Версальский дворец. Картины версаль


Версальский дворец, Франция: фото, описание, история, архитектура

Можно ли найти еще одно такое же эстетически гармоничное место, как Версальский дворец?! Его внешнее оформление, изящество интерьера и парковая зона выполнены в едином стиле, весь комплекс заслуживает, чтобы по нему прогуливались представители аристократии. Каждый турист непременно почувствует дух времен правления королей, так как на дворцово-парковой территории легко примерить на себя роль могущественного самодержца, во власти которого целая страна. Ни одно фото не способно передать истинного изящества, так как каждый метр этого ансамбля продуман до мелочей.Версальский дворец

Кратко о Версальском дворце

Наверно, нет людей, не знающих, где находится уникальное сооружение. Знаменитый дворец – гордость Франции и самая узнаваемая королевская резиденция в мире. Она расположена недалеко от Парижа и ранее представляла собой отдельно стоящее строение с парковой зоной. С ростом популярности этого места у аристократии вокруг Версаля появились многочисленные дома, в которых проживали строители, прислуга, свита и прочие люди, допускаемые ко двору.Фасад Версальского дворца

Идея создания дворцового ансамбля принадлежала Людовику XIV, известному как «Король-Солнце». Он сам изучал все планы и картинки с набросками, вносил в них коррективы. Правитель отождествлял Версальский дворец с символом власти, самой могущественной и нерушимой. Только король мог олицетворять собой полное изобилие, поэтому роскошь и богатство чувствуются во всех деталях дворца. Его основной фасад раскинулся на 640 метров, а парк занимает более ста гектаров.Дворцово-парковый ансамбль, Париж

В качестве главного стиля был выбран классицизм, бывший на пике популярности в 17 веке. Несколько лучших архитекторов привлекалось к созданию этого масштабного проекта, пережившего несколько этапов строительства. Только известнейшие мастера трудились над оформлением внутри дворца, созданием гравюр, скульптур и прочих ценностей искусства, которые до сих пор его украшают.Экстерьер Версаля

История строительства знаменитого дворцового комплекса

Сложно сказать, когда был построен Версальский дворец, так как работа над ансамблем велась даже после того, как король поселился в новой резиденции и устраивал балы в изысканных залах. Официально статус королевской резиденции постройка получила в 1682 году, но лучше упомянуть об истории создания культурного памятника по порядку.Фонтан перед дворцово-парковым ансамблем

Изначально с 1623 года на месте Версаля был небольшой феодальный замок, где располагались королевские особы с небольшой свитой во время охоты в местных лесах. В 1632 году владения французских королей в этой части страны расширились за счет покупки близлежащего поместья. Небольшие строительные работы рядом с деревушкой под названием Версаль велись, но глобальная перестройка началась лишь с приходом к власти Людовика XIV.Версальский дворец, Франция

Король-Солнце рано стал правителем Франции и навсегда запомнил восстание Фронды, которое отчасти стало причиной того, что резиденция в Париже вызывала у Людовика неприятные воспоминания. Более того, будучи молодым, правитель восхитился роскошью замка министра финансов Николя Фуке и пожелал создать Версальский дворец, превосходящий красотой все ныне существующие замки, чтобы никто в стране не усомнился в богатстве короля. На роль архитектора был приглашен Луи Лево, уже зарекомендовавший себя при выполнении других масштабных проектов.Крыша Версальского дворца

Советуем прочитать полезную информацию о Дворце дожей.

