактным произведением в истории живописи. На этом полотне мы видим три больших блока цветов: синий, красный и фиолетовый, — которые сталкиваются, как три континента. «Синяя» форма появляется в нижнем левом углу, пересекает пространство, окрашиваясь местами в светло-желтый и красно-оранжевый.

Для Кандинского синий — «небесный» цвет, а желтый — «типично земной»; он «беспокоит человека, колет, будоражит его и обнаруживает характер заключающегося в цвете насилия». Теплота желтого, сталкиваясь с холодом синего, создает живой, но «болезненный» контраст.

Картина с черной аркой, 1912

Белый — как «великое безмолвие». В нижней правой части много разных оттенков, среди которых доминирует алый: «Упорный, навязчивый, сильный тон… подобен равномерно пылающей страсти; это уверенная в себе сила, которую нелегко заглушить». Над ними третий блок — фиолетовый: цвет, который, согласно Кандинскому, «возникает в результате вытеснения красного синим».

Раскраска по мотивам картины

Центральная часть композиции — большая черная изогнутая линия, которая пересекает пространство и задает ритм. Черная арка сближает три цветных блока, которые сражаются в контрасте цветов, символизируя конфликт между «духом» и «материей». В этой картине Кандинскому удалось передать духовное беспокойство с помощью чистых абстрактных форм.

Несколько кругов (1926, холст, масло, 140 × 140 см)

В 1922 году Кандинский переехал в немецкий городок Веймар преподавать в школе Баухаус. Начался новый период его творчества, который он сам назвал «лирическим геометризмом». Это синтез лирической абстракции, где главное — выразить эмоции, и абстракции геометрической, сосредоточенной скорее на сочетании форм.

Несколько кругов, 1926

Все большее значение в уроках и работах Кандинского приобретают геометрические элементы — особенно круг, полукруг, угол, прямые и изогнутые линии. С 1925 по 1928 год художник особое внимание уделял кругу — и картина «Несколько кругов», созданная в 1926 году, полностью посвящена этой форме.

Раскраска по мотивам картины

Кандинский писал своему другу и биографу Уиллу Грохману в 1930 году: «Если в последние годы я особенно предпочитаю круг, то повод тому (или причина) — не его „геометрическая“ форма или характеристики, но мое ощущение внутренней силы круга в его бесчисленных вариациях. Сегодня я люблю круг, как раньше любил, например, коня, а может быть, и больше, так как нахожу в круге больше внутренних возможностей, отчего он и занял место коня. Как я уже сказал, в моей работе все это не имеет значения. Я не выбираю форму осознанно — она сама выбирает себя».

Фуга (1914, холст, масло, 129,5 × 129,5 см)

Однажды во время просмотра оперы Вагнера «Лоэнгрин» в Большом театре Кандинский испытал невероятно глубокие переживания от «абсолютного произведения искусства». Слушая музыку, он видел ее перед глазами. «Бешеные, почти безумные линии рисовались передо мной», — писал он позже, пытаясь передать свое впечатление.

Фуга, 1914

Вибрации его души вошли в резонанс с музыкой. Из этого он сделал вывод, что если музыка может говорить с душой посредством звуков, то живопись способна сделать то же самое с помощью цветов и форм. С этого момента реальность на картинах Кандинского почти полностью исчезает. Он не воссоздавал окружающий мир, но вдохновлялся ощущениями — визуальными и акустическими — и показывал свое внутреннее восприятие.

Раскраска по мотивам картины

Позже он писал: «Художник, не видящий цели даже в художественном подражании явлениям природы, является творцом, который хочет и должен выразить свой внутренний мир. Он с завистью видит, как естественно и легко это достигается музыкой, которая в наши дни является наименее материальным из всех искусств. Понятно, что он обращается к ней и пытается найти те же средства в собственном искусстве». Название «Фуга» Кандинский придумал, когда картина была закончена: он был уверен в ее «полифоническом звучании».

