«Урод рода человеческого». Садистка Салтычиха могла остаться безнаказанной. Картина салтычиха


Как выглядела Салтычиха и другие персонажи «Кровавой барыни» в реальной жизни

Память веков беспристрастна: она хранит имена не только героев, прославившихся подвигами, но и антигероев, творивших зверства. Одной из тех, о ком можно сказать «И как только земля таких носит!», была помещица Дарья Салтыкова, в народе – Салтычиха. Со времен бесчинств помещицы в подмосковном селе Троицком прошло уже более 250 лет (жуткие убийства крестьян пришлись на 50–60-е годы XVIII века), но до сих пор при одном только упоминании ее имени кровь стынет в жилах. Официально, то есть согласно приговору, Салтычиха загубила 38 невинных душ. На самом деле счет идет больше чем на сотню, но точную цифру не назовет никто. Дело в том, что Кровавая барыня на суде отпиралась, как могла: эти заболели, те сбежали — попробуй тут что-то докажи.

«Россия 1» предприняла смелую попытку впервые в истории кино и телевидения экранизировать обросшую мифами и домыслами историю о первой в нашей стране женщине-маньячке Дарье Салтыковой, чьи злодеяния документально подтверждены. Роль душегубицы досталась Юлии Снигирь. Надо сказать, что Салтычиха уже появлялась на экране: мучительница в исполнении Александры Урсуляк была эпизодическим персонажем сериала «Екатерина. Взлет». Мы сравнили экранные образы с тем, как в реальности выглядели персонажи сериала «Кровавая барыня». К сожалению, реальных портретов Салтычихи не сохранилось, хотя были изображения, которые долго время вызывали споры историков и были ошибочно приняты за портреты душегубицы.

Долгое время этот портрет считался портретом Салтычихи

Актриса Юлия Снигирь в образе Салтычихи в сериале «Кровавая барыня»

Еще один портрет, считавшийся портретом Салтычихи, но оказавшийся не им

Этот портрет также ошибочно принимали за портрет Салтычихи

Александра Урсуляк в образе Салтычихи в сериале «Екатерина. Взлет»

Дарья Салтыкова родилась 11 (22-го по новому стилю) марта 1730 года в семье московских столбовых дворян Николая Автономовича Иванова и Анны Ивановны Давыдовой. В числе родственников значились представители столь знатных фамилий, как Давыдовы, Мусины-Пушкины, Строгановы, Толстые. Но детство Даши Салтыковой было несчастливым. После смерти супруги Анны Николай Иванов отправил дочь на воспитание в монастырь с формулировкой «одержима бесами». Многие крестьянские отпрыски резвились и играли, не зная бед, в то время как маленькая Даша проводила дни и ночи в молитвах и послушании. Ни о какой родительской любви и заботе не было и речи. Психологическая травма осталась на всю жизнь. Это Салтычиху нисколько не оправдывает, но многое объясняет.

Федор Лавров в образе Глеба Салтыкова в сериале «Кровавая барыня» (реальных изображений мужа Салтычихи не сохранилось)

Личная жизнь Дарьи Салтыковой тоже не сахар. Ее единственным законным супругом был ротмистр лейб-гвардии конного полка Глеб Салтыков (в сериале его сыграл Федор Лавров). У супругов даже было двое сыновей – Федор и Николай. Глеб Салтыков умер в 1755 году, и Дарья в 26 лет осталась вдовой. Да и сыновья ее отдушиной стать не могли: они поступили на службу в гвардейские полки.

Овдовевшая Дарья Салтыкова, конечно, интерес к противоположному полу не утратила. Есть свидетельства о том, что Салтычиха крутила шашни с родственником мужа Сергеем Салтыковым. В сериале «Кровавая барыня» его роль исполнил Петр Рыков. Надо сказать, что Сергей впоследствии действительно стал одним из фаворитов Екатерины II. Кроме того, некоторые историки предполагают, что именно он биологический отец Павла I.

Любовник Салтычихи Сергей Салтыков / Петр Рыков в образе Сергея Салтыкова в сериале «Кровавая барыня»

Петр Рыков в образе Сергея Салтыкова в сериале «Кровавая барыня»

Еще одну любовную интрижку Салтычиха крутила с дедом поэта Федора Тютчева. В покои Дарьи Салтыковой был вхож землемер Николай Тютчев (в сериале его сыграл Влад Соколовский). Правда, история любви едва ли не закончилась большой трагедией. Любовник Салтыковой женился на девице Панютиной. Коварная помещица разгневалась: она приказала своим людям поджечь дом конкурентки и превратить их с новоиспеченным мужем в пепел. Крестьяне на преступление не пошли и сообщили Тютчеву о готовящемся покушении. Спасибо им, а то, кто знает, быть может, из-за кровожадной Салтычихи не было бы на свете поэта Федора Тютчева.

Почему же зверства Дарьи Салтыковой долгое время оставались безнаказанными? Дело в том, что везде были свои люди – рука руку моет. Никто не хотел рисковать служебным положением и сдавал доносчиков на Кровавую барыню. Тем более что Салтычиха знала о коррупционных схемах все – помещица давала взятки нужным людям, чтобы, как сейчас говорят, не попасть в фокус правоохранительных органов.

Влад Соколовский в образе Николая Тютчева в сериале «Кровавая барыня» (реальных портретов землемера не сохранилось)

Все же зло не может оставаться безнаказанным долгое время. Крестьянам Савелию Мартынову и Ермолаю Ильину, чьих жен загубила Салтычиха, в 1762 году удалось доставить жалобу по адресу, а именно в руки недавно взошедшей на престол Екатерины II (в сериале «Кровавая барыня» ее сыграла Северия Янушаускайте). Самодержица взяла дело под личный контроль. Расследование длилось шесть лет. В итоге Салтычиху разоблачили. Сначала помещицу приговорили к смертной казни, но потом высшую меру наказания отменили. Кровавую барыню лишили звания дворянки, приковали к позорному столбу с табличкой «Мучительница и душегубица». Но и это еще не все. Дарья Салтыкова была на веки вечные помещена в подземную тюрьму, где она гнила до самой смерти. Скончалась Салтычиха в 1801 году.

Екатерина II / Северия Янушаускайте в образе Екатерины II в сериале «Кровавая барыня»

Юлия Снигирь в образе Екатерины II в сериале «Великая»

Марина Александрова в образе Екатерины II в сериале «Екатерина. Взлет»

Читайте также:

Битва эфиров: «Кровавая барыня» или «Вольная грамота»?

Пять причин посмотреть сериал «Кровавая барыня» с Юлией Снигирь в главной роли

Новые русские сериалы 2018 года: самые ожидаемые по версии «Вокруг ТВ»

www.vokrug.tv

Биография «кровавой помещицы» Дарьи Салтыковой

Следователи, работавшие над делом Дарьи Салтыковой, серьезно проверяли слухи, будто помещица ела своих жертв, а одним из любимых ее лакомств была женская грудь. Слухи не подтвердились – Салтычихе нравился сам процесс истязания.

Салтычиха – страшная сказка русской истории. Имя помещицы, мучившей и убивавшей своих крепостных, не забыли до сих пор, хотя подробности кровавых дел в ее биографии уже изгладились из людской памяти.

Имя: Дарья Салтыкова (Салтычиха) 

Дата рождения: 1730 год

Дата смерти: 9 декабря 1801 года

Возраст: 71 год

Место рождения: Российская империя

Место смерти: Москва

Деятельность: Русская помещица

Семейное положение: Была замужем

Жители Теплого Стана и расположенного по другую сторону кольцевой автодороги поселка Мосрентген даже не догадываются, что здесь два с половиной века назад зверствовала барыня-злодейка – Салтычиха.

Почему обычная дворянская девица Дарья Салтыкова стала чудовищем в человеческом обличье? Что сделало ее одной из самых известных массовых убийц в истории?

Пухлое следственное дело Салтычихи, хранящееся в Российском историческом архиве в Петербурге, не дает ответы на эти вопросы. Поступки в ее биографии нельзя объяснить даже дурной наследственностью: предки Дарьи были совершенно нормальными людьми.

Дед, думный дьяк Автомон Иванов, при Петре Великом возглавлял Поместный приказ. Во время стрелецкого бунта он очень вовремя встал на сторону молодого царя, за что был награжден чинами и поместьями.

Его сын Николай, отслужив несколько лет на царском флоте, вернулся в родное Подмосковье, где отстроил барский дом в селе Троицкое. В год смерти Петра он женился на Анне Тютчевой – поместье ее родителей находилось по соседству.

У Николая и Анны было три дочери – Аграфена, Марфа и Дарья. Вскоре после рождения младшей – Дарья появилась на свет в марте 1730 года – Анна Ивановна умерла.

Ивановы не принадлежали к тем помещикам, которые восторженно внимали идеям европейского Просвещения. В их доме все было устроено по-старому: долгий сон, обильная еда и скука. Грамоте дочек не учили, зато обучали тому, что нужно будущей хозяйке – вести дом и держать в строгости рабов.

Многие господа именно так, по старинке, называли крепостных крестьян, которые по закону считались полной собственностью владельца. В конце концов, даже знатные дворяне подписывали прошения к царю «раб Вашего Величества» -что уж говорить о крестьянах?

В те годы императрица Анна Иоанновна и ее любимец Бирон могли избить любого вельможу батогами, «усечь» язык и отправить в Сибирь. Русская жизнь XVIII века была пропитана жестокостью, к которой Дарья привыкла с детства.