В течение всей жизни Людовика XIV велись работы над дворцовым ансамблем. Помимо Луи Лево, над архитектурой работали Шарль Лебрен и Жюль Ардуэн-Мансар, парк и сады принадлежат руке Андре Ленотра. Главным достоянием Версальского дворца этого этапа строительства считается Зеркальная галерея, в которой картины чередуются с сотнями зеркал. Также во время правления Короля-Солнце появились Галерея битв и Большой Трианон, была возведена часовня.Архитектура дворца

В 1715 году власть перешла пятилетнему Людовику XV, который вместе со свитой вернулся в Париж и долгое время не занимался перестройкой Версаля. За годы его правления был завершен Салон Геркулеса, созданы Малые апартаменты Короля. Большим достижением на этом этапе строительства считается возведение Малого Трианона и завершение Зала Оперы.Парк возле Версальского дворца

Составляющие дворцово-парковой зоны

Описать достопримечательности Версальского дворца просто невозможно, так как все в ансамбле настолько гармонично и изысканно, что любая деталь является настоящим произведением искусства. В ходе экскурсий обязательно стоит посетить следующие места:

У парадного входа на территорию дворцового комплекса установлены ворота из золота, украшенные гербом и короной. Площадь перед дворцом украшена скульптурами, которые встречаются также внутри основного помещения и на всей территории парка. Можно найти даже статую Цезаря, культ которого ценился французскими мастерами.Золотые ворота

Отдельно стоит упомянуть про парк Версаля, так как он является исключительным местом, чарующим своим многообразием, красотой и целостностью. Здесь встречаются удивительно украшенные фонтаны с музыкальной аранжировкой, ботанические сады, оранжереи, бассейны. Цветы собраны в необычные клумбы, а кустарникам ежегодно придают определенные формы.Роскошь Версаля

Значимые эпизоды в истории Версаля

Хотя в качестве резиденции Версальский дворец использовали непродолжительное время, он сыграл значимую роль для страны – в 19 веке получил статус национального музея, куда перевезли многочисленные гравюры, портреты, картины.Спальня в Версальском дворце

С поражением во Франко-прусской войне хоромы перешли в собственность немцев. Они избрали Зеркальный зал для провозглашения себя Германской империей в 1871 году. Французы были задеты выбранным местом, поэтому после поражения Германии в Первой мировой войне, когда Версаль был возвращен Франции, мирный договор подписали в том же помещении.Интерьер дворца в Париже

С 50-х годов 20 века во Франции появилась традиция, по которой все приезжающие главы стран должны были встречаться с президентом в Версале. Только в 90-х годах было решено отойти от этой традиции из-за большой популярности Версальского дворца у туристов.Кровать в дворце

Интересные факты о Версальском дворце

Монархи других стран, посещавшие французскую достопримечательность, дивились изяществу и роскоши королевской резиденции и часто по возвращении домой пытались воссоздать не менее изысканные дворцы с похожей архитектурой. Конечно, аналогичного творения в мире нигде не встретишь, но многие замки Италии, Австрии и Германии имеют некоторую схожесть. Даже дворцы в Петергофе и Гатчине выполнены в том же классицизме с заимствованием ряда идей.Мебель в зале Версаля

Из исторических описаний известно, что во дворце было очень сложно хранить тайны, так как Людовик XIV предпочитал знать, что на уме у его придворных, чтобы избежать заговоров и восстаний. В замке есть много скрытых дверей и потайных ходов, о которых было известно только королю и архитекторам, их проектировавшим.Интерьер Версаля во Франции

Во время правления Короля-Солнце практически все решения принимались в Версальском дворце, ведь здесь круглосуточно находились государственные деятели и приближенные лица самодержца. Чтобы стать частью свиты, приходилось проживать в Версале регулярно и присутствовать на ежедневных церемониях, в ходе которых Людовик нередко раздавал привилегии.

www.miroworld.ru

Описание картины Александра Бенуа «Версаль. Прогулка короля» Картины художников

Описание картины Александра Бенуа «Версаль. Прогулка короля»

Ответ:

Описание картины Александра Бенуа «Версаль. Прогулка короля»

Александр Бенуа проявлял большой интерес к искусству русского и европейского барокко с детства. Он стремился достичь синтеза западноевропейских тенденций и некоторых элементов традиционного русского народного творчества. Рисовать он начал еще в детском саду. Атмосфера в доме способствовала его художественному развитию.

