Картина Васильева «Оттепель»: поэзия перемен. Картина оттепель


Картина Васильева «Оттепель»: поэзия перемен

Среди русских образцов пейзажной живописи, изумляющих иностранцев динамикой и проникновенностью, исключительное место принадлежит полотнам молодого и, несомненно, гениального живописца Федора Васильева. Если бы не ранняя смерть от туберкулеза (в 23 года), он, по утверждению Крамского, произвел бы переворот в пейзажном жанре.картина васильева оттепель Да, он был близок этому. Однажды увидев эти холсты, их невозможно забыть. А руку мастера нельзя спутать с творческой манерой других знаменитых пейзажистов. Такова и картина «Оттепель». Васильев написал ее зимой 1871 года, после летней поездки по Волге, в ходе которой художник упивался великолепием природы. Он вбирал в себя впечатления, чтобы синтезировать их в произведениях, наполненных тончайшими оттенками красок и настроений.

Отличившийся пейзаж

Картина Васильева «Оттепель» была выделена первой премией из числа других, представленных большими мастерами живописи на выставке ОПХ (Императорского Общества поощрения художников). Меценат Павел Третьяков купил пейзаж для своей коллекции задолго до выставки. Великий князь Александр, которому через десять лет предстояло вступить на Российский престол, был так впечатлен картиной, что заказал ее копию для императорского дома. В авторском повторении полотно обрело более мягкое, трогательно звучание, нежели его «близнец-первенец». Именно его решено было послать на международную выставку, проводившуюся в Великобритании. Из-за границы пейзаж вернулся тоже с первой премией и восторженными откликами рецензентов. Сегодня первая картина Васильева «Оттепель» экспонируется в Третьяковской галерее, а ее «двойник» обрел место в Государственном Русском музее Санкт-Петербурга. Что же было такого в этом полотне, очаровавшем именитую публику?оттепель васильев

Тайна притяжения

Давайте взглянем на это необычно широкое по формату и глубокое по содержанию полотно. Посреди холодной российской зимы случилась оттепель. Природа еще охвачена глубоким сном, скована льдом и инеем. Внезапное «незапланированное» пробуждение застает ее врасплох. Темные проталины, сырое месиво из снега на проезжей дороге, сразу атакованной птицами, слабое золотистое пятно света где-то в вышине – эти весенние перемены еще обманчивы, но уже неотвратимы.

Философское звучание

Картина Васильева «Оттепель» была создана в период великих реформ в стране, которые по-своему напомнит хрущевская «оттепель» в двадцатом столетии. Всплеск политической жизни тогдашней России был основан на либеральных веяниях, которые напрямую касались положения огромной части народа. Как известно, реформы разочаровали, но побудили людей к самоопределению, выбору своего дальнейшего пути.

Оттепель посреди зимы, разлившиеся ручьи подтаявшего снега, под которым едва обнаруживается дорога, заставили остановиться в нерешительности крестьянина и крохотную девочку. Куда идти? Как? Наверное, они двинутся в путь, но он будет для них нелегким.

Несомненно, идея картины не исчерпывается, как принято считать, сентенцией о «тягостной крестьянской жизни». Здесь присутствует мысль о поступательном движении природы и истории, которое через остановки и препятствия толкает время вперед. Не потому ли картина Васильева «Оттепель» приобрела всемирное значение?ф васильев оттепель

Художественное решение

Импрессионистические приемы той самой «живописи настроения», которую обязательно упоминают, говоря о полотнах Васильева, автор использует и в этом произведении. Автор изображает не столько объекты, сколько обволакивающий их свет и воздух. Благодаря этому очертания предельно реалистичны, подвижны, выразительны. Пространство полотна делится на две части – земля и небо. В центре высокое дерево, на котором обрывается теряющийся в сизой глубине перелесок, и вылившийся из подтаявшего водоема ручей зрительно создают крест, вбирающий вертикаль и горизонталь. Нежно переходящие друг в друга тона объединяют надрывную красоту пейзажа, каркающие звуки ворон, тихое журчание талого снега в одну могучую симфонию величия и беззащитности, которую так проницательно понял и мастерски изобразил Ф. Васильев. «Оттепель» чрезвычайно высоко оценил друг и учитель художника Иван Крамской, назвав ее сильной, дерзкой, полной большого поэтического содержания и решительно новой работой.

fb.ru

Оттепель (картина Васильева) — WiKi

«Оттепель» — пейзаж русского художника Фёдора Васильева (1850—1873), написанный в 1871 году. Принадлежит Государственной Третьяковской галерее (инв. 904). Размер — 53,5 × 107 см[1][2].

Картина была написана Васильевым в начале 1871 года, а весной того же года она участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию. Вскоре после окончания работы над полотном его приобрёл Павел Третьяков[3][4].

Авторское повторение картины «Оттепель», заказанное великим князем Александром Александровичем (будущим императором Александром III), в 1872 году было послано на международную выставку в Лондон, где оно получило высокие оценки британских критиков, один из которых отмечал, что картина выполнена «с такой своеобразностью, что навряд ли кто не признает тут присутствия самого высокого таланта»[5].

Много лет спустя искусствоведы отмечали смелый, новаторский характер этого пейзажа, открывшего «новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6]. Картина «Оттепель» является одним из наиболее известных произведений Фёдора Васильева[7], который умер от туберкулёза в возрасте 23 лет, через два с половиной года после её создания[8].

История

Подготовительная работа над сюжетом и композицией будущей картины «Оттепель» была начата Фёдором Васильевым в 1870 году (в частности, один из этюдов к этой картине был датирован этим годом)[9]. Летние месяцы этого года художник провёл на Волге, написав по результатам поездки ряд полотен, включая «Вид на Волге. Барки» (ГРМ) и «Волжские лагуны» (ГТГ), а также картину «Берег Волги после грозы» (ГТГ), работа над которой растянулась до апреля 1871 года[10]. По словам искусствоведа Фаины Мальцевой, «можно с уверенностью утверждать, что рождение „Оттепели“ было подготовлено поездкой на Волгу», поскольку, с одной стороны, жизнь среди крестьян обогатила художника впечатлениями, связанными с социальными вопросами, а с другой — работа над изображением приволжских ландшафтов открыла ему «своеобразие пейзажа с необозримыми далями»[10].

Фёдор Васильев написал окончательный вариант картины «Оттепель» в начале 1871 года, в течение одного месяца[11]. Весной 1871 года картина участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию[3], причём соперничала она с полотном Алексея Саврасова «Печерский монастырь близ Нижнего Новгорода», которое в результате удостоилось второй премии[12]. Картина «Оттепель» была приобретена Павлом Третьяковым ещё до начала выставки[13].

Великий князь Александр Александрович (будущий император Всероссийский Александр III) заказал Васильеву авторское повторение картины «Оттепель», работа над которым заняла у художника немногим более месяца[14]. В письме от 5 апреля 1871 года Фёдор Васильев, извинившись перед Павлом Третьяковым за долгое молчание, сообщал ему: «Вы писали мне, что Вам неизвестно, начал ли я повторение картины, купленной Вами… Теперь же я могу Вас уведомить, что конкурс кончился 2 апреля и я взял картину. Надеюсь окончить ее повторение к последним числам апреля»[15]. В мае 1871 года работа над авторским повторением была завершена, и тогда же Васильев передал свой первый вариант картины Третьякову[15].

В том же 1871 году картина экспонировалась на выставке Московского общества любителей художеств (МОЛХ). В рецензии, опубликованной в номере «Московских ведомостей» за 28 октября 1871 года, особого внимания критика Владимира Чуйко (печатавшегося под псевдонимом В. В.) удостоились два представленных на этой выставке пейзажа — «Оттепель» Фёдора Васильева и «Грачи прилетели» Алексея Саврасова[3].

  Оттепель (авторское повторение, 1871, холст, масло, 55,5 × 108,5 см, ГРМ)

После того как авторское повторение картины «Оттепель» было передано заказчику — Александру Александровичу, оно было помещено в Аничков дворец. В 1872 году эта авторская копия была послана на Лондонскую ежегодную международную выставку[en], где она была отмечена премией, а также получила хорошие отзывы критиков в английской прессе[16]. В частности, автор статьи, опубликованной 6 мая 1872 года в газете The Morning Post[en], выражал желание, чтобы Васильев приехал в Лондон и написал «лондонские улицы во время быстрой оттепели», поскольку «никто бы не написал их так, как он». Далее он писал: «Взгляните на его отличную картину „Оттепель“, на мокрую грязь, на серый, грязный и коричневый снег; заметьте колеи, текущую воду и общую слякоть и скажите, не он ли настоящий артист для этой задачи»[17]. В настоящее время второй авторский вариант картины «Оттепель» находится в Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге (инв. Ж-4105), куда он поступил из Аничкова дворца в 1928 году[13][18][19].

Весной 1871 года у Фёдора Васильева случилась вспышка туберкулёза, и врачи настаивали на том, чтобы он уехал на лечение в южные края. Вскоре после окончания работы над авторским повторением картины «Оттепель», 22 мая 1871 года, художник выехал из Петербурга в Харьковскую губернию, где остановился в имении Хотень, принадлежавшем Павлу Сергеевичу Строганову и его жене Анне Дмитриевне[20], а 18 июля выехал из Хотени в Крым, в Ялту, где и провёл последние два года своей жизни[21]. Таким образом, картину «Оттепель» можно рассматривать в качестве рубежа, отделяющего петербургский период творчества художника от крымского[17].

Описание

  Монета Банка России к 150-летию со дня рождения Ф. А. Васильева с изображением фрагмента картины «Оттепель», 2 рубля, реверс

На картине изображён холодный, унылый пейзаж с размытой от растаявшего снега просёлочной дорогой, которую пересекает тёмная полоса талой воды. Оживляют пейзаж лишь птицы, изображённые в левой части картины, да фигурки путника и ребёнка, которые стоят у проталины на дороге[22]. Унылость картины дополняют написанные на заднем плане обледенелые деревья и покосившаяся изба, крыша которой покрыта снегом. Ощущение безнадёжности, вызываемое видом этой распутицы, подчёркивается растянутым вширь форматом холста[2]. Состояние переменчивой погоды и всеобщего уныния выражены «чутким мазком», который мастерски передаёт фактуру снега, следы полозьев и застилающую дали снежную пелену[23].

Чётко намеченную диагональ в композиции картины образует дорога[24], которая служит «центральным элементом пейзажного мотива» и в значительной степени определяет его смысловое содержание[14]. Растянутый по горизонтали формат картины усиливает эффект, подчёркивающий протяжённость этой дороги. То, что рядом с путником находится ребёнок, не только не смягчает ощущение людского одиночества среди снежных просторов, а наоборот, дополняет его пониманием того, насколько тяжёл дальний путь по заснеженной равнине для маленького человека[14].

При написании картины Васильев отклонился от классической трёхплановой схемы, используемой в романтических пейзажах: на заднем плане отсутствует единая замыкающая плоскость (есть разрыв между тёмными группами деревьев), а пространство зрительно углублено с помощью объёмного изображения нависшей над равниной тучи[25].

Эскизы и этюды

В Государственной Третьяковской галерее находится картина «Оттепель» (бумага на картоне, масло, 16 × 28,3 см, инв. 11029)[26], также известная под названием «Зима»[27][28]. Считается, что она отражает первоначальный замысел картины «Оттепель» 1871 года. Этот пейзаж был приобретён художником и коллекционером Ильёй Остроуховым у петербургского антиквара И. Ф. Шёне и впоследствии стал частью созданного им частного музея. После смерти Остроухова, последовавшей в 1929 году, его музей был расформирован, а картина была передана в собрание Государственной Третьяковской галереи[26].