По обычаю, дочерей рано выдали замуж. В 19 лет настала очередь Дарьи – она стала женой 35-летнего ротмистра Глеба Салтыкова, потомка богатого и знатного рода. Благодаря этому браку у Дарьи появились владения в Вологодской и Костромской губерниях, а также дом в Москве, на углу Кузнецкого Моста и Большой Лубянки.

Год спустя, в 1750-м, она родила сына Федора, еще через два года – Николая. Детьми Дарья занималась мало, оставив их на попечение кормилиц и нянек. Муж почти все время проводил на службе и часто ездил в Петербург с поручениями. Во время одной из таких поездок он простудился и весной 1756 года умер.

После этого Дарья почти совсем забросила городской дом и вернулась в Подмосковье. К тому времени скончался и ее отец, оставив любимой младшей дочке Троицкое и соседнюю деревню Теплый Стан – когда-то там находился постоялый двор, где ямщики отогревались чаем или чем-нибудь покрепче.

В обоих селениях жило около пятисот крестьян – в основном женщины и дети, поскольку половину мужиков забрали на недавно начавшуюся войну с Пруссией.

Как выглядела 26-летняя, юная по нынешним временам Дарья Салтыкова, мы точно не знаем. Один источник описывает ее как «маленькую, костлявую и бледную особу», другие пишут о «женщине богатырского сложения с мужеподобным голосом». Однако все упоминают о ее горячем и пылком нраве.

Изнывая без мужской любви, она после года вдовства нашла замену покойному мужу. По легенде, в один прекрасный день она услышала в лесу выстрелы и приказала гайдукам (то есть слугам) поймать дерзкого нарушителя границы ее владений.

Скоро к ней привели молодого красавца в простой одежде. Приняв его за крестьянина, Дарья привычно велела всыпать ему плетей, но он ударом кулака сшиб на пол ближайшего гайдука и закричал: «Как вы смеете? Я капитан Николай Тютчев!» Узнав, что дальний родственник матери заехал в ее лес по ошибке, увлекшись охотой, Салтычиха смягчилась и пригласила незваного гостя к столу. А вскоре он оказался и в ее постели.

Этот «соседский» роман продолжался не один год. Тютчев был на пять лет моложе Салтыковой, но все же уставал от ее буйного темперамента. К тому же он был дворянином новой формации, получил неплохое образование и чувствовал себя неуютно рядом с грубой и безграмотной сожительницей – с ней и поговорить-то было не о чем.

Поэтому он навещал Троицкое не чаще одного-двух раз в неделю, отговариваясь занятостью по службе – он работал в Межевом департаменте. Во время этих кратких визитов он не мог не замечать, с каким страхом дворовые смотрели на свою барыню. Хотя, конечно, самое страшное Дарья от «свет-Николеньки» скрывала – боялась, что бросит.

А страшного в усадьбе хватало. В те же годы, отмеченные любовью к Тютчеву, Дарья Салтыкова сжила со свету десятки своих крестьян. Почти все они были молодыми женщинами – среди жертв оказалось только двое мужчин и пять девочек 11-15 лет.

Помещица наказывала своих крепостных не за преступления или какие-нибудь серьезные провинности. Вполне достаточно было, чтобы крестьянка не очень чисто вымыла полы в усадьбе или плохо постирала платья барыни.

Салтыкова била несчастных всем, что попадется под руку – скалкой, поленьями, даже раскаленным утюгом. Крики и мольбы жертв приводили садистку в дикое возбуждение.

Устав, она вызывала гайдуков, которые били женщин сами или заставляли делать это мужей крестьянок – если те отказывались, их ждала та же участь. Салтычиха наблюдала за экзекуцией из кресла, крича: «Сильнее, сильнее! Бейте до смерти!»

Нередко послушные слуги выполняли этот приказ. Тогда мертвых женщин переносили в подвал, а ночью закапывали на опушке леса. В казенную палату отправлялась бумага о «бегстве» очередной крестьянки. Чтобы избежать лишних вопросов, к этому документу обычно прикладывалась пятирублевая купюра.

Но чаще бывало иначе – после истязаний жертва оставалась жива. Тогда ее снова заставляли мыть полы, хотя она уже едва держалась на ногах. Тогда с криком: «Ах ты, дрянь, лениться вздумала!» – Салтычиха вновь принималась за «вразумление».

Женщин выставляли раздетыми на мороз, морили голодом, рвали тело раскаленными щипцами. Эти сцены повторялись раз за разом – фантазия мучительницы была довольно скудной.

Крестьянку Аграфену Агафонову она била скалкой, а конюхи – «палками и батожьем, отчего руки и ноги у нее были переломаны». Акулине Максимовой после битья «без всякого милосердия скалкою и вальком по голове» барыня жгла волосы свечкой. 11 -летнюю дочь дворового Антонова Елену она «учила» той же скалкой, а затем столкнула с каменного крыльца усадьбы.

Такие же сцены происходили в московском доме Салтычихи, рядом с модными магазинами Кузнецкого Моста. Там погибла служанка Прасковья Ларионова – сначала садистка избивала ее сама, а потом отдала гайдукам, крича при этом: «Бейте до смерти! Я сама в ответе и никого не боюсь!»

Забитую до смерти Прасковью повезли в Троицкое, бросив в сани ее грудного ребенка, который замерз по дороге. Той же дорогой везли Катерину Иванову, у которой конюх Давыд «видел от бою ноги опухлые и из седалища текла кровь».

С годами Салтычиха стала более изобретательной и употребляла, как отметило следствие, «мучительства, христианам неизвестные». Например, «разженными щипцами припекательными тянувше за уши и обливая голову горячею из чайника водою».

А крестьянку Марью Петрову в ноябре загнали в пруд, где четверть часа продержали по горло в ледяной воде, а потом избили до смерти. Ее труп выглядел так страшно, что даже троицкий священник отказался ее отпевать. Тогда тело по давней привычке закопали в лесу.

Чаще таких проблем не возникало: умирающую жертву уносили в «заднюю палату» и отпаивали вином, чтобы во время предсмертной исповеди у нее были силы хоть что-нибудь пробормотать.

Если этого не случалось, ее исповедовали «по-глухому» и хоронили на сельском кладбище. Так случилось с женой конюха Степанидой, которую по приказу Салтычихи ее собственный муж избил розговыми комлями – толстыми концами прутьев.

На похоронах конюх стоял под надзором гайдуков – чтобы он не побежал доносить. Правда, такие доносы ни к чему не приводили – благородная фамилия мужа и щедрые подарки властям надежно защищали Салтычиху. Жалобщиков сажали в карцер, а потом возвращали барыне, чтобы она могла поквитаться с ними.

Порой расходившаяся Салтычиха устраивала настоящие массовые казни. В октябре 1762 года, уже находясь под следствием, она приказала слугам избить четырех девок, включая 12-летнюю Прасковью Никитину, – снова за нечистое мытье полов.

В результате Фекла Герасимова была едва жива: «волосы у ней были выдраны, и голова проломлена, и спина от побоев гнила». Ее вместе с остальными бросили в одной рубахе в саду, а потом втащили в дом и продолжили избиение. В результате трое из четырех жертв умерли.

Изредка Салтычиха убивала и мужчин. В апреле 1761 года староста Григорьев не устерег отданного под его надзор гайдука Иванова, который чем-то провинился. Нерадивого тюремщика привезли в Троицкое и отдали на расправу конюхам, которые попеременно били его кулаками и кнутами. К утру староста умер.

Иллюстрация работы В. Н. Курдюмова к энциклопедическому изданию «Великая реформа» на которой изображены истязания Салтычихи «по возможности в мягких тонах». Фото с сайта commons.wikimedia.org

Конюхи и гайдуки были постоянными палачами Салтычихи, причем им приходилось убивать и своих близких. Один из них, Ермолай Ильин, по прихоти помещицы избил до смерти трех своих жен – одну за другой.

Во время следствия он показал, что «по приказу помещицы, многих, взятых из разных деревень во двор, девок и женок бивал, которые от тех побоев вскоре и умирали…» О том он, Ильин, нигде не объявлял и недоносил, убоясь оной помещицы своей, а более того, что и прежние доносители наказаны кнутом; то ежели б и он, Ильин, стал доносить, также ж был истязан или еще и в ссылку послан».

Последнюю жену Федосью Артамонову добила скалкой сама барыня, которая заставила мужа ее хоронить, предупредив: «Ты хотя и в донос пойдешь, только ничего не сыщешь».

Но на этот раз уверенность Салтычихи в своей вседозволенности не оправдалась. Конюх Ермолай все же пошел «в донос», взяв в компанию другого крепостного Савелия Мартынова.

Они выбрали удачный момент – июль 1762 года, когда на престол только что взошла Екатерина II. Новая царица, свергнувшая своего мужа Петра III, желала предстать перед Россией и всем миром защитницей своих подданных. Дело Салтычихи оказалось весьма кстати – жалобу крестьян передали в Юстиц-коллегию, и та начала следствие.

С этим совпало и другое событие – разрыв Салтыковой с ее любовником Тютчевым. Устав от тяжелого характера подруги, молодой офицер перед Великим постом объявил, что собирается жениться на дочери брянского помещика Пелагее Панютиной.

Салтычиха пришла в ярость – по ее приказу вероломного Тютчева заперли в сарае, но одна из дворовых девок помогла ему бежать. В мае они с Панютиной обвенчались и поселились в Москве, на Пречистенке.

Но Салтычиха не успокоилась – по ее приказу конюх Алексей Савельев купил на артиллерийском складе пять фунтов пороха, чтобы взорвать им дом молодых супругов. В решающий момент конюх струсил и объявил, что порох отсырел и не взорвался.

