history_of_art. Картины бронзино


Аньоло Бронзино - флорентийский живописец

. Аньоло Бронзино - флорентийский живописец

 (146x182, 19Kb)

Аньоло Бронзино (Bronzino, настоящее имя Аньоло ди Козимо ди Мариано — Agnolo di Cosimo di Mariano) (17 ноября 1503, Монтичелли, Тоскана, — 23 ноября 1572, Флоренция) - итальянский живописец, выдающийся представитель маньеризма. (Маньеризм - форма искусства, которая предполагает воспринимать мир как соединение загадочных и ясных явлений. Она объявляет относительным противоречие между телесным и духовным, природой и человеком, признает соседство науки и оккультизма. Маньеризм появился в эпоху позднего Возрождения с его социальной, моральной и религиозной неустойчивостью. Главным элементом в стиле маньеризма является взволнованность и болезненность чувства автора и персонажа. Для Маньеризма характерны удлинённость фигур, напряжённость поз (контрапост), необычные или причудливые эффекты, связанные с размерами, освещением или перспективой, и яркие цвета.)

 Аньоло Бронзино писал фрески, алтарные картины, религиозные, аллегорические картины и картины на мифологические темы. Однако настоящую славу художнику принесли в первую очередь портреты. Бронзино был высокообразованным и начитанным человеком и хорошо знал труды таких великих современников-гуманистов, как Данте и Петрарка. Он писал стихи и был членом флорентийской академии.

Бронзино создал тип парадно-аристократического портрета, в котором отчуждённая замкнутость образа сочетается с торжественной неподвижностью композиции, остротой рисунка, холодным колоритом и бесстрастной точностью деталей. Картины Бронзино на религиозные и мифологические темы отличаются сложностью композиции, надуманностью поз и жестов и эротизмом образов.

Аньоло Бронзино учился у Раффаэллино дель Гарбо и Якопо Понтормо. Вместе с Понтормо он расписывал фресками чертозу (картезианский монастырь) в Галуццо, виллы Медичи в Кареджи и Кастелло в окрестностях Флоренции. С 1525 по 1535 г. под сильным влиянием своего учителя Бронзино создал несколько картин на религиозные и мифологические сюжеты в стиле маньеризма. Над некоторыми картинами художники работали совместно, поэтому точно определить их авторство очень сложно. В 1530 г. он стал придворным художником герцога Урбино Франческо I Мария делла Ровере. Бронзино участвовал в оформлении фресками религиозного и мифологического содержания виллы Империале в Пезаро. Для Гвидобальдо II делла Ровере Бронзино написал картину «Аполлон и Марс» и в 1532 г. портрет герцога, с которого начался успех портретиста Аньоло Бронзино .

 (369x450, 42Kb)

[more= читать и смотреть дальше]

В 1533 г. Бронзино переехал из Урбино во Флоренцию ко двору Медичи в качестве придворного художника. Бронзино вошёл в тесный круг интеллектуалов, литераторов и художников, которых собрал вокруг себя тосканский герцог Козимо I Медичи. В 1537 г. он вступил в гильдию Святого Луки и во флорентийскую академию. Во время своего пребывания в Риме в 1546—1547 гг. он познакомился с творчеством Микеланджело и многому у него научился. За исключением краткого периода работы в Пизе в 1564—1565 гг. всю свою жизнь Бронзино прожил во Флоренции. В его задачи как придворного художника входило оформление праздничных декораций, например, для парадного въезда Элеоноры Толедской во Флоренцию по случаю бракосочетания с Козимо I в 1539 г., которые однако не сохранились, как и другие театральные и праздничные декорации, которые Бронзино создавал для Медичи и других аристократических семей Флоренции.

В Палаццо Веккьо Бронзино оформил часовню Элеоноры Толедской сценами Сотворения мира и ликами святых.(«Поклонение кресту с бронзовой змеёй»,

 (404x550, 40Kb)

«Архангел Михаил»,

 (163x470, 27Kb)

"Архангел Гавриил" кисти Бронзино (левая панель триптиха "Благовещение" (1555). Лицо архангела, как это ни странно, во многом сходно с лицом Венеры, изображенной в "Аллегории с Венерой и Амуром".