Еще в книге

С помощью альбома «Василий Кандинский» вы сможете воссоздать такие картины:

  • Импровизация III
  • Впечатление V (Парк)
  • Цветной эскиз. Квадраты с концентрическими кругами
  • Композиция VIII
  • Желтая картина
  • Пестрая жизнь
  • Без названия («Абстрактная акварель»)
  • На белом II
  • Несколько кругов
  • Картина с черной аркой
  • Желтый, красный, синий
  • Фуга
  • Эскиз к Импровизации VIII
  • Небесно-голубое
  • Композиция IV (Битва)
  • Композиция IX
  • Сопровождающий контраст
  • Картина с лучником
  • Красное пятно II
  • В сером

Книга понравится всем, кто увлекается рисованием и искусством, а также поклонникам абстрактной живописи и творчества Василия Кандинского.

Иллюстрации из книги

На обложке поста: «Цветной эскиз. Квадраты с концентрическими кругами», 1913

blog.mann-ivanov-ferber.ru

Магический круг (картина) — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

К:Картины 1886 года

«Магический круг» (англ. The Magic Circle) — картина, написанная маслом, в прерафаэлитском стиле, созданная в 1886 году британским художником Джоном Уильямом Уотерхаусом. На картине изображена ведьма или колдунья, очерчивающая на земле огненный магический круг с целью создать пространство для осуществления колдовства.

История

Картина «Магический круг» была представлена в Королевской академии в 1886 году[1] и после «Совета с оракулом» и «Святой Евлалии» стала третьей картиной Уотерхауса на тему сверхъестественного, которая сохранялась в его творчестве на протяжении многих лет[2]. Картина была хорошо принята на его выставке[2] и в том же году приобретена галереей Тейт за 650 фунтов в соответствии с завещанием Френсиса Чантри[3].

Картина была весьма положительно принята критиками и общественностью.

Описание

На картине в типичном для Уотерхауса стиле в центре холста изображён главный герой произведения — одинокая женская фигура. Окружающий пейзаж туманен, как будто не вполне реален, и фигуры на заднем плане становятся различимыми лишь при ближайшем рассмотрении, что сделано художником намеренно, дабы образ ведьмы смотрелся как единственный важный объект на полотне[4].

Уотерхаус при создании данной картины обратил особое внимание на углы, сбалансировав круг, который фигура ведьмы очерчивает вокруг себя, с помощью треугольника: её прямой руки, продолжением которой как бы является палка, выставленная под углом 45 градусов к её прямому телу. Сила ведьмы подчёркивается её решительным выражением лица, исключением из круга ворон и лягушки — популярных символов магии в то время — и контролем над столбом дыма, выходящим из котелка. Столб, вместо того чтобы развеиваться в стороны или колебаться под действием ветра, остаётся прямым.

По своей композиции «Магический круг» сходен с более поздней картиной Уотерхауса, «Мирандой» (1916), также изображающей женщину, связанную с магией. Ведьма одета в платье, схожее с платьем «Миранды», а лицо её также доступно для обзора лишь в профиль. В отличие от картин, изображающих колдуний, кисти Фредерика Сэндиса, таких как «Медея» (1868) или «Фея Моргана» (1864), Уотерхаус решил изобразить лицо ведьмы решительным и интригующим, а не злорадным.

Темы

Чудеса, магия и дар пророчества являются частыми темами в творчестве Уотерхауса. Тема женщины-колдуньи часто повторяется в таких его работах, как «Цирцея предлагает кубок Одиссею» (1891, Олдхэмская галерея) и «Гилас и нимфы» (1896, Манчестерская галерея). Его творчество также включает ряд подобных работ на ближневосточную тематику, которые написаны под влиянием современных ему художников, таких как Ф. Льюис (1805—1876) и Лоуренс Альма-Тадема (1836—1912), а не основаны на его собственном опыте. Это одна из ранних работ Уотерхауса, отражающая его увлечение экзотикой.