Через месяц Салтычиха yзнала, что молодожены поедут в Брянскую губернию мимо Теплого Стана, и устроила на дороге засаду. Ей снова не повезло – один из гайдуков, прежде друживший с Тютчевым, предупредил его, и тот отменил поездку.

После этого помещица оставила бывшего любовника в покое, но он, похоже, был всерьез напуган – потому и отказался давать показания против нее. Следствие и без того продвигалось с трудом: сама Салтычиха все обвинения отрицала, а жалобы крестьян суд не мог принимать в расчет.

Но Екатерина, лично державшая дело под контролем, была полна решимости довести его до конца. В конце 1763 года Юстиц-коллегия предложила «во изыскании истины» подвергнуть Салтыкову пытке.

Однако императрица решила, что пытка – это не по-европейски. Она решила приставить к Салтычихе «искусного священника на месяц, который бы увещевал ее к признанию, и если от сего еще не почувствует она в совести своей угрызения, то чтоб он приготовил ее к неизбежной пытке, а потом показать ей жестокость розыска приговоренным к тому преступником».

Иными словами, преступницу водили в застенок и показывали, как пытают других. Но она по-прежнему молчала. Не помогли и увещевания батюшки: четыре месяца спустя он объявил, что «сия дама погрязла в грехе» и добиться от нее раскаяния невозможно.

В мае 1764 года на Дарью Салтыкову было заведено уголовное дело. Ее посадили под домашний арест, и присланные из столицы следователи начали обыскивать не только усадьбу, но и все Троицкое. Только тогда крестьяне осмелели и показали властям и «заднюю палату», где на полу еще виднелись следы крови, и пруд, в котором морозили женщин, и свежие могилы в лесу.

В архивах были подняты старые дела о Салтыковой, закрытые за взятки. В апреле 1768 года Юстиц-коллегия вынесла вердикт, согласно которому Салтычиха «немалое число людей своих мужеска и женска пола бесчеловечно, мучительски убивала до смерти».

Ее признали виновной в 38 убийствах, хотя реальное число жертв составляло от 64 до 79 человек. Позже откуда-то взялось гораздо большее число – 139 убитых, которое до сих пор повторяют многие авторы. Энциклопедии предпочитают более осторожную оценку – «более 100 человек».

Истинного количества жертв уже, видимо, никто не узнает. С одной стороны, немалая часть пропавших крепостных могла действительно уйти в бега, чтобы не стать жертвами Салтычихи. С другой — часть погибших могла остаться незамеченной: вряд ли власти проявляли большое рвение при подсчете убитых крестьян.

Салтычиха – не уникальное явление в мировой истории. Мы знаем имена не менее страшных преступников. Например, Жиль де Ре – «Синяя борода» – убил в XV веке более 600 детей, а венгерская графиня Эржебет Батори уже в XVII столетии замучила почти 300 человек.

В последнем случае совпадение почти буквальное – графиня тоже взялась за зверства после смерти мужа, и ее жертвами тоже были в основном женщины и девушки. Правда, она, по слухам, купалась в их крови, желая сохранить красоту, и вдобавок приносила жертвы дьяволу.

С Салтычихой все было иначе – каждое воскресенье она ходила в церковь и ревностно замаливала грехи.

Сенат требовал для преступницы смертной казни. Но она все-таки была дворянкой, поэтому Екатерина II указом от 12 июня 1768 года велела сохранить ей жизнь, лишив всего имущества, родовой фамилии, материнских прав и даже пола – было приказано «впредь именовать сие чудовище мущиною».

В указе императрицы говорилось: «Сей урод рода человеческого не мог воспричинствовать того великого душегубства над своими собственными слугами одним первым движением ярости, но надлежит полагать, что она особливо пред многими другими убийцами в свете имеет душу совершенно богоотступную и крайне мучительскую».

Иными словами, убийства совершались не в ярости, а по природной склонности к насилию. Слова «садизм» тогда еще не знали, да и сам маркиз де Сад, что называется, пешком под стол ходил.

Однако троицкая барыня была классической садисткой. Впрочем, истязания и убийства крепостных были в России того времени обычным явлением (хоть и не в таких масштабах), и дело Салтыковой не вызвало в обществе ни ужаса, ни особого удивления.

17 ноября 1768 года Салтычиху подвергли «гражданской казни» – поставили на Красной площади к позорному столбу с табличкой «мучительница и душегубица» на груди.

Наказание продолжалось всего час, после чего бывшую помещицу отвезли в Ивановский монастырь на Солянке и посадили в полуподвальную темницу. Еду ей подавали через зарешеченное окошко, не открывая дверь.

Раз в день ее выводили из камеры, чтобы она могла слушать богослужение в храме – но снаружи, не входя внутрь. Крепостным гайдукам, которые участвовали в избиениях и убийствах, и священнику, который «по-глухому» исповедовал жертв Салтычихи, тоже пришлось несладко – их били кнутом, вырвали ноздри и сослали в Нерчинск на вечную каторгу.

Как ни удивительно, преступница не пала духом. Она решила, что наказание будет смягчено, если она родит ребенка, и взялась за дело. В 1778 году ей удалось если не соблазнить, то разжалобить караульного солдата, и она забеременела.

Но «матушка» Екатерина в нужных случаях умела проявлять твердость. Салтычиху не помиловали, а только перевели из подвала в каменную пристройку с окном. Рожденного ею ребенка отдали в приют, а следы жалостливого солдата потерялись в Сибири.

Расчет Салтыковой не оправдался – напротив, ее наказание стало еще мучительнее. Монастырь осаждали толпы зевак, которые заглядывали в окошко к заключенной и издевались над ней. В ответ она ругалась последними словами и пыталась достать смельчаков палкой. Очевидцы вспоминают, что она в ту пору была безобразно толстой и грязной, с растрепанными волосами и «лицом, бледным, как квашня».

Тем временем имение Салтычихи досталось ее свояку Ивану Тютчеву. Вскоре он продал его дальнему родственнику – тому самому Николаю Тютчеву, у которого усадьба, похоже, будила не только страшные воспоминания. Он построил в Троицком новый дом, разбил парк и оборудовал пруд с лебедями. Сегодня от всего этого не осталось и следа -сохранилась только заброшенная церковь, где некогда отпевали жертв Салтычихи.

Николай Андреевич умер в 1797 году, а двадцать лет спустя в Троицкое приехал его внук – знаменитый поэт Федор Тютчев. Ему в имении понравилось – вместе с воспитателем Амфитеатровым они «выходили из дому, запасаясь Горацием или Вергилием, и, усевшись в роще, утопали в чистых наслаждениях красотами поэзии».

Что касается родных детей Салтычихи, то Федор умер бездетным, а рано умерший Николай оставил сына, который тоже прожил недолго. Таким образом, род Ивановых пресекся.

Дарье Салтыковой уже не было до этого никакого дела. Она старела в своей комнате-клетке, привыкнув к нерушимому распорядку и уже не стремясь его изменить. В последние годы у нее отекли ноги, и она уже не могла ходить в церковь.

В ноябре 1801 года, когда узница целый день не вставала с кровати и не брала еду, монахи вошли в камеру и обнаружили ее мертвой. Ей исполнился 71 год, из которых она почти половину провела в заточении.

В Ивановском монастыре кладбища не было, и Салтычиху похоронили в Донском монастыре. Ее надгробие сохранилось до наших дней, а камера вместе с монастырем сгорела во время Великого пожара 1812 года. Та же участь постигла московский дом Салтыковых – сегодня на его месте находится площадь Воровского.

О зверствах в биографии троицкой барыни постарались поскорее забыть. В этой истории все было отвратительно – и свирепость самой Салтычихи, и рабская покорность ее жертв, и долгое бездействие властей.

Она не вдохновила писателей, не породила звучных легенд, как история Жиля де Ре или графа Дракулы. Остались только страшные сказки о барыне-мучительнице, в реальность которых не слишком верили даже те, кто их рассказывал.

Автор биографии: Вадим ЭРЛИХМАН

biography-life.ru

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

omvesti.ru

«Урод рода человеческого». Садистка Салтычиха могла остаться безнаказанной | История | Общество

По словам режиссёра Егора Анашкина, создатели картины определили свою работу как «страшную сказку на тему исторических героев, где в итоге добро победит, а зло будет наказано». Дело хорошее, но не будем забывать старинное присловье: «Сказка — ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок». Чтобы понять, где именно сказка вильнула в сторону и какие именно уроки можно из неё извлечь, надо вспомнить о реальном деле реальной Салтычихи — «урода рода человеческого».

Первая среди равных

Писатель и нобелевский лауреат Иван Бунин возмущался: «Какая вековая низость — шулерничать этой Салтычихой, самой обыкновенной сумасшедшей!» Однако Салтычиха была не совсем обыкновенной — она может считаться лишь первой среди равных. Одновременно с её делом Сенат рассматривал и другие случаи убийства крепостных своими хозяевами: помещица Марьина до смерти засекла крепостную вместе с её грудным сыном. Помещик Борзенков засёк до смерти двух крепостных девок. Поручик Турбин лично забил до смерти трёх крепостных. Жена унтершихтмейстера (помощника горного инженера) Гордеева «избив свою девку до полусмерти, гоняла её босиком по морозу, а потом держала в холодных сенях, отчего та и скончалась». Таких дел насчитывается несколько десятков. И это только те, которые дошли до Сената. А сколько не дошло, сколько изувеченных трупов было тихо, по-воровски прикрыто землёй, можно только гадать.