 «Гирлянда с ангелами», «Моисей иссекает воду из скалы» и др.)

 (500x367, 63Kb)

Моисей, высекающий воду из скалы, и появление манны небесной

В 1540—1555 гг. Бронзино рисовал эскизы для гобеленовых мастерских во Флоренции, среди них — 16 сцен из истории ветхозаветного Иосифа, над которыми он работал вместе с Франческо Сальвиати. На мотивы его эскизов создавали свои творения гобеленщики Джованни Рост и Николас Кархер.

В 1563 г. Бронзино становится одним из руководителей флорентийской Академии художеств.

В 1569  г. завершает полотно "Мученичество святого Лаврентия".

 (392x450, 79Kb)

В это же время Бронзино пишет алтарные образы для флорентийских церквей и аллегорические полотна для герцога, наиболее известными из которых является «Аллегория любви», которую герцог с дипломатическими целями передал в подарок французскому королю Франциску I.

Отличительные черты парадных портретов художника — холодная элегантность и надменность, торжественность поз, бесстрастность лиц, богатство и роскошь одежд («Элеонора Толедская с сыном», ок. 1545).

 (570x699, 90Kb)

Специалисты не могут достоверно определить, кто именно из сыновей Элеоноры изображен на этом портрете - Франческо, родившийся в 1541 году, или Джованни, появившийся на свет двумя годами позднее. Но, в любом случае, перед нами - одна из лучших работ Бронзино. Этот портрет входит в число шедевров мировой портретной живописи. Обращает на себя внимание мастерство, с которым написано платье Элеоноры (Бронзино всегда славился умением писать ткани и доспехи). Для портрета Элеонора Толедская позировала в своем любимом платье (в нем же ее и похоронили). Художник верно уловил черты характера супруги герцога Медичи. Ум, властность, победительная красота сочетаются в ее лице с задумчивостью и сдержанностью. Элеонора покровительствовала искусствам и со страстью коллекционировала драгоценности. Одним из любимейших ее камней был жемчуг. И ее платье, и головной убор богато расшиты крупными жемчужинами.

Бронзино писал также картины на религиозные и мифологические темы («Аллегория триумфа Венеры», около 1545, Национальная галерея, Лондон).

 (356x450, 56Kb)

Это произведение Бронзино - замечательный пример маньеристического искусства. Венера тянется за поцелуем к Купидону, ласкающему ее грудь. Бородатый Сатурн раздвигает занавес над этой сценой. Ревность сжимает руками голову, а сверху на все это смотрит фигура в маске. Девушка с телом зверя держит в одной руке соты, в другой - свой хвост, заканчивающийся жалом. Холодный свет, окутывающий эту странную сцену, и сглаженная красочная поверхность картины составляют характерные черты стиля художника.

Его композициям свойственна также преувеличенная экспрессия, позы его персонажей переусложнены, их движения напряжены.

 (500x362, 70Kb)

Переход через Красное море 1541- 42, Палаццо Веккьо, Флоренция

 По общему мнению, это самая впечатляющая фреска Бронзино из тех, что сохранились в капелле Элеоноры Толедской. Кроме того, "Переход через Красное море" - одно из самых масштабных творений мастера в этом жанре. Работа над росписями в капелле была начата в 1540 году и длилась пять лет. Капелла Элеоноры Толедской представляет собой довольно небольшое помещение, все стены которого покрыты росписями, - прием, чрезвычайно популярный среди художников-маньеристов. На потолке капеллы Бронзино изобразил архангела Михаила, святого Иоанна Богослова, святого Иеронима и святого Франциска Ассизского. Они должны были представлять четыре различных "типа" святости - от наиболее близкого к Вседержителю архангела Михаила, через апостола Иоанна и одного из отцов церкви (Иеронима) к "современному" святому Франциску Ассизскому. Стены капеллы Бронзино расписал сценами из Ветхого Завета (преимущественно - связанными с жизнью Моисея). Помимо этих фресок, художник написал маслом алтарный образ для капеллы. Сохранившиеся записи указывают, что фреска "Переход через Красное море" была создана в период между сентябрем 1541 и мартом 1542 года. Сюжетом для нее послужила знаменитая библейская история о чудесном спасении иудеев во время их исхода из Египта (волны Красного моря расступились перед народом Моисея, а затем вновь сомкнулись, поглотив преследующую их армию фараона).