Женщина на этой картине представляет собой, по всей видимости, колдунью или жрицу, наделённую магической силой и, возможно, даром пророчества. Её платье и общий вид весьма эклектичны и основаны на нескольких традициях: лицо женщины смуглого цвета и средневосточного происхождения; её причёска напоминает ранних англосаксов; её платье украшено как у персидских или древнегреческих воинов. В левой руке она держит серп в форме полумесяца, что связывает её с Луной и Гекатой. С помощью палочки в правой руке она очерчивает вокруг себя защитный магический круг. Вне круга пейзаж голый и бесплодный; группа грачей или воронов и лягушка — все они символы зла и связаны с колдовством — исключены из него. Но в его пределах находятся цветы и сама женщина, символы красоты. Смысл картины неясен, но её таинственность и экзотичность вызывают отклик у современных зрителей. Когда картина была выставлена в Королевской Академии в 1886 году, критик журнала Magazine of Art написал: «Мистер Уотерхаус в своём „Магическом круге“ остаётся лучшим в своём роде — оригинальным в концепции и живописным в своих результатах». (цитируется по: Hobson, p.37)[5].

Напишите отзыв о статье "Магический круг (картина)"

Примечания

  1. ↑ [www.tate.org.uk/servlet/ViewWork?cgroupid=999999961&workid=15985&searchid=5475&tabview=text The Magic Circle] at the Tate Collection.
  2. ↑ 1 2 [www.christies.com/LotFinder/lot_details.aspx?intObjectID=5210397 Study for The Magic Circle] at Christie’s.
  3. ↑ [www.johnwilliamwaterhouse.com/pictures/magic-circle-1886 The Magic Circle] at The Art and Life of John William Waterhouse.
  4. ↑ Information at [www.tate.org.uk/servlet/ViewWork?cgroupid=999999961&workid=15985&searchid=9821&tabview=text Tate’s Magic Circle webpage].
  5. ↑ из www.tate.org.uk/art/artworks/waterhouse-the-magic-circle-n01572/text-summary

Отрывок, характеризующий Магический круг (картина)

– Ты ненавидишь, так измени ее, очисти себя, и по мере очищения ты будешь познавать мудрость. Посмотрите на свою жизнь, государь мой. Как вы проводили ее? В буйных оргиях и разврате, всё получая от общества и ничего не отдавая ему. Вы получили богатство. Как вы употребили его? Что вы сделали для ближнего своего? Подумали ли вы о десятках тысяч ваших рабов, помогли ли вы им физически и нравственно? Нет. Вы пользовались их трудами, чтоб вести распутную жизнь. Вот что вы сделали. Избрали ли вы место служения, где бы вы приносили пользу своему ближнему? Нет. Вы в праздности проводили свою жизнь. Потом вы женились, государь мой, взяли на себя ответственность в руководстве молодой женщины, и что же вы сделали? Вы не помогли ей, государь мой, найти путь истины, а ввергли ее в пучину лжи и несчастья. Человек оскорбил вас, и вы убили его, и вы говорите, что вы не знаете Бога, и что вы ненавидите свою жизнь. Тут нет ничего мудреного, государь мой! – После этих слов, масон, как бы устав от продолжительного разговора, опять облокотился на спинку дивана и закрыл глаза. Пьер смотрел на это строгое, неподвижное, старческое, почти мертвое лицо, и беззвучно шевелил губами. Он хотел сказать: да, мерзкая, праздная, развратная жизнь, – и не смел прерывать молчание. Масон хрипло, старчески прокашлялся и кликнул слугу. – Что лошади? – спросил он, не глядя на Пьера. – Привели сдаточных, – отвечал слуга. – Отдыхать не будете? – Нет, вели закладывать. «Неужели же он уедет и оставит меня одного, не договорив всего и не обещав мне помощи?», думал Пьер, вставая и опустив голову, изредка взглядывая на масона, и начиная ходить по комнате. «Да, я не думал этого, но я вел презренную, развратную жизнь, но я не любил ее, и не хотел этого, думал Пьер, – а этот человек знает истину, и ежели бы он захотел, он мог бы открыть мне её». Пьер хотел и не смел сказать этого масону. Проезжающий, привычными, старческими руками уложив свои вещи, застегивал свой тулупчик. Окончив эти дела, он обратился к Безухому и равнодушно, учтивым тоном, сказал ему: – Вы куда теперь изволите ехать, государь мой? – Я?… Я в Петербург, – отвечал Пьер детским, нерешительным голосом. – Я благодарю вас. Я во всем согласен с вами. Но вы не думайте, чтобы я был так дурен. Я всей душой желал быть тем, чем вы хотели бы, чтобы я был; но я ни в ком никогда не находил помощи… Впрочем, я сам прежде всего виноват во всем. Помогите мне, научите меня и, может быть, я буду… – Пьер не мог говорить дальше; он засопел носом и отвернулся. Масон долго молчал, видимо что то обдумывая. – Помощь дается токмо от Бога, – сказал он, – но ту меру помощи, которую во власти подать наш орден, он подаст вам, государь мой. Вы едете в Петербург, передайте это графу Вилларскому (он достал бумажник и на сложенном вчетверо большом листе бумаги написал несколько слов). Один совет позвольте подать вам. Приехав в столицу, посвятите первое время уединению, обсуждению самого себя, и не вступайте на прежние пути жизни. Затем желаю вам счастливого пути, государь мой, – сказал он, заметив, что слуга его вошел в комнату, – и успеха… Проезжающий был Осип Алексеевич Баздеев, как узнал Пьер по книге смотрителя. Баздеев был одним из известнейших масонов и мартинистов еще Новиковского времени. Долго после его отъезда Пьер, не ложась спать и не спрашивая лошадей, ходил по станционной комнате, обдумывая свое порочное прошедшее и с восторгом обновления представляя себе свое блаженное, безупречное и добродетельное будущее, которое казалось ему так легко. Он был, как ему казалось, порочным только потому, что он как то случайно запамятовал, как хорошо быть добродетельным. В душе его не оставалось ни следа прежних сомнений. Он твердо верил в возможность братства людей, соединенных с целью поддерживать друг друга на пути добродетели, и таким представлялось ему масонство.