Салтычихе было инкриминировано 138 убийств. Железно доказать удалось только 38. Ещё в 26 случаях она была оставлена «под сильнейшим подозрением». По случаю гибели ещё 11 человек она была оправдана. Оставшиеся 63 случая проходили под мутной формулировкой. Дескать, Салтычиха этих людей совершенно точно истязала, и люди эти умерли. Но вот вследствие побоев или сами по себе — неясно.

Убивать не хотела?

Что тут скажешь? Иные действительно выживали. Как, например, старейшая служанка Салтыковых Аграфена Агафонова. В самом начале своей карьеры садиста Салтычиха приказала избивать пожилую женщину в течение нескольких часов. Агафонова «отделалась» множественными переломами обеих рук и ног. Поскольку сосланная в дальнее имение служанка умудрилась выжить, её в число жертв даже не записали.

Как не записали и других «везунчиков». Например, Акулину Максимову — ей Салтычиха выжгла все волосы на голове и на теле лучиной. Или Екатерину Устинову, которая была неоднократно бита по голове раскалённым утюгом. Жестокие избиения всех подряд были обычным фоном долгих шести лет — с 1756 по 1762 г. На этом фоне убийства, происходившие в среднем раз в две недели, уже не воспринимались как что-то экстраординарное.

Часть из них, по словам свидетелей, вообще можно списать на неосторожность. Дескать, «барыня убивать не хотела — оно само собой так вышло». Так, Дарья Николаевна решила собственноручно наказать малолетнего крепостного Лукьяна Михеева. И за три-четыре удара «случайно» расколола голову малыша об угол.

Но когда Салтычиха ставила себе цель наказать по-настоящему, её фантазия и упорство могли бы вызвать уважение профессиональных палачей. Молодого слугу Хрисанфа Андреева истязали в течение полутора суток. Для разминки — порка кнутом на морозе. Изящный штрих — пороть Хрисанфа заставили его родного дядю. Затем оставили полумёртвого человека на ночь «взбодриться на снегу». Наутро в дело вступила сама барыня. Несколько часов избивала слугу палкой. Потом таскала за уши раскалёнными щипцами для волос. Потом поливала ему голову крутым кипятком и снова осыпала ударами палки. А он всё никак не умирал. И потому барыня в исступлении принялась бить его ногами и прыгать на бесчувственном теле. Умер он только через два часа после того, как Дарья Николаевна утомилась и приказала снова унести его на мороз.

Случайная победа добра

«Страшная сказка» налицо. И добро, если судить по приговору суда над Салтычихой, действительно восторжествовало: «Пожизненное заключение в подземной тюрьме без света, дабы лишить злую её душу в сей жизни всякого человеческого сообщества, а от крови смердящее тело её предать Промыслу Творца». Но есть один нюанс. Как говорил Глеб Жеглов? «Правопорядок в стране определяется не наличием преступников, а умением властей их обезвреживать». Вот с этим в деле Салтычихи было откровенно худо.

За расследование её преступлений не желал браться никто. Во-первых, опасались тронуть столбовую дворянку. Внучку Автонома Иванова, одного из сподвижников Петра Великого, и вдову представителя древнего и почтенного рода Салтыковых. Во-вторых, Дарья Николаевна была женщиной умной и дальновидной. Почти все московские чиновники были ею попросту куплены. Достаточно сказать, что в течение 6 лет на Салтычиху была подана 21 жалоба. Ни одну из них не рассмотрели. А самих жалобщиков возвращали хозяйке, после чего жизнь их была короткой, а смерть — долгой.

То, что дело всё-таки завели, не более чем фантастическое схождение сразу нескольких случайных факторов. Двум крепостным летом 1762 г. удалось бежать и вынести жалобу из насквозь коррумпированной Москвы в Санкт-Петербург. Мужикам повезло — 28 июня произошёл государственный переворот, и престол заняла Екатерина II. Жалоба попала лично в руки царице, которая была настроена на милосердие, просвещение и законность. Дело завертелось.

Но как? Сначала Салтычиху опасались даже брать под арест. Свидетели не желали давать показания: «Управы на неё не может быть». Когда Салтычиху всё-таки арестовали и пригрозили пыткой, она улыбалась и говорила: «Ничего вы мне не сделаете». И, кстати, оказалась права — пытку к ней так и не применили. Купленные чиновники постоянно вставляли палки в колёса следствию. Оно затянулось на три года. И ещё на три года затянулся суд. По сути, Салтычиха всё это время уверенно выигрывала своё дело по очкам. Признания от неё не добились, а показания крепостных весили по тем временам ничтожно мало. То, что дело всё-таки довели до конца, — личная заслуга Екатерины II. Чтобы наказать очевидного садиста, потребовалось внимание и вмешательство высшей власти.

www.aif.ru

Чёрная вдова Салтычиха. Красавицу-дворянку прославили зверские убийства | История | Общество

Набожная девушка из хорошей семьи

О Российской Империи сегодня, как правило, предпочитают вспоминать лишь парадную сторону «России, которую мы потеряли».

«Балы, красавицы, лакеи, юнкера…» вальсы и пресловутый хруст французской булки, несомненно, имели место. Вот только этот приятный уху хлебный хруст сопровождался и другим — хрустом костей русских крепостных, своим трудом обеспечивавших всю эту идиллию.

И дело не только в непосильной работе — крепостные, находившиеся в полной власти помещиков, очень часто становились жертвами самодурства, издевательств, насилия.

Изнасилование господами дворовых девушек, само собой разумеется, не считалось преступлением. Барин захотел — барин взял, вот и весь сказ.

Разумеется, случались и убийства. Ну, погорячился барин в гневе, избил нерадивого слугу, а тот возьми, да испусти дух — кто обращает внимание на подобное.

Однако даже на фоне реалий XVIII века история помещицы Дарьи Салтыковой, более известной как Салтычиха, выглядела чудовищно. Настолько чудовищно, что дошла до суда и приговора.

11 марта 1730 года в семье столбового дворянина Николая Иванова родилась девочка, которую назвали Дарьей. Дед Дарьи, Автоном Иванов, был видным государственным деятелем эпохи Петра Великого и оставил своим потомкам богатое наследство.

В юности девушка из видного дворянского рода слыла первой красавицей, а помимо этого, выделялась чрезвычайной набожностью.

Дарья вышла замуж за ротмистра лейб-гвардии Конного полка Глеба Алексеевича Салтыкова. Род Салтыковых был ещё более знатным, чем род Ивановых — племянник Глеба Салтыкова Николай Салтыков станет светлейшим князем, фельдмаршалом и будет видным царедворцем в эпоху Екатерины Великой, Павла I и Александра I.

Богатая вдова

Жизнь супругов Салтыковых ничем особенным не отличалась от жизни других родовитых семей того времени. Дарья родила мужу двоих сыновей — Фёдора и Николая, которых, как тогда и было принято, сразу с рождения записали на службу в гвардейские полки.

Жизнь помещицы Салтыковой изменилась, когда умер её супруг. Она осталась вдовой в 26 лет, став обладательницей огромного состояния. Ей принадлежали поместья в Московской, Вологодской и Костромской губерниях. В распоряжении Дарьи Салтыковой находилось около 600 душ крепостных.

Большой городской дом Салтычихи в Москве находился в районе Большой Лубянки и Кузнецкого моста. Кроме того, Дарья Салтыкова владела большой усадьбой Красное на берегу реки Пахры. Ещё одна усадьба, та самая, где будет совершено большинство убийств, находилась неподалёку от нынешней МКАД, где теперь располагается посёлок Мосрентген.

До того, как всплыла история её кровавых деяний, Дарья Салтыкова считалась не просто высокородной дворянкой, а весьма уважаемым членом общества. Её уважали за набожность, за регулярное паломничество к святыням, она активно жертвовала деньги на церковные нужды и раздавала милостыню.

Когда началось расследование дела Салтычихи, свидетели показывали, что при жизни мужа Дарья не отличалась склонностью к рукоприкладству. Оставшись вдовой, помещица сильно изменилась.

Конвейер смерти

Как правило, начиналось всё с претензий к прислуге — Дарье не нравилось, как помыт пол или выстирано бельё. Разгневанная хозяйка начинала бить нерадивую служанку, причём излюбленным орудием её было полено. За отсутствием такового в ход шёл утюг, скалка — всё, что было под  рукой.

Поначалу крепостных Дарьи Салтыковой это не особо встревожило — подобного рода вещи происходили повсеместно. Не напугали и первые убийства — бывает, погорячилась барыня.

Но с 1757 года убийства приняли систематический характер. Более того, они стали носить особо жестокими, садистскими. Барыня явно начала получать от происходящего удовольствие.

В доме Салтычихи появился самый настоящий «конвейер смерти» — когда хозяйка выбивалась из сил, дальнейшее истязание жертвы поручалось особо приближённым слугам — «гайдукам». Конюху и дворовой девке поручалась процедура избавления от трупа.

Основными жертвами Салтычихи становились прислуживавшие ей девушки, но иногда расправа учинялась и над мужчинами.

Большинство жертв после зверского избиения хозяйкой в доме попросту засекали до смерти на конюшне. При этом Салтычиха лично присутствовала при расправе, наслаждаясь происходящим.

Многие почему-то полагают, что эти зверские расправы помещица чинила в преклонном возрасте. На самом деле бесчинствовала Дарья Салтыкова в возрасте от 27 до 32 лет — даже для того времени она была достаточно молодой женщиной.