Известен ещё один этюд Фёдора Васильева с названием «Оттепель» (1870, холст, масло, 26 × 33 см), который находился в коллекции Козьмы Солдатёнкова, а затем в собрании Румянцевского музея. Согласно документам, после расформирования Румянцевского музея в 1924 году этот этюд был передан в Самарский музей, но по какой-то причине туда так и не поступил, так что его местонахождение в настоящее время неизвестно[1][29].

К подготовительным материалам, послужившим для разработки темы будущей картины, искусствоведы также относят рисунок «Деревня. Распутица»[30] (или «Деревенский пейзаж», 1870, бумага, сепия, 17 × 28 см, инв. Р-170), находящийся в Пермской государственной художественной галерее[31].

Кроме этого, в Государственной Третьяковской галерее есть одноимённый эскиз картины «Оттепель» (холст, масло, 21 × 43 см, инв. Ж-591), который был приобретён в 1969 году у московского коллекционера Н. А. Соколова[32].

  Оттепель (или Зима, первоначальный замысел, бумага на картоне, масло, ГТГ)   Оттепель (этюд, 1870, холст, масло)   Деревенский пейзаж (1870, бумага, сепия, ПГХГ)   Оттепель (эскиз картины 1871 года, холст, масло, ГТГ)

Отзывы

Художник Иван Крамской, сравнивая «Оттепель» с появившимся двумя годами позже полотном «В Крымских горах», отмечал, насколько различны эти две картины и какой «страшилищной пропастью» отделены они друг от друга. В письме к Фёдору Васильеву от 28 февраля 1873 года он писал[33][34]:

«  Картина «Оттепель» такая горячая, сильная, дерзкая, с большим поэтическим содержанием и в то же время юная (не в смысле детства) и молодая, пробудившаяся к жизни, требующая себе право гражданства между другими, и хотя решительно новая, но имеющая корни где-то далеко, на что-то похожая и, я готов был бы сказать, заимствованная, если бы это была правда, но все-таки картина, которая в русском искусстве имеет вид задатка. » 

Искусствовед Алексей Фёдоров-Давыдов писал, что «Оттепель» — первая значительная работа Фёдора Васильева, которая «знаменует окончание ученичества и выход на самостоятельную творческую дорогу»[7]. Новизну этого художественного произведения он видел в том, что его «композиционная построенность, стаффажная насыщенность и сюжетная занимательность» направлены на «идейное истолкование русской природы, раскрытие её национального характера»[35]. Сравнивая «Оттепель» с появившейся в том же году картиной Саврасова «Грачи прилетели», Фёдоров-Давыдов отмечал лиричность обеих картин, но разницу между ними видел в том, что саврасовская лирика соответствует ясному и чёткому повествованию, в то время как васильевская «носит более общий, но вместе с тем и непосредственный характер, становясь содержанием картины»[36].

Критик и музыковед Борис Асафьев (литературный псевдоним — Игорь Глебов) считал картину «Оттепель» одним из лучших образцов сочетания лиричности в изображении русской природы со строгой дисциплиной художника. По его словам, в этой картине «композицией управляет тема дороги, русский дальний путь, на бесконечности „протяжений“ которого миллионами людей передумано столько дум о жизни и смерти и где перестрадало столько сердец»[37].

Обсуждая картину «Оттепель», искусствовед Фаина Мальцева писала, что она «поражает смелостью в выборе столь необычного пейзажного мотива со столь же смелым его художественным обобщением и всё проникающей тревожностью, как бы отнимающей у человека надежду на весеннее пробуждение природы и веру в её благостное участие»[34]. Отмечая мастерство художника в решении композиции картины, Мальцева писала, что этим полотном он «открывал для пейзажа новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6].

См. также

Примечания

  1. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 160.
  2. ↑ 1 2 Васильев Федор Александрович — Оттепель, 1871 (HTML). Государственная Третьяковская галерея — www.tretyakovgallery.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  3. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 61.
  4. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 32.
  5. ↑ Г. С. Чурак, 2000, с. 30.
  6. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162—163.
  7. ↑ 1 2 А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 158.
  8. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 16.
  9. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153.
  10. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1999, с. 29.
  11. ↑ В. М. Скляренко. Жизнь и творчество Федора Васильева, часть 2 (HTML). tphv.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  12. ↑ Ф. С. Мальцева, 1999, с. 31.
  13. ↑ 1 2 Ю. Ф. Дюженко, 1973, с. 33.
  14. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 62.
  15. ↑ 1 2 А. П. Боткина, 1993, с. 124.
  16. ↑ Ф. А. Васильев (1850—1873) — Оттепель (HTML). nearyou.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  17. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 151.
  18. ↑ Каталог ГРМ, 1980, с. 70, № 960.
  19. ↑ Васильев Ф. А. Оттепель. 1871 (HTML). Русский музей — виртуальный филиал — yawww.virtualrm.spb.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  20. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 164—165.
  21. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 171.
  22. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 31.
  23. ↑ В. С. Манин, 2001, с. 202.
  24. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 160.
  25. ↑ М. И. Ткач, 2002, с. 60—61.
  26. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 158.
  27. ↑ Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 153, № 92.
  28. ↑ Васильев Федор Александрович — Зима, 1871 (HTML). www.art-catalog.ru. Проверено 2 июня 2016.
  29. ↑ Ф. А. Васильев — Оттепель. Этюд (HTML). www.rmuseum.ru. Проверено 2 июня 2016.
  30. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153—154.
  31. ↑ Пермская государственная художественная галерея / В. А. Кулаков. — Москва: Изобразительное искусство, 1976. — 184 с.
  32. ↑ Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 159.
  33. ↑ И. Н. Крамской, 1988, с. 146.
  34. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162.
  35. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 41.
  36. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 41.
  37. ↑ Б. В. Асафьев, 1966.

Литература

  • Асафьев Б. В. Русская живопись. Мысли и думы. — М.—Л.: Искусство, 1966.
  • Боткина А. П. Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве. — М.: Искусство, 1993. — 371 с. — ISBN 9785210025500.
  • Дюженко Ю. Ф. Ф. А. Васильев. — Л.: Художник РСФСР, 1973. — 72 с. — (Массовая библиотека по искусству).
  • Мальцева Ф. С. Федор Александрович Васильев. — М.: Искусство, 1984. — 272 с.
  • Мальцева Ф. С. Мастера русского пейзажа. Вторая половина XIX века. Часть 2. — М.: Искусство, 1999. — 136 с. — ISBN 9785210013439.
  • Манин В. С. Русский пейзаж. — М.: Белый город, 2001. — 632 с. — (Энциклопедия мирового искусства). — ISBN 5-7793-0293-6.
  • Матвеева Е. А. Федор Васильев. — М.: Белый город, 2009. — 48 с. — ISBN 978-5-7793-1264-6.
  • Новоуспенский Н. Н. Федор Александрович Васильев. — М.: Изобразительное искусство, 1991. — 160 с.
  • Ткач М. И. Энциклопедия пейзажа. — Москва: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. — 350 с. — ISBN 978-5-948-49136-3.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Ф. Васильев. — М.: Изогиз, 1937. — 244 с.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Русский пейзаж XVIII — начала XX века. — М.: Советский художник, 1986. — 304 с.
  • Чурак Г. С. Федор Васильев. — М.: Белый город, 2000. — 64 с. — ISBN 5-7793-0221-9.
  • Государственная Третьяковская галерея — каталог собрания / Я. В. Брук, Л. И. Иовлева. — М.: Красная площадь, 2001. — Т. 4: Живопись второй половины XIX века, книга 1, А—М. — 528 с. — ISBN 5-900743-56-X.
  • Государственный Русский музей — Живопись, XVIII — начало XX века (каталог). — Л.: Аврора и Искусство, 1980. — 448 с.
  • Крамской об искусстве / Т. М. Коваленская. — М.: Изобразительное искусство, 1988. — 176 с. — ISBN 5-85200-015-9.

Ссылки

ru-wiki.org

Фёдор Александрович Васильев Оттепель: Описание произведения

На пожелтевшем ноздреватом снегу темнеют извилистые колеи от полозьев. Грязь мешается с талой водой, ноги крестьян – взрослого и ребёнка – вязнут в слякоти, и только воронам и галкам, на которых указывает малыш, всё нипочём: они слетаются на дорогу в поисках скудной пищи после затяжной зимы. Широкая равнина придавлена тяжелым, хмурым небом. Беспокоящее мелькание пятен тени и света на снегу тревожит и гнетёт. Курная изба с низкой крышей и одним «слепым» оконцем выглядит покинутой, однако это не так: из трубы стелется жидкий дымок – и эта деталь трогает всех, знакомых со спецификой русского пейзажа («И дым Отечества нам сладок и приятен», «Россия, нищая Россия, Мне избы серые твои, Твои мне песни ветровые, - Как слезы первые любви», «Но и такой, моя Россия, ты всех краев дороже мне»).

Может показаться, что этот бесприютный простор, пронизанный стужей, это бездорожье с озябшими путниками, столь интимно-узнаваемое для всех знакомых с Россией, написал старый человек, взглянувший на типично русский пейзаж с высоты прожитых лет. Человек, чьи глаза исполнены усталой мудрости и печали. Но на самом деле автором знаменитой «Оттепели» был 20-летний весёлый юноша, по сути, мальчик Фёдор Васильев, которого и в Академию-то возьмут вольнослушателем только в тот год, когда написана эта прославившая его картина.

Как «Оттепель» немного разминулась с «Грачами»

Ранней весной 1871 года в Москве, в выставочных залах на Большой Дмитровке проходила выставка Общества поощрения художеств. 40-летний москвич Алексей Саврасов, чьё творчество в тот год находилось в зените, дал на конкурс картину «Печерский монастырь под Нижним Новгородом». После прений московская критика неожиданно оказалась более благосклонной не к нему, а к совсем юному петербуржцу Федору Васильеву: первую премию Общество поощрения художеств присудило его картине «Оттепель», Саврасов стал лишь вторым.

История (в том числе история искусства) не знает сослагательного наклонения. Но наверняка конкурсная борьба могла бы быть значительно острее, если бы Саврасов дал на эту выставку картину, которую он попридержал для Первой передвижной выставки, которая состоится в этом же году, – «Грачи прилетели».

Удивительное дело: два шедевра, определивших облик русского пейзажа на ближайшие десятилетия, писались в один и те же дни, и не замечать смыслового сходства между «Оттепелью» и «Грачами» невозможно. Обе картины изображают короткий промежуток между зимой и весной (как раз такие погоды, вероятно, стояли и в те весенние дни 1871-го), подтаявший снег, распутицу, темные деревья, талую воду, почерневшие деревянные стены; обе писались под воздействием недавних волжских впечатлений Васильева и Саврасова; для обеих был выбран аскетичный, почти монохромный колорит; обе открывали новое – социальное – измерение пейзажа; обе «звучали» пронзительно и печально; обе казались квинэссенцией чего-то неизбывно русского; обе, независимо друг от друга, произвели в русской живописи переворот, который Крамской назовёт присутствием «души» в пейзаже.

Громкие успехи «Оттепели» Фёдора Васильева

Чтобы понять силу успеха «Оттепели» у современников, попробуем представить ситуацию объемно: Фёдору Васильеву только 20 лет, он – незаконнорождённый, не имеющий оснований претендовать на отчество и фамилию собственного отца (и, по российским законам, серьёзно поражённый в правах), ему не понаслышке знакома бедность, формально его даже профессиональным художником нельзя назвать – при Академии художеств он числится лишь помощником реставратора Соколова. А его «Оттепель» прямо с выставки покупает Павел Третьяков (причём это уже третья васильевская картина в его коллекции). Больше того, «Оттепель» так приглянулась великому князю Александру Александровичу (будущему императору Александру Третьему), что он заказал для себя авторское повторение. Васильев был чрезвычайно требователен и даже придирчив к себе («Я, видите ли, ужасно мучаюсь, глядя на свои картины»), но, вдохновлённый признанием завершил копию меньше чем за полтора месяца – уже в мае 1871-го она отправилась к заказчику, чтобы занять достойное место в Аничковом дворце.