Приехав в Петербург, Пьер никого не известил о своем приезде, никуда не выезжал, и стал целые дни проводить за чтением Фомы Кемпийского, книги, которая неизвестно кем была доставлена ему. Одно и всё одно понимал Пьер, читая эту книгу; он понимал неизведанное еще им наслаждение верить в возможность достижения совершенства и в возможность братской и деятельной любви между людьми, открытую ему Осипом Алексеевичем. Через неделю после его приезда молодой польский граф Вилларский, которого Пьер поверхностно знал по петербургскому свету, вошел вечером в его комнату с тем официальным и торжественным видом, с которым входил к нему секундант Долохова и, затворив за собой дверь и убедившись, что в комнате никого кроме Пьера не было, обратился к нему:

wiki-org.ru

Магический круг (картина) Вики

«Магический круг» (англ. The Magic Circle) — картина, написанная маслом, в прерафаэлитском стиле, созданная в 1886 году британским художником Джоном Уильямом Уотерхаусом. На картине изображена ведьма или колдунья, очерчивающая на земле огненный магический круг с целью создать пространство для осуществления колдовства.

История[ | код]

Картина «Магический круг» была представлена в Королевской академии в 1886 году[2] и после «Совета с оракулом» и «Святой Евлалии» стала третьей картиной Уотерхауса на тему сверхъестественного, которая сохранялась в его творчестве на протяжении многих лет[3]. Картина была хорошо принята на его выставке[3] и в том же году приобретена галереей Тейт за 650 фунтов в соответствии с завещанием Френсиса Чантри[4].

Картина была весьма положительно принята критиками и общественностью.

Описание[ | код]

На картине в типичном для Уотерхауса стиле в центре холста изображён главный герой произведения — одинокая женская фигура. Окружающий пейзаж туманен, как будто не вполне реален, и фигуры на заднем плане становятся различимыми лишь при ближайшем рассмотрении, что сделано художником намеренно, дабы образ ведьмы смотрелся как единственный важный объект на полотне[5].

Уотерхаус при создании данной картины обратил особое внимание на углы, сбалансировав круг, который фигура ведьмы очерчивает вокруг себя, с помощью треугольника: её прямой руки, продолжением которой как бы является палка, выставленная под углом 45 градусов к её прямому телу. Сила ведьмы подчёркивается её решительным выражением лица, исключением из круга ворон и лягушки — популярных символов магии в то время — и контролем над столбом дыма, выходящим из котелка. Столб, вместо того чтобы развеиваться в стороны или колебаться под действием ветра, остаётся прямым.