От природы Дарья была очень сильной — когда началось расследование, у погибших от её руки женщин следователи практически не находили волос на голове. Оказалось, Салтычиха их попросту вырывала голыми руками.

Наказание батогами. Из книги аббата Chappe d Auteroche Voyage en Siberie 1761 г. (Amsterdam 1769 г.) Наказание батогами. Из книги аббата Chappe d’Auteroche «Voyage en Siberie» 1761 г. (Amsterdam 1769 г.). Фото: Public Domain

В землю живьём

Чем дальше, тем более изобретательными становились убийства, совершаемые помещицей. Девушек привязывали голыми к столбу на морозе, морили голодом, обваривали кипятком.

Убивая крестьянку Ларионову, Салтычиха сожгла ей свечой волосы на голове. Когда женщину умертвили, подельники барыни выставили гроб с телом на мороз, а на труп положили живого грудного ребёнка убитой. Младенец замёрз насмерть.

Крестьянку Петрову в ноябре месяце загнали палкой в пруд и продержали стоя в воде по горло несколько часов, пока несчастная не скончалась.

Ещё одним развлечением Салтычихи было таскание своих жертв за уши по дому раскалёнными щипцами для завивки волос.

Среди жертв помещицы было несколько девушек, собиравшихся скоро выйти замуж, беременные женщины, две девочки в возрасте 12 лет.

Крепостные пытались жаловаться властям — с 1757 по 1762 годы на Дарью Салтыкову была подана 21 жалоба. Однако благодаря своим связям, а также взяткам, Салтычиха не только уходила от ответственности, но ещё и добивалась того, чтобы на каторгу отправлялись сами жалобщики.

Последней жертвой Дарьи Салтыковой в 1762 году стала молодая девушка Фёкла Герасимова. После избиений и вырывания волос несчастную закопали в землю живьём.

Покушение на Тютчева

Слухи о зверствах Салтычихи поползли ещё до того, как началось следствие. В Москве судачили, что она жарит и ест маленьких детей, пьёт кровь молоденьких девушек. Подобного, правда, на самом деле не было, но и того, что было, хватало с лихвой.

Иногда говорят, что молодая женщина подвинулась рассудком из-за отсутствия мужчины. Это неправда. Мужчины, несмотря на набожность Дарьи, у неё были.

В течение долгого времени у помещицы Салтыковой продолжался роман с землемером Николаем Тютчевым — дедом русского поэта Фёдора Тютчева. Но Тютчев женился на другой, и разъярённая Салтычиха приказала своим верным помощникам убить бывшего возлюбленного. Планировалось взорвать его при помощи самодельной бомбы в доме молодой жены. Однако план не удался — исполнители попросту струсили. Убивать крепостных — куда ни шло, но вот за расправу над дворянином дыбы и четвертования не избежать.

Салтычиха подготовила новый план, предполагавший нападение на Тютчева и его молодую жену из засады. Но тут кто-то из предполагаемых исполнителей известил Тютчева о готовящемся покушении анонимным письмом, и дед поэта избежал гибели.

Возможно, зверства Салтычихи так бы и остались в тайне, если бы в 1762 году с челобитной к только что взошедшей на престол Екатерине Второй не прорвались двое крепостных — Савелий Мартынов и Ермолай Ильин.

Терять мужикам было уже нечего — от рук Салтычихи погибли их жёны. История Ермолая Ильина и вовсе ужасна: помещица поочередно убила трёх его жён. В 1759 году первую супругу, Катерину Семёнову, забили батогами. Весной 1761 года её судьбу повторила вторая жена, Федосья Артамонова. В феврале 1762 года Салтычиха забила поленом третью жену Ермолая, тихую и кроткую Аксинью Яковлеву.

Императрица не испытывала большого желания ссориться со знатью из-за черни. Однако масштаб и жестокость преступлений Дарьи Салтыковой заставили Екатерину II ужаснуться. Она приняла решение устроить показательный процесс.

Долгое следствие

Расследование шло очень тяжело. Высокопоставленные родственники Салтычихи надеялись, что интерес государыни к делу пропадёт и его удастся замять. Следователям предлагали взятки, всячески мешали в сборе улик.

Сама Дарья Салтыкова своей вины не признала и не раскаялась, даже когда ей угрожали пытками. Применять их, правда, в отношении родовитой дворянки не стали.

Тем не менее следствие установило, что в период 1757 по 1762 годы у помещицы Дарьи Салтыковой при подозрительных обстоятельствах погибли 138 крепостных, из которых 50 официально считались «умершими от болезней», пропали без вести 72 человека, 16 считались «выехавшими к мужу» или «ушедшими в бега». 

Следователям удалось собрать доказательства, которые позволяли обвинить Дарью Салтыкову в убийстве 75 человек.

Московская Юстиц-коллегия сочла, что в 11 случаях крепостные оговорили Дарью Салтыкову. Из оставшихся 64 убийств в отношении 26 случаев была применена формулировка «оставить в подозрении» — то есть было сочтено, что доказательств недостаточно.

Тем не менее полностью доказанными были признаны 38 зверских убийств, совершённых Дарьей Салтыковой.

Дело помещицы было передано в Сенат, который вынес решение о виновности Салтычихи. Однако сенаторы решения о наказании не приняли, оставив его Екатерине II.

Архив императрицы содержит восемь черновиков приговора — Екатерина мучительно думала, как наказать нелюдя в женском обличье, который к тому же является родовитой дворянкой.

Нераскаявшаяся

Приговор был утверждён 2 октября (13 октября по новому стилю) 1768 года. В выражениях императрица не стеснялась — Дарью Салтыкову Екатерина называла «бесчеловечной вдовой», «уродом рода человеческого», «душой совершенно богоотступной», «мучительницей и душегубицей».

Салтычиху осудили к лишению дворянского звания и пожизненному запрету именоваться по фамилии отца или мужа. Также она была приговорена к одному часу особого «поносительного зрелища» — помещица стояла прикованной к столбу на эшафоте, а над её головой висела надпись: «Мучительница и душегубица». После этого она была пожизненно сослана в монастырь, где ей надлежало находиться в подземной камере, куда не поступает свет, и с запретом на общение с людьми, кроме охранника и монахини-надзирательницы.

Иоанно-Предтеченский женский монастырь, в который заключили Дарью Салтыкову Иоанно-Предтеченский женский монастырь, в который заключили Дарью Салтыкову. Фото: Public Domain

«Покаянная камера» Дарьи Салтыковой представляла собой подземное помещение высотой чуть больше двух метров, свет в которое не попадал вовсе. Единственное, что разрешалось — зажигать свечу во время еды. Заключённой не разрешались прогулки, из темницы её выводили лишь по крупным церковным праздникам к маленькому окошку храма, чтобы она могла слышать колокольный звон и издалека наблюдать службу.

Режим смягчили спустя 11 лет заключения — Салтычиху перевели в каменную пристройку храма, в которой имелось небольшое окошко и решётка. Посетителям монастыря было дозволено не только смотреть на осуждённую, но и разговаривать с ней. На неё ходили смотреть, как на диковинного зверя.

Дарья Салтыкова действительно отличалась отменным здоровьем. Существует легенда, что после 11 лет под землёй она закрутила роман с охранником и даже родила от него ребёнка.

Умерла Салтычиха 27 ноября 1801 года в возрасте 71 года, проведя в заключении больше 30 лет. Нет ни одного свидетельство о том, что Дарья Салтыкова раскаялась в содеянном.

Современные криминалисты и историки предполагают, что Салтычиха страдала психическим расстройством — эпилептоидной психопатией. Некоторые и вовсе считают, что она была латентной гомосексуалисткой.

Установить сегодня достоверно это не представляется возможным. Уникальной же история Салтычихи стала потому, что дело о зверствах этой помещицы завершилось наказанием преступницы. Имена некоторых жертв Дарьи Салтыковой нам известны, в отличие от имён миллионов людей, замученных русскими помещиками за время существования крепостного строя в России.

www.aif.ru

Салтычиха. Зверства и наказание самой страшной барыни-садистки в России

​Октябрьским днем 1768 года у позорного столба рядом с Кремлем целый час простояла знатная помещица Дарья Салтыкова. На шее дворянки висела табличка с надписью «мучительница и душегубица». На лобном месте Дарья Николаевна, известная также по прозвищу Салтычиха, оказалась по приговору самой Екатерины Великой за серию убийств крепостных крестьян. Всего жертв было более 130. Anews вспоминает историю превращения набожной столбовой дворянки в изощренную садистку, ее преступления и страшное наказание, которое ждало ее в итоге.

Набожная вдова с большим наследством

Есть мнение, что Дарья Николаевна была весьма красивой женщиной. Впрочем, сведений о ее реальной внешности не сохранилось. Например, вот это полотно часто выдают за портрет Салтычихи. Однако в действительности это лишь тезка Дарьи Николаевны – Дарья Петровна Салтыкова, супруга русского полководца Ивана Петровича Салтыкова.

Полотно, ошибочно выдаваемое за портрет Салтычихи

Будучи представительницей старинного дворянского рода Ивановых (дед Дарьи был видным деятелем эпохи Петра I), девушка вышла замуж за ровню - ротмистра лейб-гвардии конного полка Глеба Алексеевича из знатной и богатой семьи Салтыковых. Брак их оказался недолгим: в 26 лет Дарья овдовела.

Вместе со смертью мужа еще молодая даже по тогдашним меркам женщина стала обладательницей около 600 душ крепостных, а также поместий в Вологодской, Костромской и Московских губерниях. Усадьба, где впоследствии Салтыкова истязала принадлежавших ей крестьян, находилась на правом берегу реки Пахры, ныне – Подольский район Московской области.