С 1896 по 1899 года Бенуа жил в Париже и бывал в Версале. Именно тогда он занялся изучением эпохи Людовика XIV. Бенуа создал целый цикл картин, посвященных Версалю. Ему сложно было высказать всю красоту парку в одной или двух работах. Он хотел в своих изображениях реконструировать великолепное прошлое Версаля. Бенуа прекрасно понимал события прошлого и способен был видеть вещи глазами человека XX века.

В работе «Версаль. Прогулка короля» природа и история проявляются в нерушимой

вечности. Архитектурные сооружения, статуи и аллеи хранят память о творцах и владельцах ансамбля Версаль. В творчестве Бенуа Версаль представлен как образ целой эпохи. Версальские сады представляют собой один из прекрасных сохранившихся примеров французской архитектуры и дизайна.

Картина передает неповторимую атмосферу парка. Почти половину этого изображения занимает серое небо. Скорее всего, в то время был туман, но через него настойчиво просвечиваются лучи солнца. Аллея, разделяющая парк на две части, уходит далеко вдаль. Оживляют этот пейзаж маленькие ироничные фигурки короля и его придворных. Король изображен как усопший старик, которого везут на коляске. В то время как один молодой придворный везет короля, двое о чем-то разговаривают, идя позади.

Картина нарисована с помощью акварели и гуаши. А линии, сделанные с помощью карандаша, добавляют объемности изображению. Сейчас полюбоваться картиной можно в Русском музее в Санкт-Петербурге.

Прислал: Давыдова Юлия . 2017-10-08 21:44:43

opisanie-kartin.iusite.ru

Версальский цикл картин Бенуа 1905-1906 гг

В области станковой живописи Бенуа продолжает работать в двух жанрах — пейзажа и исторической композиции, приобретающей в его трактовке характер своеобразной «исторической фантазии». По-прежнему увлекаясь акварелью, он, однако, с особенным упорством, к тому же впервые (и, добавим, единственный раз на протяжении своего длинного творческого пути) обращается к масляной живописи.

Его многочисленные этюды 1905 и 1906 годов, выполненные в приморском местечке Примель, написаны энергично, свободным мазком, просты и реалистичны по всему своему духу. На их основе возникает и композиция «Бретонские танцы» (1906), выдающая связь этой линии творчества мастера с работами его французского друга Люсьена Симона, писавшего картины из жизни бретонских рыбаков.

В версальских этюдах этих же лет проступает элегическое звучание темы: старый парк словно «одно из многочисленных кладбищ истории», где каждый памятник, каждое дерево читается как эпитафия, как «надгробие», за которым молча стоят тени прошлого. Кажется, будто живописец одиноко скитается по давно обезлюдевшим, заснувшим мертвым сном аллеям, с грустью вслушиваясь в отзвуки минувшего. В отличие от примельских работ, он воспринимает пейзаж как бы сквозь лорнет исторических воспоминаний, мемуаров, произведений поэзии и музыки; благодаря этому этюды приобретают характер лирических размышлений, что дает основания Асафьеву, говорящему о гранях эстетики русского пейзажа XIX и начала XX века — его простоте и скромности и вместе с тем глубоком отличие от пейзажа западноевропейского, сослаться именно на «Версаль» Бенуа: «Ни один западноевропейский художник не взял бы в нашей современности этой темы в ее философском аспекте: то ли в смысле левитановского «Над вечным покоем», то ли в смысле пушкинской мысли о «равнодушной природе», то ли в ироническом понимании сказки о «спящей красавице», которую уже никто, никакой принц не разбудит».

Из пейзажных зарисовок и этюдов возникают «исторические фантазии» так называемой «Версальской серии».

Бенуа не считал себя мастером сложной станковой картины; чтобы высказаться, ему всегда мало одной или двух работ. И он разворачивает рассказ о Версале в серию композиций. Пусть она построена не по единому, заранее разработанному сценарию, когда есть начало и конец, а каждый следующий эпизод дополняет и развивает предыдущий. Связь — в самом объекте изображения, в единстве настроения, в трактовке.