По своей композиции «Магический круг» сходен с более поздней картиной Уотерхауса, «Мирандой» (1916), также изображающей женщину, связанную с магией. Ведьма одета в платье, схожее с платьем «Миранды», а лицо её также доступно для обзора лишь в профиль. В отличие от картин, изображающих колдуний, кисти Фредерика Сэндиса, таких как «Медея» (1868) или «Фея Моргана» (1864), Уотерхаус решил изобразить лицо ведьмы решительным и интригующим, а не злорадным.

Темы[ | код]

Чудеса, магия и дар пророчества являются частыми темами в творчестве Уотерхауса. Тема женщины-колдуньи часто повторяется в таких его работах, как «Цирцея предлагает кубок Одиссею» (1891, Олдхэмская галерея) и «Гилас и нимфы» (1896, Манчестерская галерея). Его творчество также включает ряд подобных работ на ближневосточную тематику, которые написаны под влиянием современных ему художников, таких как Ф. Льюис (1805—1876) и Лоуренс Альма-Тадема (1836—1912), а не основаны на его собственном опыте. Это одна из ранних работ Уотерхауса, отражающая его увлечение экзотикой.

Женщина на этой картине представляет собой, по всей видимости, колдунью или жрицу, наделённую магической силой и, возможно, даром пророчества. Её платье и общий вид весьма эклектичны и основаны на нескольких традициях: лицо женщины смуглого цвета и средневосточного происхождения; её причёска напоминает ранних англосаксов; её платье украшено как у персидских или древнегреческих воинов. В левой руке она держит серп в форме полумесяца, что связывает её с Луной и Гекатой. С помощью палочки в правой руке она очерчивает вокруг себя защитный магический круг. Вне круга пейзаж голый и бесплодный; группа грачей или воронов и лягушка — все они символы зла и связаны с колдовством — исключены из него. Но в его пределах находятся цветы и сама женщина, символы красоты. Смысл картины неясен, но её таинственность и экзотичность вызывают отклик у современных зрителей. Когда картина была выставлена в Королевской Академии в 1886 году, критик журнала Magazine of Art написал: «Мистер Уотерхаус в своём „Магическом круге“ остаётся лучшим в своём роде — оригинальным в концепции и живописным в своих результатах». (цитируется по: Hobson, p.37)[6].

Примечания[ | код]

ru.wikibedia.ru

Магический круг (картина) — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

К:Картины 1886 года

«Магический круг» (англ. The Magic Circle) — картина, написанная маслом, в прерафаэлитском стиле, созданная в 1886 году британским художником Джоном Уильямом Уотерхаусом. На картине изображена ведьма или колдунья, очерчивающая на земле огненный магический круг с целью создать пространство для осуществления колдовства.

История

Картина «Магический круг» была представлена в Королевской академии в 1886 году[1] и после «Совета с оракулом» и «Святой Евлалии» стала третьей картиной Уотерхауса на тему сверхъестественного, которая сохранялась в его творчестве на протяжении многих лет[2]. Картина была хорошо принята на его выставке[2] и в том же году приобретена галереей Тейт за 650 фунтов в соответствии с завещанием Френсиса Чантри[3].

Картина была весьма положительно принята критиками и общественностью.

Описание

На картине в типичном для Уотерхауса стиле в центре холста изображён главный герой произведения — одинокая женская фигура. Окружающий пейзаж туманен, как будто не вполне реален, и фигуры на заднем плане становятся различимыми лишь при ближайшем рассмотрении, что сделано художником намеренно, дабы образ ведьмы смотрелся как единственный важный объект на полотне[4].

Уотерхаус при создании данной картины обратил особое внимание на углы, сбалансировав круг, который фигура ведьмы очерчивает вокруг себя, с помощью треугольника: её прямой руки, продолжением которой как бы является палка, выставленная под углом 45 градусов к её прямому телу. Сила ведьмы подчёркивается её решительным выражением лица, исключением из круга ворон и лягушки — популярных символов магии в то время — и контролем над столбом дыма, выходящим из котелка. Столб, вместо того чтобы развеиваться в стороны или колебаться под действием ветра, остаётся прямым.