Как до смерти супруга, так и после Дарья Николаевна была вхожа в лучшие дома Москвы, имела огромные связи в обществе, пользовалась безукоризненной репутацией. Особенно хвалили Салтыкову за щедрость (помещица постоянно жертвовала немалые суммы церкви и не скупилась на милостыню нищим) и регулярные паломничества к святым местам.

Когда именно и при каких обстоятельствах светская дама Салтыкова превратилась в безжалостную садистку, сказать сложно. Многие ошибочно считают, что убивать крестьян помещица начала в преклонном возрасте. Однако это нет так. Согласно документам следствия, основные бесчинства Дарья Николаевна творила в период c 1757-1762 гг. То есть - с 27 до 32 лет.

Машина смерти

Первое время крестьяне Салтыковой не обращали внимания не периодические вспышки гнева хозяйки. Ну мало ли – разгневалась барыня, приложилась поленом к лицу дворовой девушки. Однако когда рукоприкладства стали заканчиваться убийством и приняли систематический характер, крепостные насторожились.

Излюбленным методом Салтыковой было избиение скалкой, поленом или батогами.

Иллюстрация работы Курдюмова к энциклопедическому изданию «Великая реформа»

В большинстве случаев жертвами помещицы становились девушки. Все начиналось с того, что Салтыкова наблюдала за крестьянкой, находила причину придраться (например, плохо вымыт пол) а после набрасывалась с кулаками. Часто после долгого избиения помещица хватала раскаленные щипцы для завивки волос, защемляла ими уши женщины и таскала несчастную по двору.

Раз от разу вспышки гнева барыни и следовавшие за ними наказания становились все суровее: садистка обливала крестьян кипятком, выдергивала волосы, заставляла конюха забивать провинившихся крепостных до смерти на конюшне. Зимой Салтыкова раздевала женщин догола и привязывала на улице к столбу, предварительно сжигая им свечой волосы.

Избиение батогами, из книги аббата Chappe d’Auteroche «Voyage en Siberie» 1761 г. (Amsterdam 1769 год)

Известны лишь несколько имен крепостных, погибших от рук садистки. Например, девушку Катерину Семенову Салтыкова до смерти забила плетью и батогами. А еще одну жертву, крестьянку Петрову, помещица велела раздеть и завести в пруд (на дворе была поздняя осень). Девушка стояла в воде по горло несколько часов и в итоге скончалась от переохлаждения.

Главными сообщниками помещицы были конюх и девка Аксинья Степанова – они играли роль гробовщиков. Как только хозяйка расправлялась с жертвой, парочка избавлялась от трупов. Впоследствии убитых записывали в «сбежавшие» или «пропавшие без вести».

В.Н. Пчелин «Салтычиха»

От любви до гнева

Случалось, что гнев Салтычихи обрушивался и на мужчин. Например, однажды очередной жертвой садистки-помещицы едва не стал дедушка поэта Федора Тютчева Николай. С Дарьей Салтыковой его некоторое время связывали романтические отношения. Однако в итоге богатая помещица была отвергнута: мужчина решил жениться на другой. Такой поворот привел Салтычиху в бешенство. Помещица задумала взорвать Николая и его будущую супругу самодельной бомбой.

Воплотить задуманное в жизнь должны были несколько крепостных Салтыковой. Однако в последний момент «киллеры» испугались (Тютчев был как-никак дворянином).

Побег из логова Салтычихи

За все годы, что Дарья Салтыкова промышляла убийствами, крестьяне не раз жаловались на свою хозяйку. Однако все попытки оказывались тщетными: высокое положение Салтычихи в обществе, связи и капитал каждый раз позволяли уходить от ответственности. Пожалуй, о бесчинствах помещицы-садистки общественность так бы и не узнала, если бы не стечение обстоятельств.

Двое крепостных Салтыковой Савелий Мартынов и Ермолай Ильин сбежали и направились прямиком в Петербург в надежде попасть к императрице Екатерине с челобитной. Поступок отчаянный, однако терять крестьянам было нечего: помещица замучила до смерти их жен, а самих мужиков держала в страхе. Крепостные попали к императрице в начале 1762 года. Каким образом Савелию и Ермолаю удалось передать Екатерине II свое послание, доподлинно неизвестно.

Только что вступившая на престол Екатерина пришла в ужас от описанного крестьянами.

Ситуация вырисовывалась щекотливая: с одной стороны императрица жуть как не хотела ссориться со знатью, с другой - соблазнялась идеей устроить показательную порку, дабы продемонстрировать дворянству свою готовность пресекать любые злоупотребления властью на местах. В итоге правительница выбрала второе.

Уже после доноса Екатерине II помещица успела убить еще одну крестьянку. Последней жертвой садистки стала Фекла Герасимова. Женщину избили до полусмерти и еще живую отправили хоронить в село Троицкое. Однако староста села отказался брать такой грех на душу и повез несчастную обратно. По дороге крестьянка скончалась.

Страшное наказание

Над делом помещицы-садистки следователи корпели шесть лет. Первое время история продвигалась с трудом: запуганные крестьяне отказывались свидетельствовать против хозяйки. Ситуация изменилась лишь после того, как Салтычиху взяли под стражу.

В ходе расследования удалось установить 138 крепостных, чья судьба вызывала подозрения. Одни числились «пропавшими без вести», другие - «умершими при странных обстоятельствах».

«Несомненно виновной» Дарью Салтыкову признали в смерти лишь 38 крестьян. Приговор помещице должен был вынести Сенат, однако брать на себя такую ответственность там не захотели и перенаправили дело императрице.

Несколько раз Екатерина переписывала приговор. В октябре 1768 года был готов окончательный вариант. Согласно указу императрицы, Дарью Салтыкову лишили звания столбовой дворянки, приговорили к отбыванию часа на лобном месте с надписью «мучительница и душегубица» и пожизненному заключению в подземной тюрьме без возможности с кем-либо общаться за исключением начальника караула.

Своей вины помещица так и не признала.

Отбывать наказание Салтыкова отправилась в Иоанно-Предтеченский монастырь. Здесь для нее приготовили специальное подземное помещение. Свет узница видела лишь во время приема пищи – ей давался маленький огарок свечи.

Иоанно-Предтеченский монастырь, Москва

Режим содержания садистки смягчили лишь через 11 лет – Салтыкову перевели в небольшую пристройку рядом с монастырем.

Всего в заключении помещица провела 33 года. Скончалась Салтычиха уже в начале нового столетия – в 1801 году.

Надгробие на могиле Д. Салтыковой на кладбище Донского монастыря в Москве

А теперь взгляните на нескольких известных женщин, которые хоть и не промышляли зверскими убийствами, но вошли в историю России как самые ненавидимые.

Подробнее об этом: «6 самых ненавидимых женщин в русской истории»

www.anews.com

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Рассказываем про первую из известных серийных убийц в России, помещицу Дарью Салтыкову, жестоко погубившую около сотни своих крестьян.

Как только современники и потомки ни называли Дарью Салтыкову, вошедшую в историю под именем Салтычихи: «черной вдовой» и «черной злодейкой», «сатаной в юбке», «дворянкой-садисткой», «серийной убийцей», «кровавой помещицей», «троицкой людоедкой», «маркизом де Садом в женском обличье»… Ее имя много десятилетий произносили с содроганием, а императрица Екатерина Великая в приговоре злодейке, который она лично переписывала несколько раз, даже избегала называть эту женщину-монстра «она».

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Актриса Юлия Снигирь в образе Салтычихи в сериале «Кровавая барыня»

История, рассказанная режиссером Егором Анашкиным в новом сериале «Кровавая барыня», близка к тому, что произошло в реальной жизни, но во многом мягче, чем суровая действительность. Потому что, если бы режиссер экранизировал самые страшные зверства, которые, как рассказывают, учиняла Салтычиха, — фильм, скорее всего, просто бы запретили.

Набожная девушка из хорошей семьи

11 марта 1730 года в семье столбового дворянина Николая Иванова родилась девочка, которую назвали Дарьей. Дед Дарьи, Автоном Иванов, был видным государственным деятелем эпохи Петра Великого и оставил своим потомкам богатое наследство.

Как проходило реальное детство Даши Салтыковой — доподлинно неизвестно. Согласно же версии, показанной в фильме, оно было несчастливым. После смерти супруги Анны Николай Иванов отправил дочь на воспитание в монастырь с формулировкой «одержима бесами».

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Франсуа Юбер Друэ, «Портрет графини Дарьи Чернышовой-Салтыковой», 1762 год. Этот портрет долгое время считался портретом Салтычихи

В юности девушка из видного дворянского рода слыла первой красавицей, а помимо этого, выделялась чрезвычайной набожностью. Хотя реальная внешность Салтычихи — тайна за семью печатями. Как она выглядела — доподлинно неизвестно, а те портреты, которые много лет считались портретами Салтычихи, на самом деле изображают других женщин.

Чаще всего за портреты Дарьи Николаевны Салтыковой принимали многочисленные портреты ее тезки и родственницы по мужу Дарьи Петровны Салтыковой, урожденной Чернышевой, супруги генерал-фельдмаршала Ивана Петровича Салтыкова, которая была младше помещицы на 9 лет.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Еще один портрет авторства Друэ, ошибочно признаваемый за портрет Дарьи Салтыковой, на самом деле портрет жены художника

В 20 лет Дарья вышла замуж за ротмистра лейб-гвардии Конного полка Глеба Алексеевича Салтыкова. Род Салтыковых был еще более знатным, чем род Ивановых, — племянник Глеба Салтыкова Николай Салтыков станет светлейшим князем, фельдмаршалом и будет видным царедворцем в эпоху Екатерины Великой, Павла I и Александра I.