Через год «Оттепель» из собрания великого князя Александра Александровича решено было отправить в Лондон – на Всемирную выставку. Предприятие выглядело рискованным: поймут ли? Оценят ли европейцы поэзию русской равнины или же русские нищета и бездорожье вызовут у них скептическую улыбку, равнодушное пожатие плечами? Но и тут отзывы оказались восторженными!

Влиятельная The Morning Post писала: «Мы желали бы, чтобы г. Васильев приехал к нам в Лондон и написал бы наши лондонские улицы, во время быстрой оттепели, потому что мы уверены, что никто бы не написал их так, как он. Взгляните на его отличную картину «Оттепель», на мокрую грязь, на серый, грязный и коричневый снег; заметьте колеи, текущую воду и общую слякоть и скажите, не он ли настоящий артист для этой задачи».

Технические и смысловые находки в картине Фёдора Васильева «Оттепель»

«Оттепель» выглядит удивительно зрелой вещью и при этом содержит немало новаторских находок.Картина необычна по формату: сильно вытянутое по ширине полотно (высота его в два раза меньше ширины) давало почти панорамный вид, и это усиливало ощущение «распластанности» земли и человеческой заброшенности. Казалось, даже фигурки людей понадобились художнику не для того чтобы оживить пейзаж, а чтобы подчеркнуть щемящее чувство человеческой неустроенности и тоски. Диагональ проезжей дороги, крестообразно пересечённая тропинками, вытоптанными человеческими следами, иллюстрирует идею жизни как трудного «страдного пути».

Англичане, которых пейзажист Джон Констебл полвека назад научил особенно ценить поэзию заброшенных сельских уголков, писали о Фёдоре Васильеве, что он обладает редким талантом придать «живописную смелость даже запустелости».

Пористая текстура снега на переднем плане получена благодаря особой васильевской технике наложения краски – критики называли её «шершавый мазок». Интересно, что Васильев всегда, даже выполняя крупногабаритные картины, предпочитал работать исключительно тонкими кисточками. Илья Репин рассказывал, как он удивился этой особенности и получил от Федора Васильева такое объяснение: «Я всегда работаю маленькими, колонковыми (кистями – ред.): ими так хорошо лепить и рисовать формочки... А мазать квачами, как заборы, какая гадость, ненавижу мазню...»

Эпилог

Для 40-летнего Саврасова «Грачи прилетели» станет вершиной его профессиональной карьеры: все его последующие работы будут сравнивать с «Грачами», и сравнение будет проигрышным для новых картин; Саврасов начнёт пить, превратившись из профессора МУЖВЗ в запойного алкоголика, но проживёт после создания «Грачей» ещё больше четверти века. Для его удачливого соперника в конкурсе Общества поощрения художеств Фёдора Васильева, 20-летнего «гениального юноши», как называли все, кто его знал, всё сложится совершенно иначе. «Оттепель» тоже станет самым громким его публичным успехом – но по другой причине: всего через два года Васильев умрёт от туберкулёза в Крыму, успев написать еще несколько замечательных картин (например, «Мокрый луг» и «В Крымских горах»), но повторно ощутить вкус славы и всеобщего безусловного признания, как это случилось с «Оттепелью», ему уже не удастся.

Автор: Анна Вчерашняя

artchive.ru

Оттепель (картина Васильева) — Википедия

«Оттепель» — пейзаж русского художника Фёдора Васильева (1850—1873), написанный в 1871 году. Принадлежит Государственной Третьяковской галерее ( 904). Размер — 53,5 × 107 см[1][2].

Картина была написана Васильевым в начале 1871 года, а весной того же года она участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию. Вскоре после окончания работы над полотном его приобрёл Павел Третьяков[3][4].

Авторское повторение картины «Оттепель», заказанное великим князем Александром Александровичем (будущим императором Александром III), в 1872 году было послано на международную выставку в Лондон, где оно получило высокие оценки британских критиков, один из которых отмечал, что картина выполнена «с такой своеобразностью, что навряд ли кто не признает тут присутствия самого высокого таланта»[5].

Много лет спустя искусствоведы отмечали смелый, новаторский характер этого пейзажа, открывшего «новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6]. Картина «Оттепель» является одним из наиболее известных произведений Фёдора Васильева[7], который умер от туберкулёза в возрасте 23 лет, через два с половиной года после её создания[8].

Подготовительная работа над сюжетом и композицией будущей картины «Оттепель» была начата Фёдором Васильевым в 1870 году (в частности, один из этюдов к этой картине был датирован этим годом)[9]. Летние месяцы этого года художник провёл на Волге, написав по результатам поездки ряд полотен, включая «Вид на Волге. Барки» (ГРМ) и «Волжские лагуны» (ГТГ), а также картину «Берег Волги после грозы» (ГТГ), работа над которой растянулась до апреля 1871 года[10]. По словам искусствоведа Фаины Мальцевой, «можно с уверенностью утверждать, что рождение „Оттепели“ было подготовлено поездкой на Волгу», поскольку, с одной стороны, жизнь среди крестьян обогатила художника впечатлениями, связанными с социальными вопросами, а с другой — работа над изображением приволжских ландшафтов открыла ему «своеобразие пейзажа с необозримыми далями»[10].

Фёдор Васильев написал окончательный вариант картины «Оттепель» в начале 1871 года, в течение одного месяца[11]. Весной 1871 года картина участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию[3], причём соперничала она с полотном Алексея Саврасова «Печерский монастырь близ Нижнего Новгорода», которое в результате удостоилось второй премии[12]. Картина «Оттепель» была приобретена Павлом Третьяковым ещё до начала выставки[13].

Великий князь Александр Александрович (будущий император Всероссийский Александр III) заказал Васильеву авторское повторение картины «Оттепель», работа над которым заняла у художника немногим более месяца[14]. В письме от 5 апреля 1871 года Фёдор Васильев, извинившись перед Павлом Третьяковым за долгое молчание, сообщал ему: «Вы писали мне, что Вам неизвестно, начал ли я повторение картины, купленной Вами… Теперь же я могу Вас уведомить, что конкурс кончился 2 апреля и я взял картину. Надеюсь окончить ее повторение к последним числам апреля»[15]. В мае 1871 года работа над авторским повторением была завершена, и тогда же Васильев передал свой первый вариант картины Третьякову[15].

В том же 1871 году картина экспонировалась на выставке Московского общества любителей художеств (МОЛХ). В рецензии, опубликованной в номере «Московских ведомостей» за 28 октября 1871 года, особого внимания критика Владимира Чуйко (печатавшегося под псевдонимом В. В.) удостоились два представленных на этой выставке пейзажа — «Оттепель» Фёдора Васильева и «Грачи прилетели» Алексея Саврасова[3].

Оттепель (авторское повторение, 1871, холст, масло, 55,5 × 108,5 см, ГРМ)

После того как авторское повторение картины «Оттепель» было передано заказчику — Александру Александровичу, оно было помещено в Аничков дворец. В 1872 году эта авторская копия была послана на Лондонскую ежегодную международную выставку[en], где она была отмечена премией, а также получила хорошие отзывы критиков в английской прессе[16]. В частности, автор статьи, опубликованной 6 мая 1872 года в газете The Morning Post[en], выражал желание, чтобы Васильев приехал в Лондон и написал «лондонские улицы во время быстрой оттепели», поскольку «никто бы не написал их так, как он». Далее он писал: «Взгляните на его отличную картину „Оттепель“, на мокрую грязь, на серый, грязный и коричневый снег; заметьте колеи, текущую воду и общую слякоть и скажите, не он ли настоящий артист для этой задачи»[17]. В настоящее время второй авторский вариант картины «Оттепель» находится в Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге ( Ж-4105), куда он поступил из Аничкова дворца в 1928 году[13][18][19].

Весной 1871 года у Фёдора Васильева случилась вспышка туберкулёза, и врачи настаивали на том, чтобы он уехал на лечение в южные края. Вскоре после окончания работы над авторским повторением картины «Оттепель», 22 мая 1871 года, художник выехал из Петербурга в Харьковскую губернию, где остановился в имении Хотень, принадлежавшем Павлу Сергеевичу Строганову и его жене Анне Дмитриевне[20], а 18 июля выехал из Хотени в Крым, в Ялту, где и провёл последние два года своей жизни[21]. Таким образом, картину «Оттепель» можно рассматривать в качестве рубежа, отделяющего петербургский период творчества художника от крымского[17].

Монета Банка России к 150-летию со дня рождения Ф. А. Васильева с изображением фрагмента картины «Оттепель», 2 рубля, реверс

На картине изображён холодный, унылый пейзаж с размытой от растаявшего снега просёлочной дорогой, которую пересекает тёмная полоса талой воды. Оживляют пейзаж лишь птицы, изображённые в левой части картины, да фигурки путника и ребёнка, которые стоят у проталины на дороге[22]. Унылость картины дополняют написанные на заднем плане обледенелые деревья и покосившаяся изба, крыша которой покрыта снегом. Ощущение безнадёжности, вызываемое видом этой распутицы, подчёркивается растянутым вширь форматом холста[2]. Состояние переменчивой погоды и всеобщего уныния выражены «чутким мазком», который мастерски передаёт фактуру снега, следы полозьев и застилающую дали снежную пелену[23].

Чётко намеченную диагональ в композиции картины образует дорога[24], которая служит «центральным элементом пейзажного мотива» и в значительной степени определяет его смысловое содержание[14]. Растянутый по горизонтали формат картины усиливает эффект, подчёркивающий протяжённость этой дороги. То, что рядом с путником находится ребёнок, не только не смягчает ощущение людского одиночества среди снежных просторов, а наоборот, дополняет его пониманием того, насколько тяжёл дальний путь по заснеженной равнине для маленького человека[14].

При написании картины Васильев отклонился от классической трёхплановой схемы, используемой в романтических пейзажах: на заднем плане отсутствует единая замыкающая плоскость (есть разрыв между тёмными группами деревьев), а пространство зрительно углублено с помощью объёмного изображения нависшей над равниной тучи[25].

В Государственной Третьяковской галерее находится картина «Оттепель» (бумага на картоне, масло, 16 × 28,3 см, 11029)[26], также известная под названием «Зима»[27][28]. Считается, что она отражает первоначальный замысел картины «Оттепель» 1871 года. Этот пейзаж был приобретён художником и коллекционером Ильёй Остроуховым у петербургского антиквара и впоследствии стал частью созданного им частного музея. После смерти Остроухова, последовавшей в 1929 году, его музей был расформирован, а картина была передана в собрание Государственной Третьяковской галереи[26].

Известен ещё один этюд Фёдора Васильева с названием «Оттепель» (1870, холст, масло, 26 × 33 см), который находился в коллекции Козьмы Солдатёнкова, а затем в собрании Румянцевского музея. Согласно документам, после расформирования Румянцевского музея в 1924 году этот этюд был передан в Самарский музей, но по какой-то причине туда так и не поступил, так что его местонахождение в настоящее время неизвестно[1][29].

К подготовительным материалам, послужившим для разработки темы будущей картины, искусствоведы также относят рисунок «Деревня. Распутица»[30] (или «Деревенский пейзаж», 1870, бумага, сепия, 17 × 28 см, Р-170), находящийся в Пермской государственной художественной галерее[31].

Кроме этого, в Государственной Третьяковской галерее есть одноимённый эскиз картины «Оттепель» (холст, масло, 21 × 43 см, Ж-591), который был приобретён в 1969 году у московского коллекционера Н. А. Соколова[32].