По своей композиции «Магический круг» сходен с более поздней картиной Уотерхауса, «Мирандой» (1916), также изображающей женщину, связанную с магией. Ведьма одета в платье, схожее с платьем «Миранды», а лицо её также доступно для обзора лишь в профиль. В отличие от картин, изображающих колдуний, кисти Фредерика Сэндиса, таких как «Медея» (1868) или «Фея Моргана» (1864), Уотерхаус решил изобразить лицо ведьмы решительным и интригующим, а не злорадным.

Темы

Чудеса, магия и дар пророчества являются частыми темами в творчестве Уотерхауса. Тема женщины-колдуньи часто повторяется в таких его работах, как «Цирцея предлагает кубок Одиссею» (1891, Олдхэмская галерея) и «Гилас и нимфы» (1896, Манчестерская галерея). Его творчество также включает ряд подобных работ на ближневосточную тематику, которые написаны под влиянием современных ему художников, таких как Ф. Льюис (1805—1876) и Лоуренс Альма-Тадема (1836—1912), а не основаны на его собственном опыте. Это одна из ранних работ Уотерхауса, отражающая его увлечение экзотикой.

Женщина на этой картине представляет собой, по всей видимости, колдунью или жрицу, наделённую магической силой и, возможно, даром пророчества. Её платье и общий вид весьма эклектичны и основаны на нескольких традициях: лицо женщины смуглого цвета и средневосточного происхождения; её причёска напоминает ранних англосаксов; её платье украшено как у персидских или древнегреческих воинов. В левой руке она держит серп в форме полумесяца, что связывает её с Луной и Гекатой. С помощью палочки в правой руке она очерчивает вокруг себя защитный магический круг. Вне круга пейзаж голый и бесплодный; группа грачей или воронов и лягушка — все они символы зла и связаны с колдовством — исключены из него. Но в его пределах находятся цветы и сама женщина, символы красоты. Смысл картины неясен, но её таинственность и экзотичность вызывают отклик у современных зрителей. Когда картина была выставлена в Королевской Академии в 1886 году, критик журнала Magazine of Art написал: «Мистер Уотерхаус в своём „Магическом круге“ остаётся лучшим в своём роде — оригинальным в концепции и живописным в своих результатах». (цитируется по: Hobson, p.37)[5].

Напишите отзыв о статье "Магический круг (картина)"

Примечания

  1. ↑ [http://www.tate.org.uk/servlet/ViewWork?cgroupid=999999961&workid=15985&searchid=5475&tabview=text The Magic Circle] at the Tate Collection.
  2. ↑ 1 2 [http://www.christies.com/LotFinder/lot_details.aspx?intObjectID=5210397 Study for The Magic Circle] at Christie’s.
  3. ↑ [http://www.johnwilliamwaterhouse.com/pictures/magic-circle-1886 The Magic Circle] at The Art and Life of John William Waterhouse.
  4. ↑ Information at [http://www.tate.org.uk/servlet/ViewWork?cgroupid=999999961&workid=15985&searchid=9821&tabview=text Tate’s Magic Circle webpage].
  5. ↑ из http://www.tate.org.uk/art/artworks/waterhouse-the-magic-circle-n01572/text-summary

Отрывок, характеризующий Магический круг (картина)