Среди картин и фресок, посвященных религиозной тематике стоит выделить такие как Снятие с креста, Воскресение Христа и Святое Семейство со святой Анной и Иоанном Крестителемю

 (436x699, 71Kb)

Алтарь Капеллы Элеоноры Толедской, Снятие с креста, 1542-1545

 Бронзино подошел к этому сюжету совершенно "по-маньеристски". В его "Снятии с креста" нет драматизма и глубины, но оно услаждает взор изяществом форм и гармоничностью цветовых сочетаний. Недаром Козимо Медичи назвал эту картину "редкостной по красоте".

  (290x450, 53Kb)

Воскресение Христа 1548-52, Церковь Сантиссима Аннунциата, Флоренция

 Эта картина стала первым большим алтарным образом, написанным Бронзино. Образ был заказан художнику семейством Гваданьи для их семейной капеллы в церкви Сантиссима Аннунциата. Он остается на прежнем месте и в наши дни. Работу над "Воскресением Христа" мастер начал вскоре после своего возвращения из Рима. Этот образ свидетельствует о том потрясении, которое испытал Бронзино, увидев фреску Мекеланджело "Страшный суд" (1536-41). Влияние Микеланджело прослеживается здесь и в общей (несколько мрачной) атмосфере, и в обилии обнаженных тел. Даже жест, в котором Христос поднимает руку, заимствован художником у Микеланджело. Во втором издании своих "Жизнеописаний знаменитых художников" (1568) Джорджа Вазари назвал картину "Воскресший Христос" "несравненной по красоте", однако уже в 1584 году другой флорентийский критик, Рафаэлло Борджини, отозвался об этой работе Бронзино с явным пренебрежением, что было связано с общей переоценкой маньеризма. Если Бронзино не видел ничего зазорного в том, чтобы следовать манере Микеланджело (или любого другого великого мастера), то живописцы последующих поколений считали это признаком отсутствия индивидуальности. Немало времени прошло, прежде чем манера Бронзина была реабилитирована, а ему самому возвращена былая (и вполне заслуженная) слава.

  (350x450, 53Kb)

 Бронзино часто упрекали в легковесном подходе к религиозным сюжетам. Например, его "Святое Семейство со святой Анной и Иоанном Крестителем" критики считали слишком светским и чувственным

Возвращаясь к портретной живописи Аньоло Бронзино, нельзя обойти его знаменитые портреты Биа Медичи  дочери Козимо I, Лауры Баттифери,  Лукреции Панчатики.

 (297x400, 26Kb)

Портрет Биа Медичи, дочери Козимо I,   1542

Бронзино увлекался литературой и даже писал весьма недурные стихи, отдавая предпочтение строгой сонетной форме. Но наибольший вклад в литературу (вернее - в ее историю) он внес все же как живописец - создав изрядное количество портретов литературных деятелей. Одна из самых известных работ, попадающих в эту категорию, - "Портрет Лауры Баттифери".

  (563x699, 57Kb)

Необычное, фактурное лицо поэтессы изображено в профиль - этим приемом Бронзино пользовался довольно часто. Баттифери была близкой подругой Бронзино, они даже обменивались время от времени стихотворными посланиями. В одном из своих сонетов Бронзино так охарактеризовал поэтессу: "Пылающая внутри, ледяная снаружи". Эти строки живо вспоминаются при взгляде на ее портрет. Внешние строгость и неприступность все же выдают скрытую страстность натуры. Лаура Баттифери была замужем за Бартоломее Амманати, талантливым флорентийским скульптором и архитектором.

 (552x698, 117Kb)

Портрет Лукреции Панчатики Бронзино писал одновременно с портретом Бартоломее Панчатики. Заметьте, что Лукреция Панчатики держит на коленях раскрытую книгу. Книга присутствует и в портрете ее мужа. Бронзино часто наделял этим атрибутом тех, в ком хотел подчеркнуть ум и возвышенность души.

 Аньоло Бронзино умер 23 ноября 1572 г.  Похоронен в церкви Сан-Кристофоро во Флоренции.