Оттепель (или Зима, первоначальный замысел, бумага на картоне, масло, ГТГ) Оттепель (этюд, 1870, холст, масло) Деревенский пейзаж (1870, бумага, сепия, ПГХГ) Оттепель (эскиз картины 1871 года, холст, масло, ГТГ)

Художник Иван Крамской, сравнивая «Оттепель» с появившимся двумя годами позже полотном «В Крымских горах», отмечал, насколько различны эти две картины и какой «страшилищной пропастью» отделены они друг от друга. В письме к Фёдору Васильеву от 28 февраля 1873 года он писал[33][34]:

« Картина «Оттепель» такая горячая, сильная, дерзкая, с большим поэтическим содержанием и в то же время юная (не в смысле детства) и молодая, пробудившаяся к жизни, требующая себе право гражданства между другими, и хотя решительно новая, но имеющая корни где-то далеко, на что-то похожая и, я готов был бы сказать, заимствованная, если бы это была правда, но все-таки картина, которая в русском искусстве имеет вид задатка. »

Искусствовед Алексей Фёдоров-Давыдов писал, что «Оттепель» — первая значительная работа Фёдора Васильева, которая «знаменует окончание ученичества и выход на самостоятельную творческую дорогу»[7]. Новизну этого художественного произведения он видел в том, что его «композиционная построенность, стаффажная насыщенность и сюжетная занимательность» направлены на «идейное истолкование русской природы, раскрытие её национального характера»[35]. Сравнивая «Оттепель» с появившейся в том же году картиной Саврасова «Грачи прилетели», Фёдоров-Давыдов отмечал лиричность обеих картин, но разницу между ними видел в том, что саврасовская лирика соответствует ясному и чёткому повествованию, в то время как васильевская «носит более общий, но вместе с тем и непосредственный характер, становясь содержанием картины»[36].

Критик и музыковед Борис Асафьев (литературный псевдоним — Игорь Глебов) считал картину «Оттепель» одним из лучших образцов сочетания лиричности в изображении русской природы со строгой дисциплиной художника. По его словам, в этой картине «композицией управляет тема дороги, русский дальний путь, на бесконечности „протяжений“ которого миллионами людей передумано столько дум о жизни и смерти и где перестрадало столько сердец»[37].

Обсуждая картину «Оттепель», искусствовед Фаина Мальцева писала, что она «поражает смелостью в выборе столь необычного пейзажного мотива со столь же смелым его художественным обобщением и всё проникающей тревожностью, как бы отнимающей у человека надежду на весеннее пробуждение природы и веру в её благостное участие»[34]. Отмечая мастерство художника в решении композиции картины, Мальцева писала, что этим полотном он «открывал для пейзажа новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6].

  1. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 160.
  2. ↑ 1 2 Васильев Федор Александрович — Оттепель, 1871 (HTML). Государственная Третьяковская галерея — www.tretyakovgallery.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  3. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 61.
  4. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 32.
  5. ↑ Г. С. Чурак, 2000, с. 30.
  6. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162—163.
  7. ↑ 1 2 А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 158.
  8. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 16.
  9. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153.
  10. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1999, с. 29.
  11. ↑ . Жизнь и творчество Федора Васильева, часть 2 (HTML). tphv.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  12. ↑ Ф. С. Мальцева, 1999, с. 31.
  13. ↑ 1 2 Ю. Ф. Дюженко, 1973, с. 33.
  14. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 62.
  15. ↑ 1 2 А. П. Боткина, 1993, с. 124.
  16. ↑ Ф. А. Васильев (1850—1873) — Оттепель (HTML). nearyou.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  17. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 151.
  18. ↑ Каталог ГРМ, 1980, с. 70, № 960.
  19. ↑ Васильев Ф. А. Оттепель. 1871 (HTML). Русский музей — виртуальный филиал — yawww.virtualrm.spb.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  20. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 164—165.
  21. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 171.
  22. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 31.
  23. ↑ В. С. Манин, 2001, с. 202.
  24. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 160.
  25. ↑ М. И. Ткач, 2002, с. 60—61.
  26. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 158.
  27. ↑ Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 153, № 92.
  28. ↑ Васильев Федор Александрович — Зима, 1871 (HTML). www.art-catalog.ru. Проверено 2 июня 2016.
  29. ↑ Ф. А. Васильев — Оттепель. Этюд (HTML). www.rmuseum.ru. Проверено 2 июня 2016.
  30. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153—154.
  31. ↑ Пермская государственная художественная галерея / . — Москва: Изобразительное искусство, 1976. — 184 с.
  32. ↑ Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 159.
  33. ↑ И. Н. Крамской, 1988, с. 146.
  34. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162.
  35. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 41.
  36. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 41.
  37. ↑ Б. В. Асафьев, 1966.
  • Асафьев Б. В. Русская живопись. Мысли и думы. — М.—Л.: Искусство, 1966.
  • Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве. — М.: Искусство, 1993. — 371 с. — ISBN 9785210025500.
  • Ф. А. Васильев. — Л.: Художник РСФСР, 1973. — 72 с. — (Массовая библиотека по искусству).
  • Федор Александрович Васильев. — М.: Искусство, 1984. — 272 с.
  • Мастера русского пейзажа. Вторая половина XIX века. Часть 2. — М.: Искусство, 1999. — 136 с. — ISBN 9785210013439.
  • Манин В. С. Русский пейзаж. — М.: Белый город, 2001. — 632 с. — (Энциклопедия мирового искусства). — ISBN 5-7793-0293-6.
  • Федор Васильев. — М.: Белый город, 2009. — 48 с. — ISBN 978-5-7793-1264-6.
  • Федор Александрович Васильев. — М.: Изобразительное искусство, 1991. — 160 с.
  • Энциклопедия пейзажа. — Москва: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. — 350 с. — ISBN 978-5-948-49136-3.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Ф. Васильев. — М.: Изогиз, 1937. — 244 с.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Русский пейзаж XVIII — начала XX века. — М.: Советский художник, 1986. — 304 с.
  • Федор Васильев. — М.: Белый город, 2000. — 64 с. — ISBN 5-7793-0221-9.
  • Государственная Третьяковская галерея — каталог собрания / Я. В. Брук, Л. И. Иовлева. — М.: Красная площадь, 2001. — Т. 4: Живопись второй половины XIX века, книга 1, А—М. — 528 с. — ISBN 5-900743-56-X.
  • Государственный Русский музей — Живопись, XVIII — начало XX века (каталог). — Л.: Аврора и Искусство, 1980. — 448 с.
  • Крамской об искусстве / . — М.: Изобразительное искусство, 1988. — 176 с. — ISBN 5-85200-015-9.

ru.bywiki.com

Оттепель (картина Васильева) — Википедия

«Оттепель» — пейзаж русского художника Фёдора Васильева (1850—1873), написанный в 1871 году. Принадлежит Государственной Третьяковской галерее ( 904). Размер — 53,5 × 107 см[1][2].

Картина была написана Васильевым в начале 1871 года, а весной того же года она участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию. Вскоре после окончания работы над полотном его приобрёл Павел Третьяков[3][4].

Авторское повторение картины «Оттепель», заказанное великим князем Александром Александровичем (будущим императором Александром III), в 1872 году было послано на международную выставку в Лондон, где оно получило высокие оценки британских критиков, один из которых отмечал, что картина выполнена «с такой своеобразностью, что навряд ли кто не признает тут присутствия самого высокого таланта»[5].

Много лет спустя искусствоведы отмечали смелый, новаторский характер этого пейзажа, открывшего «новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6]. Картина «Оттепель» является одним из наиболее известных произведений Фёдора Васильева[7], который умер от туберкулёза в возрасте 23 лет, через два с половиной года после её создания[8].

Содержание

Подготовительная работа над сюжетом и композицией будущей картины «Оттепель» была начата Фёдором Васильевым в 1870 году (в частности, один из этюдов к этой картине был датирован этим годом)[9]. Летние месяцы этого года художник провёл на Волге, написав по результатам поездки ряд полотен, включая «Вид на Волге. Барки» (ГРМ) и «Волжские лагуны» (ГТГ), а также картину «Берег Волги после грозы» (ГТГ), работа над которой растянулась до апреля 1871 года[10]. По словам искусствоведа Фаины Мальцевой, «можно с уверенностью утверждать, что рождение „Оттепели“ было подготовлено поездкой на Волгу», поскольку, с одной стороны, жизнь среди крестьян обогатила художника впечатлениями, связанными с социальными вопросами, а с другой — работа над изображением приволжских ландшафтов открыла ему «своеобразие пейзажа с необозримыми далями»[10].

Фёдор Васильев написал окончательный вариант картины «Оттепель» в начале 1871 года, в течение одного месяца[11]. Весной 1871 года картина участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию[3], причём соперничала она с полотном Алексея Саврасова «Печерский монастырь близ Нижнего Новгорода», которое в результате удостоилось второй премии[12]. Картина «Оттепель» была приобретена Павлом Третьяковым ещё до начала выставки[13].

Великий князь Александр Александрович (будущий император Всероссийский Александр III) заказал Васильеву авторское повторение картины «Оттепель», работа над которым заняла у художника немногим более месяца[14]. В письме от 5 апреля 1871 года Фёдор Васильев, извинившись перед Павлом Третьяковым за долгое молчание, сообщал ему: «Вы писали мне, что Вам неизвестно, начал ли я повторение картины, купленной Вами… Теперь же я могу Вас уведомить, что конкурс кончился 2 апреля и я взял картину. Надеюсь окончить ее повторение к последним числам апреля»[15]. В мае 1871 года работа над авторским повторением была завершена, и тогда же Васильев передал свой первый вариант картины Третьякову[15].

В том же 1871 году картина экспонировалась на выставке Московского общества любителей художеств (МОЛХ). В рецензии, опубликованной в номере «Московских ведомостей» за 28 октября 1871 года, особого внимания критика Владимира Чуйко (печатавшегося под псевдонимом В. В.) удостоились два представленных на этой выставке пейзажа — «Оттепель» Фёдора Васильева и «Грачи прилетели» Алексея Саврасова[3].

  Оттепель (авторское повторение, 1871, холст, масло, 55,5 × 108,5 см, ГРМ)

После того как авторское повторение картины «Оттепель» было передано заказчику — Александру Александровичу, оно было помещено в Аничков дворец. В 1872 году эта авторская копия была послана на Лондонскую ежегодную международную выставку[en], где она была отмечена премией, а также получила хорошие отзывы критиков в английской прессе[16]. В частности, автор статьи, опубликованной 6 мая 1872 года в газете The Morning Post[en], выражал желание, чтобы Васильев приехал в Лондон и написал «лондонские улицы во время быстрой оттепели», поскольку «никто бы не написал их так, как он». Далее он писал: «Взгляните на его отличную картину „Оттепель“, на мокрую грязь, на серый, грязный и коричневый снег; заметьте колеи, текущую воду и общую слякоть и скажите, не он ли настоящий артист для этой задачи»[17]. В настоящее время второй авторский вариант картины «Оттепель» находится в Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге ( Ж-4105), куда он поступил из Аничкова дворца в 1928 году[13][18][19].

Весной 1871 года у Фёдора Васильева случилась вспышка туберкулёза, и врачи настаивали на том, чтобы он уехал на лечение в южные края. Вскоре после окончания работы над авторским повторением картины «Оттепель», 22 мая 1871 года, художник выехал из Петербурга в Харьковскую губернию, где остановился в имении Хотень, принадлежавшем Павлу Сергеевичу Строганову и его жене Анне Дмитриевне[20], а 18 июля выехал из Хотени в Крым, в Ялту, где и провёл последние два года своей жизни[21]. Таким образом, картину «Оттепель» можно рассматривать в качестве рубежа, отделяющего петербургский период творчества художника от крымского[17].

  Монета Банка России к 150-летию со дня рождения Ф. А. Васильева с изображением фрагмента картины «Оттепель», 2 рубля, реверс

На картине изображён холодный, унылый пейзаж с размытой от растаявшего снега просёлочной дорогой, которую пересекает тёмная полоса талой воды. Оживляют пейзаж лишь птицы, изображённые в левой части картины, да фигурки путника и ребёнка, которые стоят у проталины на дороге[22]. Унылость картины дополняют написанные на заднем плане обледенелые деревья и покосившаяся изба, крыша которой покрыта снегом. Ощущение безнадёжности, вызываемое видом этой распутицы, подчёркивается растянутым вширь форматом холста[2]. Состояние переменчивой погоды и всеобщего уныния выражены «чутким мазком», который мастерски передаёт фактуру снега, следы полозьев и застилающую дали снежную пелену[23].