Реальный пейзаж Версальского парка становится здесь основой, в которую воображение художника «инкрустирует» (выражение Б. Асафьева) острые, нервные силуэты: король, придворные, слуги. В этих своеобразных «этюдах-картинах» маленькие фигурки иронически дополняют, оживляют пейзаж, делают яснее и нагляднее его ведущую тему. В иных случаях кукольные персонажи композиций Бенуа вырастают, оборачиваются к зрителю и, подавляя собою пейзаж, начинают играть в картине доминирующую роль («Король»). Мастер пытается увидеть в величавом образе старого Версаля идиллический памятник процветания искусств. Все люди смертны. Вечно только одно искусство. Об этом — картины «Фантазия на версальскую тему» и «Прогулка короля».

В «Версальской серии» жизнь понята как праздная и бессмысленная игра, рядом с которой царит искусство. Всесильное, всепроникающее и могучее. Но и оно ущербно: во времена Людовиков искусство, «несмотря на всю свою силу и красоту, носило оттенок дутости и напыщенности — оно было фальшивым». Недаром жизнь здесь походит на спектакль («Китайский павильон», «Купальня маркизы»). Границы театра и действительности стираются. Художник взирает на своих героев оценивающим, слегка ироничным взглядом режиссера, ставящего очередной эпизод большого спектакля, где старый парк предстает как сцена, на которой разыгрывался некогда один из актов «великой человеческой комедии». Он знает цену всем этим вельможным ничтожествам, хоть и рассматривает их не с позиций социальных, классовых. В самой основе его своеобразной «философии истории», тезисы которой разбросаны по разным статьям 1905— 1906 годов и отражены в картинах, лежит утопическая мысль о способности художников создавать великое искусство несмотря ни на что, вне зависимости от сильных мира сего, невзирая на их пустоту и паразитизм. Так было и в XVIII веке, когда «вельможи и потентаты играли во всем, что было действительно прекрасного в той жизни, роль фантошей, нитками которых двигали художники, и ее «прошловековая» феерия не что иное, как грандиозная и гениальная художественная фантазия. Отбросьте художников, весь созданный ими блеск, и великолепие этого театра превратится в ничто, в грязный разврат, в сухое умствование и в пошлую суету».

Еще более откровенное воплощение гримасы красивого и пышного, но изломанного и искусственного «двора чудес» находят в картине «Зимний сон», где сведены комедийные маски и живой пейзаж Версаля. Реальное и театр, действительность и фантастика сплетаются в новом ироническом сочетании, причудливом и тревожном. Так внутри «Версальской серии» живопись Бенуа движется навстречу театру. Это естественно; задачи, которые он хочет здесь решить, конечно же, лучше всего решаются на сцене. Но театра, где он мог бы осуществить свои замыслы, нет. Зато его герои уже сами поднимаются на подмостки. Возникает несколько вариантов темы, восходящей к «Итальянской комедии» Ватто.

Знаменательно, к примеру, что именно эпоха Людовика XIV, служившая для Уайльда символом подавления творческой индивидуальности в искусстве, оказывается в центре интересов Бенуа. С особой силой пленяет его Версаль. Прежде всего, сам дворец — величественный памятник классицизма XVII века, воплощение «колоссального стиля» Ардуена Мансара. Подстегнутое чтением книг, повествующих о быте и правах резиденции Людовика XIV, «философическое» воображение художника населяет старый парк образами минувшего. Возникает серия акварелей «Последние прогулки Людовика XIV».

