Сочинение по картине"Разговор» Анри Матисс. Разговор картина


Картина недели. «Разговор» Анри Матисса: zhavnerovich_

Для работы Матисс прибегал к помощи пассивного режима сознания. Образы приходили в потоке, рождённый самой ленью, делающей людей существами разумными и беспрестанно развивающимися. В голову Матисса лезла всякая фигня о природе вещей и странных соответствий, и вооружившись ею, писал картину из самих эмоций и чувств, которым он подобрал аналоги из мира цветов и форм. «Разговор» — картина зашкаливающая. И по цвету, и по количеству трактовок: в неё будто вшит призыв разобраться, что же у этих двоих происходит? И если одна из версий точно связана с биографией автора, то все прочие — легко увяжутся с вашей собственной биографией.

Анри Матисс, «Разговор», 1908-1912. Картину можно найти в Эрмитаже

Рассмотреть в высоком разрешении на сервере музея

Почему будет легко понять Матисса?

– Сейчас придумано определение синестезии, но тогда был только фовизм — ну очень амоционально насыщенная живопись кучки отщепенцев, разочарованных вялостью импрессионизма. Художникам хотелось энергии и страсти. Работы выходили в основном типичными красно-рыжими, ведь отбивать тему страсти красным научились столетия назад. Но Матисс работал чтобы бросаться в глаза: использовал ещё синий, зелёный и не только приятные и сексуальные переживания. Своего добился: полотна на первых порах были удостоены сравнения с ведром краски, брошенным в лицо нежному зрителю, ну а после такого успех был неизбежен.

– Дикость и необузданность Матисса полюбили, что характерно, русские коллекционеры. Монументы отборной дичи — «Танец» и «Музыка» были выполнены по заказу предпринимателя и бизнесмена Щукина.

– Художник ответил России взаимностью когда ему исполнилось 63 года. После 39 лет брака с мадам Амели Матисс художник переключился на 22-летнюю уроженку Томска Лидию Делекторскую. Свою семью Матисс не оставил, просто добавил новенькую. Мадам Матисс тоже не оставила супруга. Её положению ничто не угрожало: кто будет угрожать собственному дому, мастерской и бухгалтерии?

Кто же эти люди и о чем их разговор?

Вот и основная версия: художник и его законная супруга мадам Амели Матисс обсуждают нововведения в лице Делекторской. Матисс похож на бородача в пижаме, а образ женщины нельзя считать однозначно.

Если вводные верны, то разговор сугубо деловой. Модель покровительственно-зависимых отношений, когда постаревший мэтр в погоне за последними физическими впечатлениями заводит юную музу, оказывается невероятно эффективной для всех сторон: золотая этакая пенсия души для одного и радость служения для двух других участников. Удача для художника, если устаревшая, но почитаемая супруга становится секретарем, агентом и нянькой. Художники, имевшие супругу-менеджера, как правило уходили обеспеченными людьми, оставляли наследство и добрую память. Лишённые такого гаранта, перед смертью старались вдрызг со всеми рассорится и сдохнуть в какой-нибудь хибаре без отопления.

Теперь представим, что полосатый — это вовсе не Анри Матисс, а просто самодовольный мужик, который решил завести молодое дополнение к жене. Ведь такая повадка проявляется и у совсем малых дарований, которые не выставляются, не издаются, и вообще не поняты. Конечно же, из-за того, что опередили современников на миллионы лет, а вовсе не потому, что отдали всё время б***ству, а не ремеслу.

А быть может, сидящая женщина и есть Лидия Делекторская. На портретах можно заметить общие черты. И вот Матисс объясняет положение вещей Лидии. Что его либидо принадлежит преимущественно цвету и форме, а жена Матиссу — не просто друг, но соратник и критик, равный то есть. И тогда двоеженство художника хочется видеть явлением чисто техническим на фоне его могучего по тем временам профеминизма. Ведь с женщиной не бывало более серьезного партнерства, чем сожительство.

Портрет Лидии Делекторской написан в 1947 году, это пример позднего, предельно упрощённого стиля Матисса

А может быть это собирательный образ любой сцены из серии «нам нужно обсудить наши отношения» и «дома поговорим», причём, к ответу явно призван стоящий. Он оттого и полосатый, что не может покинуть холодный дом, и аннулировать брак, и стоит такой как каторжник в полосатой каторжной робе. А женщина — навсегда его изящный надзиратель.

Или это символ Окончательного разговора и воплощение страха одиночества:

– Дорогой, я всё решила, я ухожу от тебя к Моне!