Чётко намеченную диагональ в композиции картины образует дорога[24], которая служит «центральным элементом пейзажного мотива» и в значительной степени определяет его смысловое содержание[14]. Растянутый по горизонтали формат картины усиливает эффект, подчёркивающий протяжённость этой дороги. То, что рядом с путником находится ребёнок, не только не смягчает ощущение людского одиночества среди снежных просторов, а наоборот, дополняет его пониманием того, насколько тяжёл дальний путь по заснеженной равнине для маленького человека[14].

При написании картины Васильев отклонился от классической трёхплановой схемы, используемой в романтических пейзажах: на заднем плане отсутствует единая замыкающая плоскость (есть разрыв между тёмными группами деревьев), а пространство зрительно углублено с помощью объёмного изображения нависшей над равниной тучи[25].

В Государственной Третьяковской галерее находится картина «Оттепель» (бумага на картоне, масло, 16 × 28,3 см, 11029)[26], также известная под названием «Зима»[27][28]. Считается, что она отражает первоначальный замысел картины «Оттепель» 1871 года. Этот пейзаж был приобретён художником и коллекционером Ильёй Остроуховым у петербургского антиквара и впоследствии стал частью созданного им частного музея. После смерти Остроухова, последовавшей в 1929 году, его музей был расформирован, а картина была передана в собрание Государственной Третьяковской галереи[26].

Известен ещё один этюд Фёдора Васильева с названием «Оттепель» (1870, холст, масло, 26 × 33 см), который находился в коллекции Козьмы Солдатёнкова, а затем в собрании Румянцевского музея. Согласно документам, после расформирования Румянцевского музея в 1924 году этот этюд был передан в Самарский музей, но по какой-то причине туда так и не поступил, так что его местонахождение в настоящее время неизвестно[1][29].

К подготовительным материалам, послужившим для разработки темы будущей картины, искусствоведы также относят рисунок «Деревня. Распутица»[30] (или «Деревенский пейзаж», 1870, бумага, сепия, 17 × 28 см, Р-170), находящийся в Пермской государственной художественной галерее[31].

Кроме этого, в Государственной Третьяковской галерее есть одноимённый эскиз картины «Оттепель» (холст, масло, 21 × 43 см, Ж-591), который был приобретён в 1969 году у московского коллекционера Н. А. Соколова[32].

  Оттепель (или Зима, первоначальный замысел, бумага на картоне, масло, ГТГ)   Оттепель (этюд, 1870, холст, масло)   Деревенский пейзаж (1870, бумага, сепия, ПГХГ)   Оттепель (эскиз картины 1871 года, холст, масло, ГТГ)

Художник Иван Крамской, сравнивая «Оттепель» с появившимся двумя годами позже полотном «В Крымских горах», отмечал, насколько различны эти две картины и какой «страшилищной пропастью» отделены они друг от друга. В письме к Фёдору Васильеву от 28 февраля 1873 года он писал[33][34]:

«  Картина «Оттепель» такая горячая, сильная, дерзкая, с большим поэтическим содержанием и в то же время юная (не в смысле детства) и молодая, пробудившаяся к жизни, требующая себе право гражданства между другими, и хотя решительно новая, но имеющая корни где-то далеко, на что-то похожая и, я готов был бы сказать, заимствованная, если бы это была правда, но все-таки картина, которая в русском искусстве имеет вид задатка. » 

Искусствовед Алексей Фёдоров-Давыдов писал, что «Оттепель» — первая значительная работа Фёдора Васильева, которая «знаменует окончание ученичества и выход на самостоятельную творческую дорогу»[7]. Новизну этого художественного произведения он видел в том, что его «композиционная построенность, стаффажная насыщенность и сюжетная занимательность» направлены на «идейное истолкование русской природы, раскрытие её национального характера»[35]. Сравнивая «Оттепель» с появившейся в том же году картиной Саврасова «Грачи прилетели», Фёдоров-Давыдов отмечал лиричность обеих картин, но разницу между ними видел в том, что саврасовская лирика соответствует ясному и чёткому повествованию, в то время как васильевская «носит более общий, но вместе с тем и непосредственный характер, становясь содержанием картины»[36].

Критик и музыковед Борис Асафьев (литературный псевдоним — Игорь Глебов) считал картину «Оттепель» одним из лучших образцов сочетания лиричности в изображении русской природы со строгой дисциплиной художника. По его словам, в этой картине «композицией управляет тема дороги, русский дальний путь, на бесконечности „протяжений“ которого миллионами людей передумано столько дум о жизни и смерти и где перестрадало столько сердец»[37].

Обсуждая картину «Оттепель», искусствовед Фаина Мальцева писала, что она «поражает смелостью в выборе столь необычного пейзажного мотива со столь же смелым его художественным обобщением и всё проникающей тревожностью, как бы отнимающей у человека надежду на весеннее пробуждение природы и веру в её благостное участие»[34]. Отмечая мастерство художника в решении композиции картины, Мальцева писала, что этим полотном он «открывал для пейзажа новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6].

  1. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 160.
  2. ↑ 1 2 Васильев Федор Александрович — Оттепель, 1871 (HTML). Государственная Третьяковская галерея — www.tretyakovgallery.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  3. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 61.
  4. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 32.
  5. ↑ Г. С. Чурак, 2000, с. 30.
  6. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162—163.
  7. ↑ 1 2 А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 158.
  8. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 16.
  9. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153.
  10. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1999, с. 29.
  11. ↑ . Жизнь и творчество Федора Васильева, часть 2 (HTML). tphv.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  12. ↑ Ф. С. Мальцева, 1999, с. 31.
  13. ↑ 1 2 Ю. Ф. Дюженко, 1973, с. 33.
  14. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 62.
  15. ↑ 1 2 А. П. Боткина, 1993, с. 124.
  16. ↑ Ф. А. Васильев (1850—1873) — Оттепель (HTML). nearyou.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  17. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 151.
  18. ↑ Каталог ГРМ, 1980, с. 70, № 960.
  19. ↑ Васильев Ф. А. Оттепель. 1871 (HTML). Русский музей — виртуальный филиал — yawww.virtualrm.spb.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  20. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 164—165.
  21. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 171.
  22. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 31.
  23. ↑ В. С. Манин, 2001, с. 202.
  24. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 160.
  25. ↑ М. И. Ткач, 2002, с. 60—61.
  26. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 158.
  27. ↑ Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 153, № 92.
  28. ↑ Васильев Федор Александрович — Зима, 1871 (HTML). www.art-catalog.ru. Проверено 2 июня 2016.
  29. ↑ Ф. А. Васильев — Оттепель. Этюд (HTML). www.rmuseum.ru. Проверено 2 июня 2016.
  30. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153—154.
  31. ↑ Пермская государственная художественная галерея / . — Москва: Изобразительное искусство, 1976. — 184 с.
  32. ↑ Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 159.
  33. ↑ И. Н. Крамской, 1988, с. 146.
  34. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162.
  35. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 41.
  36. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 41.
  37. ↑ Б. В. Асафьев, 1966.
  • Асафьев Б. В. Русская живопись. Мысли и думы. — М.—Л.: Искусство, 1966.
  • Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве. — М.: Искусство, 1993. — 371 с. — ISBN 9785210025500.
  • Ф. А. Васильев. — Л.: Художник РСФСР, 1973. — 72 с. — (Массовая библиотека по искусству).
  • Федор Александрович Васильев. — М.: Искусство, 1984. — 272 с.
  • Мастера русского пейзажа. Вторая половина XIX века. Часть 2. — М.: Искусство, 1999. — 136 с. — ISBN 9785210013439.
  • Манин В. С. Русский пейзаж. — М.: Белый город, 2001. — 632 с. — (Энциклопедия мирового искусства). — ISBN 5-7793-0293-6.
  • Федор Васильев. — М.: Белый город, 2009. — 48 с. — ISBN 978-5-7793-1264-6.
  • Федор Александрович Васильев. — М.: Изобразительное искусство, 1991. — 160 с.
  • Энциклопедия пейзажа. — Москва: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. — 350 с. — ISBN 978-5-948-49136-3.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Ф. Васильев. — М.: Изогиз, 1937. — 244 с.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Русский пейзаж XVIII — начала XX века. — М.: Советский художник, 1986. — 304 с.
  • Федор Васильев. — М.: Белый город, 2000. — 64 с. — ISBN 5-7793-0221-9.
  • Государственная Третьяковская галерея — каталог собрания / Я. В. Брук, Л. И. Иовлева. — М.: Красная площадь, 2001. — Т. 4: Живопись второй половины XIX века, книга 1, А—М. — 528 с. — ISBN 5-900743-56-X.
  • Государственный Русский музей — Живопись, XVIII — начало XX века (каталог). — Л.: Аврора и Искусство, 1980. — 448 с.
  • Крамской об искусстве / . — М.: Изобразительное искусство, 1988. — 176 с. — ISBN 5-85200-015-9.

ru-m.wiki.ng

Оттепель (картина Васильева) — википедия фото

«Оттепель» — пейзаж русского художника Фёдора Васильева (1850—1873), написанный в 1871 году. Принадлежит Государственной Третьяковской галерее (инв. 904). Размер — 53,5 × 107 см[1][2].

Картина была написана Васильевым в начале 1871 года, а весной того же года она участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию. Вскоре после окончания работы над полотном его приобрёл Павел Третьяков[3][4].

Авторское повторение картины «Оттепель», заказанное великим князем Александром Александровичем (будущим императором Александром III), в 1872 году было послано на международную выставку в Лондон, где оно получило высокие оценки британских критиков, один из которых отмечал, что картина выполнена «с такой своеобразностью, что навряд ли кто не признает тут присутствия самого высокого таланта»[5].

Много лет спустя искусствоведы отмечали смелый, новаторский характер этого пейзажа, открывшего «новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6]. Картина «Оттепель» является одним из наиболее известных произведений Фёдора Васильева[7], который умер от туберкулёза в возрасте 23 лет, через два с половиной года после её создания[8].

История

Подготовительная работа над сюжетом и композицией будущей картины «Оттепель» была начата Фёдором Васильевым в 1870 году (в частности, один из этюдов к этой картине был датирован этим годом)[9]. Летние месяцы этого года художник провёл на Волге, написав по результатам поездки ряд полотен, включая «Вид на Волге. Барки» (ГРМ) и «Волжские лагуны» (ГТГ), а также картину «Берег Волги после грозы» (ГТГ), работа над которой растянулась до апреля 1871 года[10]. По словам искусствоведа Фаины Мальцевой, «можно с уверенностью утверждать, что рождение „Оттепели“ было подготовлено поездкой на Волгу», поскольку, с одной стороны, жизнь среди крестьян обогатила художника впечатлениями, связанными с социальными вопросами, а с другой — работа над изображением приволжских ландшафтов открыла ему «своеобразие пейзажа с необозримыми далями»[10].

Фёдор Васильев написал окончательный вариант картины «Оттепель» в начале 1871 года, в течение одного месяца[11]. Весной 1871 года картина участвовала в конкурсной выставке Общества поощрения художников и получила там первую премию[3], причём соперничала она с полотном Алексея Саврасова «Печерский монастырь близ Нижнего Новгорода», которое в результате удостоилось второй премии[12]. Картина «Оттепель» была приобретена Павлом Третьяковым ещё до начала выставки[13].