Источники публикации:   http://www.museum-online.ru/Mannerism/Angelo_Bronzino ,  http://www.artprojekt.ru/Gallery/Bronsino/ и др.

 

(с)sunsan

terrao.livejournal.com

Бронзино Анджело. Картины и биография.

Бронзино (Bronzino; собственно ди Козимо ди Мариано, di Cosimo di Mariano) Анджело или Аньоло (1503–1572), итальянский живописец флорентийской школы.

bronzino1

Родился 17 ноября 1503 в Монтичелли близ Флоренции. Бронзино был учеником и помощником Якопо Понтормо, испытал влияние Микеланджело Буонарроти. С 1540 придворный художник флорентийского герцога Козимо I Медичи.

bronzino

Представитель маньеризма, Бронзино Анджело создал тип аристократического портрета, в котором отчужденная замкнутость образов подчеркнута торжественной застылостью композиции, острым выверенным рисунком, холодным высветленным колоритом, бесстрастной точностью в воспроизведении деталей (портрет Козимо I Медичи, 1545).

bronzino3

Репрезентативные, виртуозные по исполнению портреты Анджело Бронзино принадлежат к числу самых ярких страниц искусства зрелого маньеризма. Бронзино великолепно умеет построить импозантную композицию, ввести аксессуары, подчеркивающие сословное положение модели, придать своим героям высокомерную небрежность, утонченный аристократизм и — при всей идеализации — сохранить убедительное портретное сходство.

bronzino4

Но в портретах Бронзино отчетливо сказывается и воздействие жестких требований придворной культуры, ограничившей задачу портретиста запечатленном официально-парадного облика человека, его сословного величия. Композициям Анджело Бронзино свойственна также преувеличенная экспрессия, позы его персонажей переусложнены, их движения напряжены.

bronzino7

Бесстрастие, надменная замкнутость, статуарность портретов Бронзино тесно связаны с их парадно-официальным характером и в то же время свидетельствуют о нарастающем равнодушии мастера к человеку. Недаром во многих его портретах блестяще, с натуралистической иллюзорностью выписанные аксессуары привлекают более пристальное внимание художника и становятся более выразительными, чем лицо; таково великолепное парчовое платье в портрете Элеоноры Толедской с сыном Джованни или виртуозно написанная прозрачная полосатая ткань в женском портрете из Турина (1550-е годы).

bronzino6

После 1540 года Бронзино выполнил фрески в Палаццо Веккьо во Флоренции («Поклонение кресту с бронзовой змеей», «Моисей иссекает воду из скалы», «Архангел Михаил», «Гирлянда с ангелами» и другие).

bronzino2

В творчестве Анджело Бронзино маньеризм достигает наивысшего расцвета. Картины заполнены фигурами, образующими своими очертаниями красивый, сложный рисунок; они расположены фризами, параллельными картинной плоскости; при этом мастер не стремится передать реальное трехмерное пространство. Вертикали и диагонали подчеркнуты, фигуры искусственно удлинены, их моделировка жесткая, скульптурная. Эти черты хорошо заметны в картинах «Пьета» и «Сошествие во Ад» (Галерея Уффици, Флоренция).

bronzino5

Литературные пристрастия и теоретические воззрения, характерные для эпохи маньеризма, нашли отражение в картинах Бронзино, написанных на сложные аллегорические сюжеты, «Аллегория триумфа Венеры», «Амур», «Глупость» и «Время» (1544–1545, Лондон, Национальная галерея). В портретах, особенно таких, как «Элеонора Толедская с сыном» (1545), «Молодой человек с лютней» (около 1530) и «Лукреция Панчиатики» (1540) (все – в Уффици), художник последовательно применяет маньеристические живописные приемы для достижения декоративности и изящества форм. Картины Бронзино отличаются тщательностью исполнения и аристократической сдержанностью образов. Многие из его моделей – члены семейства Медичи, придворным художником которого он был с 1540 года. Умер Бронзино во Флоренции 23 ноября 1572 года.