– Он же умер!

– Мане умер, дорогуша, Мане! А Моне ещё как здравствует.

Или даже так:

– Какой Мане, дорогой? И чего не спишь? А я за гитарой!

Ну-ну, а что же говорят цвет и форма?

Говорят, что композиционно «Разговор» повторяет классические изображения библейского сюжета Благовещения. Вот, например, «Благовещение» Леонардо, а вот «Благовещение» Джотто.

Ещё говорят, что Матисс применил излюбленный приём цветовой схемы. Поэтому цвета такие радикально интенсивные, но в рамках одного тона. Темнота сама по себе — это не тон, поэтому свет и тень всегда одного тона в зависимости от времени суток. На ночной картине «Разговор» тон один, но цвета различны: цвет ночной тени и цвет ночного света хорошо заметны.

Принцип, который Матисс показывает графически, на словах кажется громоздким и неуклюжим. Но это, в принципе, вообще всё, что нужно для понимания живописи.

Как Матисс заставил вас заниматься ерундой вместо настоящих дел

Однажды уже совсем великий и заслуженный художник Анри Матисс завязал с большим форматом и занялся тем же, что и пенсионеры в санатроском кружке. Он не сошёл с ума. Напротив, доказал, что можно считаться грандиозным визионером, и при этом не быть ни чокнутым, ни брюзгой, ни скотиной. «Гений» и «мудак» стали синонимами с появлением голливудских байопиков. У Матисса же наблюдалось необычайное чувство меры, а лёгкий характер позволял превращать проблему в возможность: он не был мегаломаньяком и не собирался эпично помирать в разгар работы над очередным семиметровым холстом. Старея, артистическое эго его будто не раздувалось, а принимало оптимальный джентльменский объем. И какое отношение такой замечательный человек, спрашивается, имеет к моей манере труда и обороны?

Так вот, со временем оптимизатор Матисс не рос в ширину, а спускался на глубину, в сферу чистых идей, где, если верить Дэвиду Линчу, и водится самая большая рыба.

После утомительной болезни, в 1941 году художник изобрёл новую примитивную методику работы, экономящую время и силы. Матисс начал составлять свои композиции из фрагментов цветной бумаги. В его версии техника получила название papiers decoupes — бумажные обрезки. Обрезки стали одним из предвестником самой интригующей и пророческой художественной практики XX века.

Начиная с 1943-го Матисс три года будет вырезать иллюстрации для книги «Джаз» — и они, как зверята Диснея или Уорхоловские кислотные Монро станут одними из самых въедающихся в мозги цветных картинок столетия.

А ещё через 10 с небольшим лет после «Джаза» Брайон Гайсин, соратник писателя Уильяма Берроуза придумает свой «метод разрезок» — «cut up» . Берроуз высоко оценит возможности разрезок и сделает их частью своей литературной практики. Его романы всегда будут содержать единицы текста-исходника, изъятые и расставленные в случайном порядке, и работающие как декодер для подсознания.

Пройдёт ещё много лет, и разрезки увлекут музыкальных задротов. Электронщики начнут записывать треки clicks’n’cuts из ритмически организованных микро-сбоев аппаратуры, аудиощелчков и звуковых отходов.

А потом во всех домах и офисах подключат одинаковые компьютеры и одинаковыми операционными системами, и в XXI веке доступ к практике разрезок станет массовым. Из стихийного акта творения разрезки превратились в операцию подмены и приумножения. Офисная повседневность миллионов производителей добавочной стоимости теперь представляет собой непрерывный ритуал «вырезать-вставить», появилась копипаста — примитивный ритуал превращения лодырей-дипломников в специалистов, а рядовых жлобов в кандидатов наук. Никакой безысходности — просто странные ритуальные вещи вроде орнаментов, символов, разрезок или плясок тоже можно использовать как инструментами массового действия. Тогда из не особо-то прикладного искусства получится точно работающий, великий ширпотреб.