Вскоре Дарья родила супругу двоих сыновей — Федора и Николая, которых, как тогда и было положено, с рождения записали на службу в гвардейские полки.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Федор Лавров в образе Глеба Салтыкова в сериале «Кровавая барыня» (реальных изображений мужа Салтычихи не сохранилось)

Это был типичный брак для своего времени — два знатных рода объединились, чтобы преумножить богатство. Особых свидетельств ненависти к мужу, равно как и адюльтера со стороны молодой жены, правдоподобно показанных в фильме «Кровавая барыня», историкам не попалось. Точно так же остается неизвестным, от чего глава семейства скончался через шесть лет брака, оставив 26-летнюю вдову с двумя сыновьями на руках — и огромными деньгами. Впоследствии возникали версии, что Салтыкова сама избавилась от мужа, но они историкам кажутся беспочвенными.

Богатая вдова

После смерти мужа Дарья Салтыкова стала баснословно богатой. Причиной также было то, что ее мать (которая, в отличие от сериальной версии, вовсе не была маньячкой-убийцей) и бабки жили в монастыре и отказались от семейного состояния.

Так в 26 лет молодая мать двоих сыновей стала единоличной владелицей шести сотен крестьян в подмосковных усадьбах, расположенных на территории нынешних поселка Мосрентген и столичного района Теплый Стан. Городской дом Салтычихи в Москве находился на углу Большой Лубянки и Кузнецкого Моста. Были у барыни и отдаленные поместья в Вологодской и Костромской губерниях.

Овдовевшая Дарья Салтыкова, конечно, интерес к противоположному полу не утратила. Есть свидетельства о том, что она крутила шашни с родственником мужа Сергеем Салтыковым. В сериале «Кровавая барыня» его роль исполнил Петр Рыков. Надо сказать, что Сергей впоследствии действительно стал одним из фаворитов Екатерины II. Кроме того, некоторые историки предполагают, что именно он биологический отец Павла I.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Любовник Салтычихи Сергей Салтыков / Петр Рыков в образе Сергея Салтыкова в сериале «Кровавая барыня»

Вдова вела светский образ жизни и одновременно слыла очень набожной — несколько раз в год совершала паломничество к святыням, не жалела денег на церковные нужды. О страшных «забавах» Салтычихи стало известно лишь спустя несколько лет. А пока, возвратившись домой после службы, она садилась в кресло посреди двора, чтобы вершить «праведный суд» над крепостными.

Таинственная страсть

По рассказам свидетелей, свои садистские наклонности Салтычиха начала проявлять примерно через полгода после смерти мужа. В фильме «Кровавая барыня» показывается, что первые признаки психического заболевания проявились у помещицы еще в раннем детстве — но историки таких свидетельств не нашли. Впрочем, режиссер отмечает, что он не ставил своей целью снять исторический фильм, «Кровавая барыня» — это, скорее, страшная сказка.

По всей видимости, Дарья Салтыкова начала «трогаться умом» именно после смерти супруга. По версии современной психиатрии, у нее была эпилептоидная психопатия — расстройство психики, при котором у человека часто случаются приступы садизма и немотивированной агрессии.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Августин Христиан Ритт, «Портрет графини Дарьи Петровны Салтыковой», 1794 год, еще один портрет якобы Салтычихи

Первые жалобы на ее зверства, которые были уже далеко не единичными, датируются 1757 годом. С каждым годом Салтычиха становилась все более жестокой и изощренной. По рассказам крепостных, она секла их до смерти — а если уставала, передавала кнут или плеть помощникам — гайдукам, вырывала у женщин волосы на голове или поджигала их, клеймила уши молодух каленым железом, обваривала кипятком, замораживала до смерти на морозе или в ледяном пруду зимой, даже хоронила заживо.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

«Салтычиха», Пчелин В.Н.

В особенности Салтычиха любила истязать и мучить невест, которые готовились к свадьбе. Она устраивала целые кровавые представления, всегда заканчивавшиеся смертью молоденьких девушек, иссеченных кнутом. Кучер, конюх и еще пара подручных под строгим взором кровавой барыни старались не покладая рук. Ведь хорошо известно, что своя шкура дороже. Страх и ужас царили в дворянском доме: короткая ночь казалась крепостным крестьянам райской. И каждый из них с замиранием сердца ждал утра. А проснувшаяся Салтычиха всегда встает не с той ноги и обязательно найдет повод, чтобы вырвать клок волос у проходящей мимо девушки или прижечь ей лицо каленым железом или раскаленными щипцами.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России Александра Урсуляк в образе Салтычихи в сериале «Екатерина. Взлет»

Однажды, в сентябре 1761 года, людоедка в качестве «прелюдии» к очередной казни своих подданных насмерть забила поленом мальчика Лукьяна Михеева. Красивые девушки вызывали у Салтычихи особую ненависть. К примеру, она норовила бить беременных женщин в живот, обливала их кипятком и раскаленными щипцами вырывала у своих жертв уши. Иногда этого ей казалось мало: как-то Салтычиха приказала крепостную Феклу закопать в землю живьем. Небольшой, но показательный штрих к портрету убийцы: все жертвы обязательно отпевал священник помещицы. Что он чувствовал при этом обряде, неизвестно…

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России Иллюстрация работы Курдюмова к энциклопедическому изданию «Великая реформа», на которой изображены истязания Салтычихи «по возможности в мягких тонах»

От психопатки страдали не только крестьяне

Под горячую руку помещицы однажды чуть не попал известный дворянин. Землемер Николай Тютчев — дед поэта Федора Тютчева — длительное время был ее любовником, но потом решил жениться на другой. За что и поплатился…

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России Влад Соколовский в образе Николая Тютчева в сериале «Кровавая барыня» (реальных портретов землемера не сохранилось)

Эта история произошла в начале 1762 года. У помещицы был роман с инженером Николаем Тютчевым. В итоге мужчина не выдержал буйного нрава Салтычихи и решил уйти. Он посватался к Пелагее Тютчевой, та ответила согласием. Молодые стали задумываться о свадьбе, а Салтыкова — об убийстве.

Так, в ночь с 12 на 13 февраля она купила порох и серу и послала конюха Романа Иванова поджигать дом бывшего любовника. Только потребовала проследить, чтобы пара была дома и сгорела заживо. Мужчина не исполнил приказания, побоявшись убивать дворянина. За это его жестоко избили. Во второй раз помещица послала двоих: Иванова и некоего Леонтьева. Однако и в этот раз они не решились, вернувшись к Салтычихе. Мужчин избили батогами, но убивать не стали.

В третий раз она послала сразу троих крепостных. Тютчевы отправлялись в Брянский уезд в поместье невесты Овстуг. Их путь лежал по Большой Калужской дороге, где была устроена засада. Крепостные должны были сначала выстрелить в них, а после добить палками. Но кто-то предупредил молодых людей о засаде, и в итоге они сбежали ночью окольными путями.

Дело о пропавших душах

На свирепую помещицу посыпались жалобы, но Салтычиха принадлежала к известному дворянскому роду, представители которого к тому же были генерал-губернаторами Москвы. Все дела о жестокостях оказывались решенными в ее пользу. Мало того, зачастую происходило все наоборот — жалобщики возвращались в усадьбу, где их били кнутами и ссылали в Сибирь.

Лишь двум крестьянам, Савелию Мартынову и Ермолаю Ильину, жен которых зверски убила Салтычиха, улыбнулась удача. В 1762 году им удалось передать жалобу только что вступившей на престол Екатерине II, которая решила использовать дело садистки в качестве показательного процесса. Он ознаменовал новую эпоху законности и продемонстрировал всему московскому дворянству готовность власти бороться со злоупотреблениями на местах.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России Екатерина II / Северия Янушаускайте в образе Екатерины II в сериале «Кровавая барыня»

Следствие по делу Салтычихи продолжалось шесть лет. Выяснилось, что она замучила и убила по крайней мере 38 человек. Остальные случаи пропажи без вести более сотни крестьян не удалось записать на счет помещицы. Но и этого хватило для того, чтобы императрица лично подписала приговор Дарье Салтыковой. Сенат, который должен был по закону вынести приговор, отказался это делать.

Самый страшный слух, который распространяли о помещице Салтыковой, — что она пила кровь юных девушек и была людоедкой. Этим, мол, объяснялось то, что тел или захоронений большинства душ, числившихся бесследно пропавшими, во время следствия, которое длилось больше пяти лет, обнаружить так и не удалось. Все дело строилось на рассказах крепостных.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России Кадр из сериала «Кровавая барыня»

Есть версия, что громкое дело Салтычихи было выгодно Екатерине Великой и ее сторонникам — чтобы морально ослабить Салтыковых и не допустить даже гипотетической возможности занять русский престол представителям немецкой династии Вельфов, к которой принадлежали трое трагически погибших русских императоров (Петр II, Петр III и Иван VI) и которая состояла в родстве с Салтыковыми. Поэтому вполне возможно, что историю преступлений помещицы могли раздуть.

Нераскаявшаяся

Многочисленные влиятельные родственники Дарьи Салтыковой, включая губернатора Москвы и фельдмаршала, приложили все силы, чтобы она избежала смертной казни. Тем не менее решение императрицы было суровым. Своим указом она постановила впредь «именовать сие чудовище мущиною».