dosoaftor.ru

Один из абсолютных шедевров - История искусств

Мне трудно удержаться от желания говорить о Бронзино (Agnolo Bronzino, 1503–1572). Я о нём уже не раз писал здесь, в ЖЖ, и, скорее всего, ещё не раз напишу. Своими глазами я видел множество его портретов. Собственно, я и узнал об этом художнике, только увидев его картины своими глазами – это был один из многочисленных концептуальных переворотов в моей жизни. Историю искусств я изучал по советским книгам Алпатова, Виппера, Лосева, так что у меня сформировалось совершенно неверное представление об эстетической эволюции итальянской (и европейской в целом) живописи. Я считал, что высшей точкой развития был Ренессанс, чьим последним представителем в моём представлении оказался венецианец Тициан, а после Ренессанса начался упадок, изредка перебиваемый появлениями одиночек типа Эль Греко и Веласкеса. Такое мнение было не следствием знакомства с живописью XVI-XVII веков, а результатом чтения монографий многоумных искусствоведов. Но когда я своими глазами увидел работы маньеристов и мастеров барокко, мне пришлось очень резко изменить своё мнение. И первым толчком к изменению стала встреча с портретами Бронзино в галерее Питти во Флоренции.

Но это всё лирика, а сейчас мне хочется говорить об очень известной картине Бронзино «Аллегория с Амуром и Венерой». Наверно, то, что я сейчас скажу, всем давно известно и прозвучит банальностью, но (повторяю) трудно удержаться. Козимо Медичи заказал эту картину в подарок христианнейшему королю Франции Франциску Первому, прозванному за свои подвиги Длинноносым. Подарок должен был быть демонстративно дорогостоящим, поэтому Бронзино широко использовал самую дорогую из всех возможных красок – ультрамарин, в те времена изготовлявшийся из ляпис-лазури и стоивший намного дороже золота. Дело в том, что минерал ляпис-лазурь импортировался из Афганистана, а контакты с Азией блокировались турками, желавшими сохранить монополию на торговых путях и потому взвинчивавшими налоги на транзит. Подобные частности следует знать всем, интересующимся историей искусств - низкие материи довольно часто служат ключами к высокому полёту духа.Картина ошеломляюще прекрасна, но современный зритель, как правило, чувствует растерянность перед ней, ибо она не только изрядно провокативна, но и предельно сложна по сюжету. Нас, современных любителей изобразительных искусств, старательно приучали к тому, что хорошую живопись понимать не надо. Надо, мол, смотреть, и проникаться. Впитывать. И не доискиваться смысла в изображённом сюжете, сюжет, мол, это литература, а литературности в живописи следует избегать. Дескать, верёвка суть вервие простое и, вообще, будьте проще, и люди к вам потянутся. «Литературность» в советско-российском искусствоведении с давних пор стала ругательством. Полагаю, что источником неизбывной ненависти советских искусствоведов к литературности была повальная любовь российского непросвещённого народа к дурной литературщине «передвижников» XIX века и культ «созерцательности» французских импрессионистов у советской интеллигенции.Картину необыкновенно интересно описывать, потому что каждая, самая мелкая, деталь играет важную роль в сюжете. Здесь нет мелочей.