Листы этой серии, не будучи прямыми иллюстрациям! к тридцати томным мемуарам Сен-Симона, навеяны его книгой. Бенуа следует за Менцелем, который в своих известных иллюстрациях к «Истории Фридриха Великого» Куглера и «Сочинениям Фридриха Великого» не буквально следует за текстом, а стремится вжиться в самую эпоху, в мысли и настроения автора, выражая в рисунке, имеющем самостоятельное значение, глубинную суть повествования. В художественной ткани листов, входящих в серию Бенуа,— следы изучения мемуаров мадам де Севинье, кардинала де Реца и других авторов, дневников, переписки, стихов и музыки XVII — начала XVIII века. Но особенно важны для художника картины, гравюры, шпалеры, рисунки этого времени: добиваясь «стильности», «настроения истории», того, что в его кружке именовалось специальным термином «эпошистость» (в этом плане следует отметить близость композиций Бенуа к Сомову), он вглядывается в историю сквозь призму искусства. Впрочем, ироническое отношение Бенуа-историка, далекого от идеализации французского абсолютизма поры его высшего расцвета, сказывается в таких словесных характеристиках героев этой серии: Людовик XIV — «мрачный старик, все еще величественный, но немного уже «слюнявый», а его свита — «блестящая и развратная».

Острота впечатления достигнута сочетанием строгого величия архитектуры и пейзажа с этими ничтожными персонажами: торжественная ода, в которую включен кусок житейской прозы. Нечто близкое иронии Сомова. Но, в отличие от Сомова, Бенуа повествует не об интимной жизни кавалеров и дам, а о последних днях, закатных сумерках целой эпохи. Он подчеркивает это и в названии серии.

Так Версаль, дополняя более ранние впечатления — Петергоф, Павловск, Царское Село, классические памятники Петербурга,— словно завершает формирование излюбленного круга образов художника. Это приводит к дальнейшему переключению внимания с современности на прошлое. Бенуа перешагивает, погружаясь в историю, надолго застревает в XVII и XVIII веках: «Я пассеист. Многое в прошлом представляется мне хорошо и давно знакомым, пожалуй, даже более знакомым, нежели настоящее. Нарисовать, не прибегая к документам, какого-нибудь современника Людовика XV мне легче, мне проще, нежели нарисовать, не прибегая к натуре, моего собственного современника. У меня и отношение к прошлому более нежное, более любовное, нежели к настоящему. Я лучше понимаю тогдашние мысли, тогдашние идеалы, мечты, страсти и самые даже гримасы и причуды, нежели я понимаю все это в «плане современности». В этом признании нетрудно уловить отказ от идей, оплодотворявших передовое русское искусство 1860—1880-х годов. Склонность к пассеизму нельзя, однако, объяснить лишь особенностями личности и воспитания Бенуа; она при внимательном рассмотрении оказывается характерной для целого круга русской художественной интеллигенции 1890-х годов.

Интерес к прошлому в искусстве рубежа веков

«С юности,— пишет Б. В. Асафьев,— я ощущал себя на перекрестке двух живописных эпох — уходящего передвижничества и вновь возникающих течений». Ощущение, в высокой степени присущее художникам «кружка Бенуа». Но в представлении Асафьева перекресток «живописных эпох» по всем своим особенностям совпадает с периодом так называемого «интонационного кризиса» в музыкальной культуре, а «вновь возникающие течения» выступают как отражение эволюции общественных вкусов и общественных требований к искусству. При этом каждый раз обостряется идея преемственности культурных традиций и интерес к прошлому — обычным становится стремление вернуть искусство к простейшим его первоосновам, к эстетике забытых форм и конструкций. С другой стороны, корни формирующейся, хотя вырисовывающейся еще в достаточно расплывчатой форме, эстетики Бенуа и членов его «кружка» следует искать в общественно-социальной атмосфере времени, когда немалая часть художников, не видя путей борьбы и сил прогресса, в которые можно верить, погружалась в историю, уходила в мир мечты и грез. Это нередко было своеобразной формой инстинктивного антикапитализма, протеста, пусть вялого и бессильного, но почти всегда искреннего, против современной технической цивилизации и ненавистного жизненного строя. В литературе и музыке, в живописи и графике 1890-х годов осталось немало произведений, несущих на себе печать этого мироощущения.

www.benua-memory.ru