Держитесь там и спокойной вам ночи

Материал по теме

Материал по теме

Материал по теме

users.livejournal.com

Сочинение по картине"Разговор» Анри Матисс

На первый взгляд на картине изображена довольно банальная будничная сцена: утренний разговор между мужем и женой, где он – это сам Матисс, а она – супруга художника Амели. Оба легко узнаваемы, хотя их черты предельно схематичны. Тем не менее, анализ полотна доказывает, что все здесь далеко не так ординарно, поскольку в картине заложена особая интерпретация действительности. Прежде всего, насыщенный и глубокий синий фон – это не столько цвет стены, сколько символ — целая идея пространства. Значительность синего завораживает и уводит подсознание в далекие морские глубины, к воде, к тишине и покою, к источнику жизни – к тому, из чего зародилось все сущее. Не менее значим зеленый – это цветение природы, символ плодородной Земли, а расположенное по центру «Древо Жизни» — вообще, древнейшее и незыблемое олицетворение жизненного цикла. Далее, две фигуры, которые тоже, словно знаки, воплощают два начала: мужское и женское. Первое выражено прямыми вертикальными линиями, второе – плавно и прихотливо изогнуто. Этот вечный союз рождает новую жизнь, и не случайно между ними древо. Своеобразным мостиком, связующим мужчину и женщину, является решетка, которая сама вся состоит из прямых вертикальных и обтекаемых плавных линий. На картине практически полностью отсутствует перспектива, а предметы показаны отнюдь не такими, какие они есть в реальности. Дело в том, для художника здесь не сами вещи первостепенны, а взаимоотношения между ними — их вековая связь, и идея эта настолько основательна и универсальна, что уводит сознание к самым первоистокам – в глубокую первобытную древность. Для пары можно предложить всего одно задание. Опишите на листе бумаги диалог между людьми на картине. После того как описание будет закончено, обменяться. Разговаривать при этом процессе, как при рассмотрении картины, так и при описании не разрешается. Когда описание будет прочитано, важно, попросить выставить процент совпадения в описании диалога на картине.

gdzyuka.ru

Картина недели. «Разговор» Анри Матисса

В новом выпуске «Картины недели»: французский художник Матисс, две преданные ему женщины, картина-иллюстрация хтонического ужаса, вызываемого фразой «дома поговорим». А ещё история о том, как Матисс заболел, разленился и в порыве упрощения всего выдумал приём для американской литературы XX века, метод сочинения для современных электронных музыкантов, а для вас, бездельники, — священную копипасту.

 

Для работы Матисс прибегал к помощи пассивного режима сознания. Образы приходили в потоке, рождённый самой ленью, делающей людей существами разумными и беспрестанно развивающимися. В голову Матисса лезла всякая фигня о природе вещей и странных соответствий, и вооружившись ею, писал картину из самих эмоций и чувств, которым он подобрал аналоги из мира цветов и форм. «Разговор» — картина зашкаливающая. И по цвету, и по количеству трактовок: в неё будто вшит призыв разобраться, что же у этих двоих происходит? И если одна из версий точно связана с биографией автора, то все прочие — легко увяжутся с вашей собственной биографией.

Анри Матисс, «Разговор», 1908-1912. Картину можно найти в Эрмитаже

Рассмотреть в высоком разрешении на сервере музея

Почему будет легко понять Матисса?

– Сейчас придумано определение синестезии, но тогда был только фовизм — ну очень амоционально насыщенная живопись кучки отщепенцев, разочарованных вялостью импрессионизма. Художникам хотелось энергии и страсти. Работы выходили в основном типичными красно-рыжими, ведь отбивать тему страсти красным научились столетия назад. Но Матисс работал чтобы бросаться в глаза: использовал ещё синий, зелёный и не только приятные и сексуальные переживания. Своего добился: полотна на первых порах были удостоены сравнения с ведром краски, брошенным в лицо нежному зрителю, ну а после такого успех был неизбежен.

 

– Дикость и необузданность Матисса полюбили, что характерно, русские коллекционеры. Монументы отборной дичи — «Танец» и «Музыка» были выполнены по заказу предпринимателя и бизнесмена Щукина.

– Художник ответил России взаимностью когда ему исполнилось 63 года. После 39 лет брака с мадам Амели Матисс художник переключился на 22-летнюю уроженку Томска Лидию Делекторскую. Свою семью Матисс не оставил, просто добавил новенькую. Мадам Матисс тоже не оставила супруга. Её положению ничто не угрожало: кто будет угрожать собственному дому, мастерской и бухгалтерии?

Кто же эти люди и о чем их разговор?

Вот и основная версия: художник и его законная супруга мадам Амели Матисс обсуждают нововведения в лице Делекторской. Матисс похож на бородача в пижаме, а образ женщины нельзя считать однозначно.

Если вводные верны, то разговор сугубо деловой. Модель покровительственно-зависимых отношений, когда постаревший мэтр в погоне за последними физическими впечатлениями заводит юную музу, оказывается невероятно эффективной для всех сторон: золотая этакая пенсия души для одного и радость служения для двух других участников. Удача для художника, если устаревшая, но почитаемая супруга становится секретарем, агентом и нянькой. Художники, имевшие супругу-менеджера, как правило уходили обеспеченными людьми, оставляли наследство и добрую память. Лишённые такого гаранта, перед смертью старались вдрызг со всеми рассорится и сдохнуть в какой-нибудь хибаре без отопления.