Великий князь Александр Александрович (будущий император Всероссийский Александр III) заказал Васильеву авторское повторение картины «Оттепель», работа над которым заняла у художника немногим более месяца[14]. В письме от 5 апреля 1871 года Фёдор Васильев, извинившись перед Павлом Третьяковым за долгое молчание, сообщал ему: «Вы писали мне, что Вам неизвестно, начал ли я повторение картины, купленной Вами… Теперь же я могу Вас уведомить, что конкурс кончился 2 апреля и я взял картину. Надеюсь окончить ее повторение к последним числам апреля»[15]. В мае 1871 года работа над авторским повторением была завершена, и тогда же Васильев передал свой первый вариант картины Третьякову[15].

В том же 1871 году картина экспонировалась на выставке Московского общества любителей художеств (МОЛХ). В рецензии, опубликованной в номере «Московских ведомостей» за 28 октября 1871 года, особого внимания критика Владимира Чуйко (печатавшегося под псевдонимом В. В.) удостоились два представленных на этой выставке пейзажа — «Оттепель» Фёдора Васильева и «Грачи прилетели» Алексея Саврасова[3].

  Оттепель (авторское повторение, 1871, холст, масло, 55,5 × 108,5 см, ГРМ)

После того как авторское повторение картины «Оттепель» было передано заказчику — Александру Александровичу, оно было помещено в Аничков дворец. В 1872 году эта авторская копия была послана на Лондонскую ежегодную международную выставку[en], где она была отмечена премией, а также получила хорошие отзывы критиков в английской прессе[16]. В частности, автор статьи, опубликованной 6 мая 1872 года в газете The Morning Post[en], выражал желание, чтобы Васильев приехал в Лондон и написал «лондонские улицы во время быстрой оттепели», поскольку «никто бы не написал их так, как он». Далее он писал: «Взгляните на его отличную картину „Оттепель“, на мокрую грязь, на серый, грязный и коричневый снег; заметьте колеи, текущую воду и общую слякоть и скажите, не он ли настоящий артист для этой задачи»[17]. В настоящее время второй авторский вариант картины «Оттепель» находится в Государственном Русском музее в Санкт-Петербурге (инв. Ж-4105), куда он поступил из Аничкова дворца в 1928 году[13][18][19].

Весной 1871 года у Фёдора Васильева случилась вспышка туберкулёза, и врачи настаивали на том, чтобы он уехал на лечение в южные края. Вскоре после окончания работы над авторским повторением картины «Оттепель», 22 мая 1871 года, художник выехал из Петербурга в Харьковскую губернию, где остановился в имении Хотень, принадлежавшем Павлу Сергеевичу Строганову и его жене Анне Дмитриевне[20], а 18 июля выехал из Хотени в Крым, в Ялту, где и провёл последние два года своей жизни[21]. Таким образом, картину «Оттепель» можно рассматривать в качестве рубежа, отделяющего петербургский период творчества художника от крымского[17].

Описание

  Монета Банка России к 150-летию со дня рождения Ф. А. Васильева с изображением фрагмента картины «Оттепель», 2 рубля, реверс

На картине изображён холодный, унылый пейзаж с размытой от растаявшего снега просёлочной дорогой, которую пересекает тёмная полоса талой воды. Оживляют пейзаж лишь птицы, изображённые в левой части картины, да фигурки путника и ребёнка, которые стоят у проталины на дороге[22]. Унылость картины дополняют написанные на заднем плане обледенелые деревья и покосившаяся изба, крыша которой покрыта снегом. Ощущение безнадёжности, вызываемое видом этой распутицы, подчёркивается растянутым вширь форматом холста[2]. Состояние переменчивой погоды и всеобщего уныния выражены «чутким мазком», который мастерски передаёт фактуру снега, следы полозьев и застилающую дали снежную пелену[23].

Чётко намеченную диагональ в композиции картины образует дорога[24], которая служит «центральным элементом пейзажного мотива» и в значительной степени определяет его смысловое содержание[14]. Растянутый по горизонтали формат картины усиливает эффект, подчёркивающий протяжённость этой дороги. То, что рядом с путником находится ребёнок, не только не смягчает ощущение людского одиночества среди снежных просторов, а наоборот, дополняет его пониманием того, насколько тяжёл дальний путь по заснеженной равнине для маленького человека[14].

При написании картины Васильев отклонился от классической трёхплановой схемы, используемой в романтических пейзажах: на заднем плане отсутствует единая замыкающая плоскость (есть разрыв между тёмными группами деревьев), а пространство зрительно углублено с помощью объёмного изображения нависшей над равниной тучи[25].

Эскизы и этюды

В Государственной Третьяковской галерее находится картина «Оттепель» (бумага на картоне, масло, 16 × 28,3 см, инв. 11029)[26], также известная под названием «Зима»[27][28]. Считается, что она отражает первоначальный замысел картины «Оттепель» 1871 года. Этот пейзаж был приобретён художником и коллекционером Ильёй Остроуховым у петербургского антиквара И. Ф. Шёне и впоследствии стал частью созданного им частного музея. После смерти Остроухова, последовавшей в 1929 году, его музей был расформирован, а картина была передана в собрание Государственной Третьяковской галереи[26].

Известен ещё один этюд Фёдора Васильева с названием «Оттепель» (1870, холст, масло, 26 × 33 см), который находился в коллекции Козьмы Солдатёнкова, а затем в собрании Румянцевского музея. Согласно документам, после расформирования Румянцевского музея в 1924 году этот этюд был передан в Самарский музей, но по какой-то причине туда так и не поступил, так что его местонахождение в настоящее время неизвестно[1][29].

К подготовительным материалам, послужившим для разработки темы будущей картины, искусствоведы также относят рисунок «Деревня. Распутица»[30] (или «Деревенский пейзаж», 1870, бумага, сепия, 17 × 28 см, инв. Р-170), находящийся в Пермской государственной художественной галерее[31].

Кроме этого, в Государственной Третьяковской галерее есть одноимённый эскиз картины «Оттепель» (холст, масло, 21 × 43 см, инв. Ж-591), который был приобретён в 1969 году у московского коллекционера Н. А. Соколова[32].

  Оттепель (или Зима, первоначальный замысел, бумага на картоне, масло, ГТГ)   Оттепель (этюд, 1870, холст, масло)   Деревенский пейзаж (1870, бумага, сепия, ПГХГ)   Оттепель (эскиз картины 1871 года, холст, масло, ГТГ)

Отзывы

Художник Иван Крамской, сравнивая «Оттепель» с появившимся двумя годами позже полотном «В Крымских горах», отмечал, насколько различны эти две картины и какой «страшилищной пропастью» отделены они друг от друга. В письме к Фёдору Васильеву от 28 февраля 1873 года он писал[33][34]:

«  Картина «Оттепель» такая горячая, сильная, дерзкая, с большим поэтическим содержанием и в то же время юная (не в смысле детства) и молодая, пробудившаяся к жизни, требующая себе право гражданства между другими, и хотя решительно новая, но имеющая корни где-то далеко, на что-то похожая и, я готов был бы сказать, заимствованная, если бы это была правда, но все-таки картина, которая в русском искусстве имеет вид задатка. » 

Искусствовед Алексей Фёдоров-Давыдов писал, что «Оттепель» — первая значительная работа Фёдора Васильева, которая «знаменует окончание ученичества и выход на самостоятельную творческую дорогу»[7]. Новизну этого художественного произведения он видел в том, что его «композиционная построенность, стаффажная насыщенность и сюжетная занимательность» направлены на «идейное истолкование русской природы, раскрытие её национального характера»[35]. Сравнивая «Оттепель» с появившейся в том же году картиной Саврасова «Грачи прилетели», Фёдоров-Давыдов отмечал лиричность обеих картин, но разницу между ними видел в том, что саврасовская лирика соответствует ясному и чёткому повествованию, в то время как васильевская «носит более общий, но вместе с тем и непосредственный характер, становясь содержанием картины»[36].

Критик и музыковед Борис Асафьев (литературный псевдоним — Игорь Глебов) считал картину «Оттепель» одним из лучших образцов сочетания лиричности в изображении русской природы со строгой дисциплиной художника. По его словам, в этой картине «композицией управляет тема дороги, русский дальний путь, на бесконечности „протяжений“ которого миллионами людей передумано столько дум о жизни и смерти и где перестрадало столько сердец»[37].

Обсуждая картину «Оттепель», искусствовед Фаина Мальцева писала, что она «поражает смелостью в выборе столь необычного пейзажного мотива со столь же смелым его художественным обобщением и всё проникающей тревожностью, как бы отнимающей у человека надежду на весеннее пробуждение природы и веру в её благостное участие»[34]. Отмечая мастерство художника в решении композиции картины, Мальцева писала, что этим полотном он «открывал для пейзажа новые перспективы и новые возможности выразить идейную содержательность, минуя принятую систему жанрового повествования»[6].

См. также

Примечания

  1. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 160.
  2. ↑ 1 2 Васильев Федор Александрович — Оттепель, 1871 (HTML). Государственная Третьяковская галерея — www.tretyakovgallery.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  3. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 61.
  4. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 32.
  5. ↑ Г. С. Чурак, 2000, с. 30.
  6. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162—163.
  7. ↑ 1 2 А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 158.
  8. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 16.
  9. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153.
  10. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1999, с. 29.
  11. ↑ В. М. Скляренко. Жизнь и творчество Федора Васильева, часть 2 (HTML). tphv.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  12. ↑ Ф. С. Мальцева, 1999, с. 31.
  13. ↑ 1 2 Ю. Ф. Дюженко, 1973, с. 33.
  14. ↑ 1 2 3 Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 62.
  15. ↑ 1 2 А. П. Боткина, 1993, с. 124.
  16. ↑ Ф. А. Васильев (1850—1873) — Оттепель (HTML). nearyou.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  17. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 151.
  18. ↑ Каталог ГРМ, 1980, с. 70, № 960.
  19. ↑ Васильев Ф. А. Оттепель. 1871 (HTML). Русский музей — виртуальный филиал — yawww.virtualrm.spb.ru. Проверено 6 июня 2016. Архивировано 18 мая 2013 года.
  20. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 164—165.
  21. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 171.
  22. ↑ Е. А. Матвеева, 2009, с. 31.
  23. ↑ В. С. Манин, 2001, с. 202.
  24. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 160.
  25. ↑ М. И. Ткач, 2002, с. 60—61.
  26. ↑ 1 2 Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 158.
  27. ↑ Н. Н. Новоуспенский, 1991, с. 153, № 92.
  28. ↑ Васильев Федор Александрович — Зима, 1871 (HTML). www.art-catalog.ru. Проверено 2 июня 2016.
  29. ↑ Ф. А. Васильев — Оттепель. Этюд (HTML). www.rmuseum.ru. Проверено 2 июня 2016.
  30. ↑ Ф. С. Мальцева, 1984, с. 153—154.
  31. ↑ Пермская государственная художественная галерея / В. А. Кулаков. — Москва: Изобразительное искусство, 1976. — 184 с.
  32. ↑ Каталог ГТГ, т. 4, кн. 1, 2001, с. 101, № 159.
  33. ↑ И. Н. Крамской, 1988, с. 146.
  34. ↑ 1 2 Ф. С. Мальцева, 1984, с. 162.
  35. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1937, с. 41.
  36. ↑ А. А. Фёдоров-Давыдов, 1986, с. 41.
  37. ↑ Б. В. Асафьев, 1966.