В сентябре 1768 года Екатерина II несколько раз переписывала приговор. Сохранилось четыре ее рукописных наброска документа. В окончательном варианте Салтычиха была лишена дворянского звания и приговорена к пожизненному заключению в подземной тюрьме без света и человеческого общения.

Салтычиха была доставлена на площадь, на эшафоте ее привязали цепями к позорному столбу и зачитали царскую бумагу. А перед этим были нещадно выпороты палачом священник и двое сподручных Дарьи Салтыковой. Через некоторое время ее посадили в черный возок и повезли в Иоанно-Предтеченский женский монастырь. Здесь ее ждала «покаянная» камера — почти яма, куда не проникал даже лучик света. Только в минуты, когда заключенной приносили еду, дозволялся свет — огарок свечи ставили рядом с миской на время трапезы.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России Актриса Юлия Снигирь в образе Салтычихи в сериале «Кровавая барыня»

Через десяток с лишним лет Салтычиху перевели в каменную пристройку соборного храма, где было маленькое зарешеченное окошко. Ходили слухи, что Дарья Салтыкова каким-то образом сумела соблазнить солдата, охранявшего темницу, и в 50 лет родить от него ребенка. И, мол, случайный любовник был подвергнут публичной порке и отправлен в штрафную роту. Заметим, что ни разу — ни на следствии, ни на эшафоте — Салтычиха не признает своей вины и не раскается. И на лице ее, пугая даже опытных тюремщиков, будет гулять спокойная и торжествующая улыбка.

История Дарьи Салтыковой, первой известной серийной убийцы России

Иоанно-Предтеченский женский монастырь, в который заключили Дарью Салтыкову

Что удивительно — душегубка, отличавшаяся отменным здоровьем, дожила до 71 года. В последние годы своей жизни узница уже вела себя как настоящая сумасшедшая — громко бранилась, плевалась, пыталась тыкать в зевак палкой. Похоронили Дарью Салтыкову на кладбище Донского монастыря, рядом с родными.

Благородное российское дворянство стыдливо закрывало глаза на деяния последовательниц Салтычихи. К примеру, помещица Вера Соколова в сентябре 1842 года забила до смерти дворовую девку Настасью, а в Тамбовской губернии крестьяне как огня боялись жены дворянина Кошкарова. Эта светская дама, блистающая на балах, просто обожала в своем имении лично сечь кнутом «грубых мужиков» и «глупых баб». А некая Салтыкова, однофамилица Салтычихи, три года держала в клетке подле кровати дворового парикмахера. Впрочем, это всего несколько задокументированных случаев, сколько их было на самом деле — страшно представить.

interesno.cc

Елена Смирнова. Почему Салтычиха стала серийной убийцей

В российской истории было немало злодеев, но первым официальным уголовным, как сейчас бы это назвали, делом маньяка-убийцы было дело Салтычихи – дворянки, собственноручно замучившей до смерти 139 своих крепостных и осужденной на пожизненное заключение. Загадочности истории прибавляет и то, что и изображений Салтычихи не сохранилось, а живописные портреты, которые сопровождают многочисленные статьи о ней в Интернете, – это портреты совсем другой Дарьи Салтыковой – вот не повезло же!

Превращение набожной жены

Дарья Николаевна Иванова родилась в именитой дворянской семье, ее дед по отцовской линии имел высокий чин при Петре I. В 20 лет девушка вышла замуж за Глеба Салтыкова, также представителя знатной фамилии. Жизнь новой ячейки общества проходила спокойно и размеренно, ничем не отличаясь от жизни остальных дворян; в браке родились двое сыновей. Говорили, что Дарья Николаевна была набожной и кроткой. Через 6 лет она овдовела, а спустя полгода после смерти супруга начались странности…

Принадлежавшие помещице крестьяне неоднократно жаловались в московские органы власти на жестокие бесчинства Салтыковой, которая в порывах гнева забивала дворовых девушек до смерти. В вину им вменялось, как правило, некачественное мытье полов и нечистая стирка. Била сама: скалкой, палкой, поленом, а потом заставляла своих конюхов и гайдуков продолжать истязания – розгами, батогами, кнутом. Одной женщине спалила все волосы, другую загнала в октябре в пруд по горло и заставила долго там стоять, третью обварила кипятком.

После таких издевательств многие не выживали. У одного крестьянина таким образом погибли подряд три жены! Однако никакой реакции на жалобы не было, и крепостным, как нетрудно догадаться, становилось только хуже. Как было установлено позднее следствием, истязала Дарья Салтыкова не только девушек и женщин, но и девочек 11-12 лет. Убийства происходили в московском доме помещицы на углу Кузнецкого моста и Большой Лубянки, а также в ее поместье Троицкое Подольского уезда.Неизвестный художник. XIX в.

Убийства от неразделенной любви?

Существует версия, что Дарья Николаевна после смерти мужа влюбилась в соседа – инженера Николая Андреевича Тютчева, в будущем деда знаменитого поэта. Любовная привязанность была долгой и взаимной, однако Тютчев решил жениться на другой – девице Панютиной.

Этого Салтыкова вынести не смогла и начала мстить и ему, и сопернице, и всем представительницам женского пола без разбора. Она хотела сжечь дом разлучницы, на что подговаривала своих крестьян, заготовив пороха, серы и пакли, но те не решились.

Когда свадьба состоялась, Салтычиха стала планировать убийство молодых в тот момент, когда они будут проезжать мимо ее поместья. Но крестьяне предупредили Тютчева, и он сам подал на бывшую возлюбленную «донос», который, помимо крестьянских жалоб, оказался позже в распоряжении следствия. Но вряд ли безумства случились из-за неразделенной любви – судя по всему, они начались раньше.

Шестилетнее следствие

Следствие по делу Салтыковой было начато через две недели после восшествия на престол Екатерины II, поскольку кому-то из крестьян удалось-таки доставить жалобу на душегубицу самой императрице. Три года следователи юстиц-коллегии – надворный советник Волков в Москве и князь Цицианов в Подмосковье – опрашивали свидетелей и изучали счетные книги Салтычихи. Свидетели – ее же крепостные – после этого возвращались к ней, и она учиняла над ними расправу: кого-то били кнутом, иных ссылали в Сибирь – так мог распорядиться любой дворянин, без суда и следствия. Через три года следователи осознали положение дел и настояли на заключении подозреваемой под стражу.

В книгах же нашлось много любопытного: во-первых, там была отмечена «повышенная» смертность крепостных девушек и много «сбежавших». Как выяснилось позже, если священник, который должен был отпевать и хоронить умерших, видя на трупе следы насилия, настаивал на обращении к властям, то Салтычиха отказывалась от его услуг и повелевала крепостным закапывать жертв без обрядов в своем лесу, а записывать их сбежавшими.

Послабления и умалчивания со стороны властей, которым поступали крестьянские жалобы, объяснились уважением к фамилии подсудимой, а также «подарками, на которые богатая вдова не имела причин скупиться». Тем не менее, на этот раз Сыскной приказ довел дело до конца, и только выписка из него, известная в XIX веке, имела 100 страниц.

Не все 139 убийств были доказаны, но и половины было более чем достаточно. Решение о наказании вынесла сама Екатерина своим специальным указом в 1768 году. Она повелела «мучительницу и душегубицу» Дарью лишить дворянского звания и фамилии, вывести на московскую площадь и, привязав к позорному столбу, продержать час, объявив народу о ее бесчинствах, после чего заковать «в железы» и посадить в «подземельную» тюрьму в одном из московских монастырей до конца жизни. Что и было исполнено.

Ивановский монастырь в Москве

Московские слухи

В середине XIX века в Москве еще были живы люди, которые рассказывали, что ходили в детстве смотреть на знаменитую «людоедку» в Ивановский монастырь. Первые десять лет Салтычиху содержали в склепе под храмом в полной темноте, выводя лишь во время важнейших христианских праздников, чтобы дать грешнице послушать службу, но не заходя в храм. А в последующие годы ее переселили в помещение с окошком, в которое снаружи могли заглядывать зеваки. Она же ругалась и плевалась в них. Сохранилось свидетельство статского советника П.М. Рудина о том, что он видел Салтычиху в застенке: полную женщину уже преклонных лет, а по движениям ее казалось, что она была «не в полном рассудке».

По Москве ходили слухи о том, что душегубица не просто творила свои злодейства, а употребляла в пищу женские груди и младенцев. Также рассказывали, что заключенной подавал пищу специально приставленный солдат, и отнего она родила ребенка. Правда, в документах ничего подобного не сохранилось, да и лет ей было уже далеко за 40. Умерла Салтычиха в застенке в 1801 году, похоронили ее в Донском монастыре, рядом с родственниками. Считается, что ее могила сохранилась, но называют несколько разных надгробий.

Изображение расправы помещицы Подольского уезда Д.Н. Салтыковой над крестьянами. П.В. Курдюмов. 1911

Больная на всю голову

Современные судебные медицинские эксперты считают, что Салтычиха страдала психическим расстройством, называемым эпилептоидной психопатией. Люди с таким диагнозом часто находятся в мрачном настроении, постоянном раздражении, проявляют садистские наклонности, у них нередко случаются приступы немотивированной агрессии. Есть и более изощренная версия: так как в основном барыня издевалась над женщинами, это могло свидетельствовать о скрытой гомосексуальности на фоне того же психического расстройства.

Отсюда: http://www.eg.ru/society/363611/

ru-dark-triad.livejournal.com