Итак, Бронзино изобразил Венеру, которую целует юный Амур. Этот сюжет не так уж редок в живописи, но Бронзино подаёт его с исключительной откровенностью. Инцест? Безусловно, однако для богов инцест абсолютно приемлем. Тут мы можем припомнить, что бог любви Амур-Купидон-Эрос, будучи сыном Венеры-Афродиты, вообще-то намного старше своей матери. Он вечно юн, но при том является одним из старейших богов античной мифологии. Кроме этого, современного зрителя шокирует, что Амур Бронзино - не пухлый младенец, а мальчик-подросток. То есть педофилия подаётся совершенно прямо, без специальных вуалей. Но и это не всё. Амур, изогнувшись в почти неестественной позе, выставляет зрителю ягодицы прекрасной округлости. Другими словами, инцест и педофилию Бронзино дополняет педерастией, столь распространённой в его эпоху.Во времена Бронзино отклонения в сексуальном поведение не называли «извращениями» (такая формулировка принадлежит чопорному столетию паровозов, газового освещения и бород веником), но, тем не менее, не считали нормой. Почему же в подарок французскому королю предполагался эстетизированный букет секс-эксцессов, да ещё оформленный подчёркнуто нейтральной интонацией, без малейшего осуждения? Ответ на этот вопрос мы не получим никогда. Увы. Этот ключ утрачен безвозвратно, причём разочарование от утраты настолько велико, что многие историки искусств решаются рискнуть своей научной репутацией и выстраивают совершенно произвольные гипотезы. Не буду их перечислять.Но в замкнутом пространстве картины, отгороженной от прекрасного и яростного мира драгоценной лазурной завесой, сгрудились не два персонажа, а шестеро. Из них трое видны за завесой. Один из них никакой загадки не представляет, это хорошо знакомый нам всем Старик Время, Кронос, отец Юпитера, который то ли набрасывает таинственный покров на шалости Амура и Венеры, то ли, наоборот, срывает с них прикрытие, предоставляя нашим взглядам. Обе трактовки очень хороши и убедительны. Которая из них верна – каждый решает сам. Но Старик Время довольно зло смотрит на странноватую фигуру в левом верхнем углу картины. Это существо тоже хватается за лазурный занавес, однако почему? Рот существа раскрыт, как будто оно хочет что-то сказать, а лицо маскообразно. То, что это маска, не лицо, подчёркнуто отсутствием глаз, вместо которых тёмные прорези, и двумя масками, мужской и женской, валяющимися в правом нижнем углу картины, строго симметрично по отношению к замаскированной персоне. Предполагается, что это аллегория Забвения, но в таком случае зачем маска и крик?Ещё одна фигура – маленький мальчик, швыряющий розы в Амура и Венеру – может быть интепретирована как Амур (Бог Любви шизофренически раздвоился на подростка и малыша: у маленького мальчика лицо Амура, целующего свою юную мать), шагающий по терниям, но озабоченный лишь розами. За спиной у шизофренного Амура, коего некоторые искусствоведы именуют Безрассудством, очень причудливое создание с личиком невинной девочки, львиными лапами и длинным хвостом, покрытым змеиной кожей, заканчивающимся скорпионьим жалом. В руках твари медовые соты, а чело украшено жемчужной диадемой.

Самую странную, не поддающуюся интерпретации, фигуру (третья из стоящих за занавесом) можно видеть слева в тени. Лицо искажённо в судороге, рот раскрыт в крике, руки стискивают голову именно в том месте, где при мигрени самые сильные боли. Кто это? Вазари предположил, что здесь написана аллегория ревности, другие видят символическое изображение венерической болезни, именно в период написания картины обрушившейся на Европу и быстро покончившей с ренессансным гедонизмом. Обычно считается, что это был какой-то штамм сифилиса, завезённый из Америки второй экспедицией Колумба... В пользу второй версии вроде бы говорят расширенные, как при сифилисе, зрачки фигуры, но точно сказать нельзя. Тем более, непонятно, зачем дарить Франциску Первому аллегорию сифилиса. С другой стороны, не менее странно предполагать муки ревность столь натуралистически, с невыносимой головной болью.Амур-подросток опирается коленом о шелковую подушку, символ страстного желания, а другой ногой он попирает одного из тех голубей, что были впряжены в повозку Венеры. Между тем в одной руке Венеры золотое яблоко, которое она получила от Париса, в другой – стрела, атрибут Амура, который, таким образом, оказывается перед ней обезоруженный. Впрочем, и он не остаётся в долгу, так как, целуя богию, потихоньку стаскивает с её головы жемчужную корону, один из важнейших её атрибутов.Рассматривать картину, находя в ней всё новые и новые детати, можно бесконечно (например, там есть чья-то рука, держащая нечто), но я и без того написал чересчур много, поэтому закругляюсь, вспомнив напоследок, что англичане, купившие картину для национальной Галереи в Лондоне, замазали бёдра Венеры, прикрыли её невикторианские части простынкой, Амура же украсили... виноградными лозами, прикрыв его чуресчур соблазнительные для британских офицеров ягодицы. Только в 1959 году администрация Национальной Галереи решилась вернуть шедевру Бронзино аутентичный вид.

....прошу прощения, что мало сказал о собственно эстетических достоинствах картины, но тогда пост получился бы совсем уж безразмерным.

... Есть в ЖЖ очень интересный анализ одной из деталей картины: http://intuit-school.livejournal.com/426633.html

history-of-art.livejournal.com


Смотрите также