Литература

  • Асафьев Б. В. Русская живопись. Мысли и думы. — М.—Л.: Искусство, 1966.
  • Боткина А. П. Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве. — М.: Искусство, 1993. — 371 с. — ISBN 9785210025500.
  • Дюженко Ю. Ф. Ф. А. Васильев. — Л.: Художник РСФСР, 1973. — 72 с. — (Массовая библиотека по искусству).
  • Мальцева Ф. С. Федор Александрович Васильев. — М.: Искусство, 1984. — 272 с.
  • Мальцева Ф. С. Мастера русского пейзажа. Вторая половина XIX века. Часть 2. — М.: Искусство, 1999. — 136 с. — ISBN 9785210013439.
  • Манин В. С. Русский пейзаж. — М.: Белый город, 2001. — 632 с. — (Энциклопедия мирового искусства). — ISBN 5-7793-0293-6.
  • Матвеева Е. А. Федор Васильев. — М.: Белый город, 2009. — 48 с. — ISBN 978-5-7793-1264-6.
  • Новоуспенский Н. Н. Федор Александрович Васильев. — М.: Изобразительное искусство, 1991. — 160 с.
  • Ткач М. И. Энциклопедия пейзажа. — Москва: ОЛМА-ПРЕСС, 2002. — 350 с. — ISBN 978-5-948-49136-3.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Ф. Васильев. — М.: Изогиз, 1937. — 244 с.
  • Фёдоров-Давыдов А. А. Русский пейзаж XVIII — начала XX века. — М.: Советский художник, 1986. — 304 с.
  • Чурак Г. С. Федор Васильев. — М.: Белый город, 2000. — 64 с. — ISBN 5-7793-0221-9.
  • Государственная Третьяковская галерея — каталог собрания / Я. В. Брук, Л. И. Иовлева. — М.: Красная площадь, 2001. — Т. 4: Живопись второй половины XIX века, книга 1, А—М. — 528 с. — ISBN 5-900743-56-X.
  • Государственный Русский музей — Живопись, XVIII — начало XX века (каталог). — Л.: Аврора и Искусство, 1980. — 448 с.
  • Крамской об искусстве / Т. М. Коваленская. — М.: Изобразительное искусство, 1988. — 176 с. — ISBN 5-85200-015-9.

Ссылки

org-wikipediya.ru

Оттепель и шестидесятые: рождение андеграунда • Arzamas

Как Хрущев дал жизнь неофициальному искусству, а потом сам загнал его в подполье — и что в этом подполье водилось

Автор Галина Ельшевская

Шестидесятые как культурная эпоха начинаются гораздо раньше шестидеся­тых календарных. Смерть Сталина, разоблачение культа личности, реабили­тация — все это происходит еще в пятидесятые годы. Именем эпохи стало сло­во «оттепель» — название повести Ильи Эренбурга, вышедшей еще в 1954-м, а через два года о больших переменах объявят с трибуны XX съезда. Закончи­лось все — если говорить конкретно об искусстве — в декабре 1962-го, после того, как Хрущев разгромил выставку в Манеже и все надежды на свободу твор­чества иссякли. Шесть лет оттепели, с 1956-го по 1962-й, — это очень неболь­шой период. Внутри него все тоже было неоднозначно: на те же годы прихо­дятся, например, преследования писателей Бориса Пастернака и Василия Грос­смана. Эта свобода была очень неустойчивой и шаткой — но она была. А инер­ция этой ненадолго случившейся легкости длилась долго, на всем протяжении 60-х.

Сталинское искусство казалось огромным замерзшим монолитом. И неожи­данно этот монолит подвергся оттепельному таянию и стал распадаться. Пер­вая свобода, которая появилась у художников, — свобода поиска художествен­ных ориентиров. Поиски шли в двух направлениях. И по временной шкале — художники заново открывали прошлые достижения отечественного искусства, прежде всего авангарда, — и по шкале пространственной, через освоение того, что вот сейчас происходило на Западе. В обоих направлениях возможности у ищущих были, мягко говоря, не безграничны.

Еще были живы художники, которые застали авангард, и к ним активно «ходи­ли» — такие были своего рода паломничества; особенной популярностью поль­зовались «три Ф» — Фаворский, Фонвизин, Фальк. Одновременно устраивались первые квартирные выставки — например, у коллекционера Георгия Костаки, который собирал русский авангард. О том, что происходило на Западе, узнава­ли из журнала «Америка»: в 1956 году советские власти вновь разрешили его выпускать. В том же году случилась первая выставка Пикассо в Москве — поскольку Пикассо был коммунистом, — и она произвела ошеломительное впе­чатление. В 1957-м прошел Фестиваль молодежи и студентов, в рамках кото­рого проходили выставки абстракций. В 1959 году на Американскую выставку в парке «Сокольники» привезут абстрактных импрессионистов Джексона Пол­лока, Марка Ротко, Виллема де Кунинга и сюрреалиста Ива Танги. Два года спу­стя на аналогичную Французскую выставку привезут Ива Кляйна. Таким обра­зом, все-таки было из чего выбирать.

Эта свобода закончилась резко — в декабре 1962 года, когда генсек Никита Хру­щев отправился в Манеж на выставку к 30-летию Московского союза художни­ков. Помимо соцреалистов, он увидел там и новый советский модернизм — и пришел в бешенство. Сообщил художникам, что их живопись — «говно» и «мазня», а сами они «пидорасы проклятые». После этого началось закручива­ние гаек по всем художественным фронтам. Иллюзия, что в Советском Союзе искусство может быть одновременно и независимым, и публичным, умерла.

Никита Хрущев на выставке «30 лет МОСХа» в Манеже. 1 декабря 1962 года © Фотография Александра Устинова / Cоюз фотохудожников России

И тут художественное поле разделяется. На одной стороне оказываются те, кто на публичность рассчитывает и готов на какие-то компромиссы. На дру­гой — те, кто хочет быть совсем свободным и вынужден уйти в подполье. Фор­мируется понятие художественного андеграунда — его еще будут называть нонконформизмом, или «другим искусством», или «вторым авангардом». Пока что разделение довольно условно и не чревато личными конфронтациями, но оно уже есть. Понемногу пространство андеграунда начнет структуриро­ваться, художники станут разделяться на группы.

Принципы объединения в группы поначалу никак не были связаны с художе­ственным выбором, а были связаны с жизненными обстоятельствами. Такими обстоятельствами оказывались общая служба, соседство или родство. Род­ство — это, например, Лианозовская группа: большая семья и друзья семьи. Старшие — Евгений Леонидович Кропивницкий и его жена Ольга Потапова, их дочь Валентина Кропивницкая, их сын Лев Кропивницкий. И зять, муж Валентины, Оскар Рабин, который становится главной фигурой этого круга. И близкие друзья — художники Владимир Немухин и Лидия Мастеркова, поэты Генрих Сапгир, Игорь Холин, Ян Сатуновский, Всеволод Некрасов.

А группа Сретенского бульвара (она сформировалась примерно в 1969−1970 го­дах) — соседи. Илья Кабаков, Виктор Пивоваров, Эрик Булатов, Иван Чуйков — у них у всех были мастерские поблизости друг от друга. Это один из очагов за­рождения концептуализма в России, и мы поговорим о нем отдельно. Но важ­но, что здесь первоначальный принцип соседского объединения перерос в принцип настоящей школы.

А вот еще круг журнала «Знание — сила», круг, так сказать, сослуживцев: в 1968 году там Юрий Нолев-Соболев оказался главным художником, то есть человеком с небольшим, но все-таки административным ресурсом. И он при­влек к работе в журнале всех художников андеграунда. Ну не всех, но многих, всех, кого смог: Соболев был художник не партийный, он не делил коллег на своих и чужих. Так что с ним работали и Владимир Янкилевский, и Эрнст Неизвестный, и Виктор Пивоваров, и Илья Кабаков, и Борис Жутовский, и Ана­толий Брусиловский, и Юло Соостер, и много кто еще. А поскольку журнал назывался «Знание — сила», то у него был важный вектор — технократический, да еще и с выходами в научную фантастику. И поэтому сама природа этого журнала поощряла всяческую условность отчасти сюрреалистического толка — не про жизнь как она есть, с натуры, а сочинительство, футурология. В общем, многое там было можно себе позволять.

1 / 3

Обложка журнала «Знание — сила». 1968 годИнтернет-аукцион «Мешок»

2 / 3

Обложка журнала «Знание — сила». 1968 годИнтернет-аукцион «Мешок»

3 / 3

Обложка журнала «Знание — сила». 1968 годИнтернет-аукцион «Мешок»

И вот насчет этого «многого»: важно, что осваивалось сразу все — и все одно­временно. При соцреализме было такое культурное сиротство, и вдруг мир открылся. Но открылся не в виде книги, которую можно читать от главы к главе, а в виде ленты Мёбиуса. На единой поверхности и прошлое, и насто­ящее, и наследие русского авангарда, и искусство Запада, сплющенное в гар­мошку. И все это нужно было распутать и найти свое место — и если уж гово­рить безлично, про искусство в целом, то нужно было догнать и восполнить.

Вообще-то, этот алгоритм — «догнать и восполнить» — он для русской культу­ры привычный. Начиная с Нового времени, с Петровской эпохи. Ведь пока За­пад проходил Возрождение, маньеризм, барокко, эпоху Географических откры­тий, развитие науки, Россия сидела в избах и теремах — и тут Петр ломает ее об колено, запихивая в Европу, а она с трудом запихивается, потому что ни­чего про европейское устройство не знает и не понимает. Там было искусство, разные его жанры, — а здесь портрета, например, боялись, потому что портре­тирование души пригоняет к дьяволу. И в течение всего XVIII века Россия воспол­няет этот разрыв ускоренными темпами, какие-то этапы пропуская, какие-то — наспех сращивая. И только ближе к эпохе Екатерины можно гово­рить про сопоставление нашей культуры с европейской: всё, вроде бы догнали.

То же самое происходит во второй половине XIX века. Сначала передвижниче­ство отчасти соответствует реалистическим тенденциям в живописи Запада. Но в Европе перемены случаются быстрее: проходит импрессионизм, затем — постимпрессионизм и декаданс. А мы до самого начала ХХ века остаемся с тусклыми жанровыми сценами. Но потом все случается мгновенно: быстрый модерн, быстрый авангард. Снова догнали и даже перегнали.

И та же история происходит в шестидесятые. Догонять приходится, например, абстрактный экспрессионизм. То, что было в американской послевоенной абстракции, во французской послевоенной абстракции, даже в раннем поп-арте, — все воспроизводится в одном флаконе. Не как последовательные (и противопоставленные друг другу) этапы, а как что-то одновременное и сосу­ществующее вместе.

В связи с этим как раз характерно, что дружеские кружки, образовывавшиеся в пространстве неофициального искусства, не были школами. Лианозовскую группу задним числом часто именуют школой, но это не так: никто здесь ни­кого не учил. Хотя это было возможно: в группу действительно входили люди разных поколений, и, например, Евгений Кропивницкий застал футуризм и даже был к нему причастен. Но все ощущали себя равными, и все современ­ное искусство, в котором ни у кого не было опыта, осваивали вместе, как ввод­ный курс: абстракция, сюрреализм, экспрессионизм — всё вперемешку.

Единственной настоящей школой в этом кругу во время оттепели была студия яркого педагога Элия Белютина, который учил абстракции и призывал к спон­танности и раскрепощению руки. Белютин — фигура во многом загадочная: мистификатор, коллекционер (в его коллекции были Тициан, Рембрандт, Эль Греко), участник той самой манежной выставки, которому разъяренный генсек сообщил, что «все это не нужно советскому народу».

Элий Белютин. Реквием. 1962 год © Элий Белютин, Государственная Третьяковская галерея

Но когда мы говорим о новой российской абстракции того времени, мы вспо­минаем не многочисленных учеников Белютина, а совсем других людей.

Например, Юрий Злотников. В 1960-е годы он создал серию «Сигнальная си­стема». Это абстрактный минимализм: разноокрашенные точки, линии, пере­секающиеся и автономные, элементарная геометрика. «Сигналы» мыслились как научная работа — исследование воздействия живописи на человека, попыт­ка создать, по словам автора, «модель наших чувственных переживаний»; в со­здании этих вещей Злотников использовал методы математики, кибернетики и теории биотоков. И это вправду была система, претендовавшая на то, чтобы стать всеобщим языком. То есть это была претензия уровня Малевича, уровня супрематизма, уровня первого авангарда. Злотников действительно мечтал, что на основе его системы будут оформляться космические корабли. Тогда это казалось возможным и достижимым.