Я и правда очень любила эту «холодную» северную легенду. Она покорила моё сердце с той же самой минуты, как только попалась мне в руки. Счастье в ней было такое мимолётное, а грусти так много!.. Вообще-то, как и сказала Изольда – добавили туда, видимо, немало, потому что душу это и вправду зацепляло очень сильно. А может, так оно и было?.. Кто же мог это по-настоящему знать?.. Ведь те, которые всё это видели, уже давным-давно не жили. Вот потому-то мне так сильно и захотелось воспользоваться этим, наверняка единственным случаем и узнать, как же всё было на самом деле... Изольда сидела тихо, о чём-то задумавшись, как бы не решаясь воспользоваться этим единственным, так неожиданно представившимся ей случаем, и увидеться с тем, кого так надолго разъединила с ней судьба... – Не знаю... Нужно ли теперь всё это... Может быть просто оставить так? – растерянно прошептала Изольда. – Ранит это сильно... Не ошибиться бы... Меня невероятно удивила такая её боязнь! Это было первый раз с того дня, когда я впервые заговорила с умершими, чтобы кто-то отказывался поговорить или увидеться с тем, кого когда-то так сильно и трагически любил... – Пожалуйста, пойдёмте! Я знаю, что потом вы будете жалеть! Мы просто покажем вам, как это делать, а если вы не захотите, то и не будете больше туда ходить. Но у вас должен оставаться выбор. Человек должен иметь право выбирать сам, правда, ведь? Наконец-то она кивнула: – Ну, что ж, пойдём, Светлая. Ты права, я не должна прятаться за «спиной невозможного», это трусость. А трусов у нас никогда не любили. Да и не была я никогда одной из них... Я показала ей свою защиту и, к моему величайшему удивлению, она сделала это очень легко, даже не задумываясь. Я очень обрадовалась, так как это сильно облегчало наш «поход». – Ну что, готовы?.. – видимо, чтобы её подбодрить, весело улыбнулась Стелла. Мы окунулись в сверкающую мглу и, через несколько коротких секунд, уже «плыли» по серебристой дорожке Астрального уровня... – Здесь очень красиво...– прошептала Изольда, – но я видела его в другом, не таком светлом месте... – Это тоже здесь... Только чуточку ниже, – успокоила её я. – Вот увидите, сейчас мы его найдём. Мы «проскользнули» чуть глубже, и я уже готова была увидеть обычную «жутко-гнетущую» нижнеастральную реальность, но, к моему удивлению, ничего похожего не произошло... Мы попали в довольно таки приятный, но, правда, очень хмурый и какой-то печальный, пейзаж. О каменистый берег тёмно-синего моря плескались тяжёлые, мутные волны... Лениво «гонясь» одна за другой, они «стукались» о берег и нехотя, медленно, возвращались обратно, таща за собой серый песок и мелкие, чёрные, блестящие камушки. Дальше виднелась величественная, огромная, тёмно-зелёная гора, вершина которой застенчиво пряталась за серыми, набухшими облаками. Небо было тяжёлым, но не пугающим, полностью укрытым серыми, облаками. По берегу местами росли скупые карликовые кустики каких-то незнакомых растений. Опять же – пейзаж был хмурым, но достаточно «нормальным», во всяком случае, напоминал один из тех, который можно было увидеть на земле в дождливый, очень пасмурный день... И того «кричащего ужаса», как остальные, виденные нами на этом «этаже» места, он нам не внушал... На берегу этого «тяжёлого», тёмного моря, глубоко задумавшись, сидел одинокий человек. Он казался совсем ещё молодым и довольно-таки красивым, но был очень печальным, и никакого внимания на нас, подошедших, не обращал. – Сокол мой ясный... Тристанушка... – прерывающимся голосом прошептала Изольда. Она была бледна и застывшая, как смерть... Стелла, испугавшись, тронула её за руку, но девушка не видела и не слышала ничего вокруг, а только не отрываясь смотрела на своего ненаглядного Тристана... Казалось, она хотела впитать в себя каждую его чёрточку... каждый волосок... родной изгиб его губ... тепло его карих глаз... чтобы сохранить это в своём исстрадавшемся сердце навечно, а возможно даже и пронести в свою следующую «земную» жизнь... – Льдинушка моя светлая... Солнце моё... Уходи, не мучай меня... – Тристан испуганно смотрел на неё, не желая поверить, что это явь, и закрываясь от болезненного «видения» руками, повторял: – Уходи, радость моя... Уходи теперь... Не в состоянии более наблюдать эту душераздирающую сцену, мы со Стеллой решили вмешаться... – Простите пожалуйста нас, Тристан, но это не видение, это ваша Изольда! Притом, самая настоящая...– ласково произнесла Стелла. – Поэтому лучше примите её, не раньте больше... – Льдинушка, ты ли это?.. Сколько раз я видел тебя вот так, и сколько терял!... Ты всегда исчезала, как только я пытался заговорить с тобой, – он осторожно протянул к ней руки, будто боясь спугнуть, а она, забыв всё на свете, кинулась ему на шею и застыла, будто хотела так и остаться, слившись с ним в одно, теперь уже не расставаясь навечно...

o-ili-v.ru


Смотрите также