1 / 4

Юрий Злотников. Работа из серии «Сигнальная система». 1957–1962 годыЮрий Злотников; Собрание фонда семьи Цукановых / МАММ

2 / 4

Юрий Злотников. Работа из серии «Сигнальная система». 1957–1962 годыЮрий Злотников; Собрание фонда семьи Цукановых / МАММ

3 / 4

Юрий Злотников. Работа из серии «Сигнальная система». 1957–1962 годыЮрий Злотников; Собрание фонда семьи Цукановых / МАММ

4 / 4

Юрий Злотников. Работа из серии «Сигнальная система». 1957–1962 годыЮрий Злотников; Собрание фонда семьи Цукановых / МАММ

Рядом со Злотниковым обычно вспоминаются Владимир Слепян и Борис Ту­рецкий. Задним числом их назначили группой, чего не было, но дружба была. Работ Слепяна сохранилось немного: он эмигрировал в 1958 году, а в 1963-м оставил живопись, переключившись на литературное творчество. Турецкий же после интереснейших абстракций 50–60-х годов перейдет к ассамбляжам — композициям из предметов, наклеенных на плоскость, — и к тоже экспресси­онистской, но уже фигуративной живописи. Упомянем и ленинградского художника Евгения Михнова-Войтенко, который в конце 50‑х создал серию картин «Тюбик» — это были абстрактные холсты, где в сплошном поле зиг­загов, насечек и черточек обнаруживались предметные и рукописные осколки, отпечатки руки и так далее; это было очень созвучно тому, что делали, скажем, Джексон Поллок или Ив Кляйн, о которых Михнов-Войтенко вряд ли знал.

И это изобретение собственных велосипедов — замечательно; они были совер­шенно радикальны, эти велосипеды, и делались без оглядки на конкретные образцы. Именно в 60-е в России появляются первые произведения, которые потом назовут термином «объект»: у Михаила Рогинского это «Красная дверь» (просто нарисованная красная дверь, но с торчащей настоящей ручкой) и это «Стена» (картина с изображением стены — и торчащая розетка). А еще Рогин­ский пишет картину «Метлахская плитка»: вроде бы геометрическая абстрак­ция, а на самом деле изображение половой плитки. Это назначили русским поп-артом, хотя сам Рогинский был против такого отнесения. 

Михаил Рогинский. Дверь. 1965 годИллюстрация из книги Екатерины Андреевой «Угол несоответствия», 2012 год 

Вообще, невозможно перечислить всех художников, именно тогда создавших собственные системы, собственный, не зависимый ни от чего язык. Метафизи­ческие натюрморты Дмитрия Краснопевцева, символический сюрреализм Вла­димира Янкилевского; Оскар Рабин с поп-артистскими «помойками», где в красочный рельеф были впечатаны реальные предметы, — и так далее. И первые концептуалистские работы Ильи Кабакова появляются тогда же.

И это было настоящей свободой — той свободой, о которой тогда вообще много говорили, она была главным словом. И не так важно, что свобода обретения языка совсем не обязательно соединялась со свободой личного поведения — с открытой фрондой или с диссидентством. Потом это станет более существен­ным, когда уже внутри самой неофициальной среды случатся разделения на своих и чужих. Тогда станут вспоминать, кто, как Оскар Рабин, участвовал в протестных инициативах, а кто нет; кто искал художественных заработков, а кто, как тот же Рабин, работал такелажником, но зато продавал работы иностранцам. (Кстати, эта продажа работ дипломатам — а именно они были основными покупателями андеграунда — тоже будет потом припечатана хлестким словом «дип-арт».) А пока что в шестидесятые слово «свобода» звучит еще и общо, и легко, оно включает в себя все сразу. И в этом смысле стоит сказать о тех героях времени, которые и тогда, и потом это понимание свободы олицетворяли.

Оскар Рабин. Помойка № 8. 1958 год © Оскар Рабин; Коллекция Игоря Цуканова / The Tsukanov Art Collection

Во-первых, это Анатолий Зверев. Человек из легенды — и неясно, что в расска­зах о нем правда, а что нет, да и неважно. Вокруг Зверева сложился миф о ху­дожнике, который живет, как птичка Божия. О художнике-самородке, который якобы нигде не учился (это, скорее всего, неправда). О художнике, который пел как птица и пил как лошадь (а это правда) — что не мешало ему единым рос­черком пера создавать гениальные портреты. Единый росчерк пера — это было очень важно. Мандельштам говорил о «блуде труда» — так вот, никакого блуда труда быть не должно. Свобода понималась в числе прочего как мгновенное вдохновение, мгновенный энергетический выброс. Работы Зверева крайне неравноценны, но они — артистический жест, за то и прославлены.

Выставка Анатолия Зверева «Зверев в огне». 2012 год © Фотография Сергея Фадеичева / ТАСС

И второй человек-легенда — это Владимир Яковлев. Он тоже соответствует востребованному романтическому мифу о художнике. О художнике как фигуре трагической: душевная болезнь, прогрессирующая слепота — но утрата физи­ческого зрения как бы обостряет зрение духовное. Последние годы он живет в интернате для психохроников и на этом нижнем ярусе преисподней, прибли­зив лист к глазам, все-таки рисует какие-то инопланетные цветы, раскрываю­щиеся, хочется сказать, всем телом.

Картина Владимира Яковлева «Анютины глазки» на выставке в «Новом Эрмитаже». 2000 год © Фотография Виктора Великжанина / ТАСС

Вообще вокруг художников-одиночек особенно легко складывались легенды. Это могли быть мифы о художнике богемном — как в случае Зверева; миф о художнике пронзительно уязвимом — в случае Яковлева; миф об аскете, затворнике и тайновидце — в случае, например, Дмитрия Краснопевцева. 

Бывали и другие мифологические фигуры, скажем Василий Ситников, и это уже легенда о юродстве, которую очень талантливо и выстраивал сам Ситников (он же Вася-фонарщик, он же Вася — русский сувенир). Очень много рассказов о том, как Ситников пишет на странном языке. Как спит в бинтах, чтобы спа­стись от клопов и тараканов, но этих же клопов собирает и затем выпускает в статусных заведениях, в американском посольстве, в частности. Как обучает учеников — на самом деле это были почти исключительно ученицы — посред­ством то ли шоковой терапии, то ли дзен-буддистских ритуалов. Эти рассказы даже не подтверждены работами — работ Ситникова вообще сохранилось не­много, и в них как раз видна в первую очередь виртуозная техника и явный расчет на тех самых иностранцев, которые его работы активно покупали.

1 / 2

Василий Ситников. Дунька Кулакова. 1972 годФотография Василия Вяткина / РИА «Новости»

2 / 2

Василий Ситников. Автопортрет. 1975 годФотография Василия Вяткина / РИА «Новости»

До сих пор мы говорили исключительно о неофициальном искусстве. Но было и другое — были художники, которые тоже искали новый язык и новые формы, но при этом вполне рассчитывали на публичное поле. Творчество этих худож­ников получило позднее название «суровый стиль», и это действительно была коллективная стилистика, хотя художники не были группой. Гелий Коржев, Виктор Попков, Таир Салахов, Павел и Михаил Никоновы, Николай Андро­нов — все они протестовали против лжи и помпезности соцреализма — и ста­линского, и в еще большей степени позднего, сахарного соцреализма. Против дидактики, мещанства и всеобщего умиления семейными ценностями. Да, они искали новый язык, но в большей степени они искали новое содержание, новых героев. 

Эти новые герои картин предъявлены нам статично и плакатно, у линии рам­пы. Они ничего не делают — просто выступают строем, как общность. Это суровые мужчины — плотогоны, ремонтники, нефтяники, строители Братска; а если и женщины, например «Женщины Апшерона» у Таира Салахова, то они тоже обнаруживают мужскую суровость и мужское мужество. Картины разных художников, но язык единый, не отличить. С одной стороны, он тяготеет к плакатному строю — обобщенность, рубленые плоскости, а с другой — напо­минает о ранних работах Дейнеки и Общества станковистов.

1 / 3

Таир Салахов. Женщины Апшерона. 1967 годФотография Льва Иванова / РИА «Новости»

2 / 3

Виктор Попков. Строители Братска. 1960 годГосударственная Третьяковская галерея

3 / 3

Гелий Коржев. Мать. 1964–1967 годыГосударственная Третьяковская галерея

И поскольку это была фигуративная живопись, а не абстракция, расчет ху­дожников сурового стиля на публичность вроде как имел основания. Но он не очень оправдался: на той самой манежной выставке Хрущев обрушился на них с той же силой, что и на авангардистов. Потому что его вкус был самым примитивно соцреалистическим, а соцреализм тогда был еще вполне в фаворе. Так что новые герои просуществовали примерно года три — с 1959-го по 1962‑й, а потом их авторы стали работать уже каждый по-своему, и у боль­шинства карьеры в советском искусстве складывались вполне удачно.

В неофициальном кругу такие коллективные платформы появятся чуть позже, в семидесятые: самой яркой и долгоиграющей был московский концептуализм. Но уже на рубеже десятилетий начинается конфронтация между теми, кто со­ставит концептуалистский круг, и теми, кто никакого круга не составит, но бу­дет настаивать на уникальности собственного пути и языка. 

Условно говоря, это «метафизики» — их ничего не объединяет, кроме, так ска­зать, вектора духовных поисков; для них искусство есть практически сакраль­ное действие, «взыскание истины». В эту категорию попадают многие — ска­жем, Владимир Вейсберг, который вскоре изобретет концепцию «невидимой живописи», «белого на белом». Или Михаил Шварцман, который вообще счи­тал себя не художником, а иератом — медиумом или пророком, который слы­шит голос Бога. Казалось бы, такая позиция — полный отказ от индивиду­ально-художнического. Но совершенно парадоксальным образом именно индивидуально-художническое у Шварцмана, наоборот, было поставлено на пьедестал невиданной высоты. Например, он совершенно особенным образом осуществлял показы своих работ: к нему можно было попасть только по рекомендациям, которые он очень тщательно рассматривал, а сам показ обставлялся как шаманское действие.

А для концептуалистов, напротив, никакой истины не было — и любая пре­тензия на владение истиной расценивалась как властное посягательство и за­служивала только игровых деконструкций. Поэтому концептуалисты над мета­физиками отчасти даже издевались. Много позже, в 1983-м, концептуалисты «первого призыва» Наталья Абалакова и Анатолий Жигалов сделали инсталля­цию «Kitchen Art, или Кухня русского искусства», и это была пародия на мета­физическую высокопарность. Выглядело это так: кухня, на духовке написано «Духовка»; на полке, закрытой занавесками, — «Сакраловка»; а на полке с кру­пами, которые не портятся, — «Нетленка».

Но притом что вроде как одни противостояли другим, многое их и объединяло. Еще в статье Бориса Гройса «Московский романтический концептуализм», опубликованной в 1979 году, было сказано, что в России невозможно написать абстрактную картину без ссылок на фаворский свет. И вот эти метафизические моменты — апелляции к пустоте, белизне и дао — будут очень важны для мно­гих концептуалистов. И об этом речь пойдет в следующей лекции.

Что еще почитать про неофициальное искусство 1960-х:

Аймермахер К. От единства к многообразию. Разыскания в области «другого» искусства 1950–80-х годов.М., 2004.Герчук Ю. Кровоизлияние в МОСХ. М., 2008.Кабаков И. 60–70-е. Записки о неофициальной жизни в Москве. М., 2008.Тупицын В. Глазное яблоко раздора: беседы с Ильей Кабаковым. М., 2006. О Михаиле Рогинском. Дураки едят пироги. М., 2009.  

Ликбез № 1

Русское искусство XX века

Ликбез № 1

Русское искусство XX века

arzamas.academy


Смотрите также