Теперь представим, что полосатый — это вовсе не Анри Матисс, а просто самодовольный мужик, который решил завести молодое дополнение к жене. Ведь такая повадка проявляется и у совсем малых дарований, которые не выставляются, не издаются, и вообще не поняты. Конечно же, из-за того, что опередили современников на миллионы лет, а вовсе не потому, что отдали всё время б​***ству, а не ремеслу.

А быть может, сидящая женщина и есть Лидия Делекторская. На портретах можно заметить общие черты. И вот Матисс объясняет положение вещей Лидии. Что его либидо принадлежит преимущественно цвету и форме, а жена Матиссу — не просто друг, но соратник и критик, равный то есть. И тогда двоеженство художника хочется видеть явлением чисто техническим на фоне его могучего по тем временам профеминизма. Ведь с женщиной не бывало более серьезного партнерства, чем сожительство.

Портрет Лидии Делекторской написан в 1947 году, это пример позднего, предельно упрощённого стиля Матисса

А может быть это собирательный образ любой сцены из серии «нам нужно обсудить наши отношения» и «дома поговорим», причём, к ответу явно призван стоящий. Он оттого и полосатый, что не может покинуть холодный дом, и аннулировать брак, и стоит такой как каторжник в полосатой каторжной робе. А женщина — навсегда его изящный надзиратель.

Или это символ Окончательного разговора и воплощение страха одиночества:

– Дорогой, я всё решила, я ухожу от тебя к Моне!

– Он же умер!

– Мане умер, дорогуша, Мане! А Моне ещё как здравствует.

Или даже так:

 

– Какой Мане, дорогой? И чего не спишь? А я за гитарой!

Ну-ну, а что же говорят цвет и форма?

Говорят, что композиционно «Разговор» повторяет классические изображения библейского сюжета Благовещения. Вот, например, «Благовещение» Леонардо, а вот «Благовещение» Джотто.

Ещё говорят, что Матисс применил излюбленный приём цветовой схемы. Поэтому цвета такие радикально интенсивные, но в рамках одного тона. Темнота сама по себе — это не тон, поэтому свет и тень всегда одного тона в зависимости от времени суток. На ночной картине «Разговор» тон один, но цвета различны: цвет ночной тени и цвет ночного света хорошо заметны.

Принцип, который Матисс показывает графически, на словах кажется громоздким и неуклюжим. Но это, в принципе, вообще всё, что нужно для понимания живописи.

Как Матисс заставил вас заниматься ерундой вместо настоящих дел

Однажды уже совсем великий и заслуженный художник Анри Матисс завязал с большим форматом и занялся тем же, что и пенсионеры в санатроском кружке. Он не сошёл с ума. Напротив, доказал, что можно считаться грандиозным визионером, и при этом не быть ни чокнутым, ни брюзгой, ни скотиной. «Гений» и «м***к» стали синонимами с появлением голливудских байопиков. У Матисса же наблюдалось необычайное чувство меры, а лёгкий характер позволял превращать проблему в возможность: он не был мегаломаньяком и не собирался эпично помирать в разгар работы над очередным семиметровым холстом. Старея, артистическое эго его будто не раздувалось, а принимало оптимальный джентльменский объем. И какое отношение такой замечательный человек, спрашивается, имеет к моей манере труда и обороны?

Так вот, со временем оптимизатор Матисс не рос в ширину, а спускался на глубину, в сферу чистых идей, где, если верить Дэвиду Линчу, и водится самая большая рыба.

После утомительной болезни, в 1941 году художник изобрёл новую примитивную методику работы, экономящую время и силы. Матисс начал составлять свои композиции из фрагментов цветной бумаги. В его версии техника получила название papiers decoupes — бумажные обрезки. Обрезки стали одним из предвестником самой интригующей и пророческой художественной практики XX века.

Начиная с 1943-го Матисс три года будет вырезать иллюстрации для книги «Джаз» — и они, как зверята Диснея или Уорхоловские кислотные Монро станут одними из самых въедающихся в мозги цветных картинок столетия.

А ещё через 10 с небольшим лет после «Джаза» Брайон Гайсин, соратник писателя Уильяма Берроуза придумает свой «метод разрезок» — «cut up» . Берроуз высоко оценит возможности разрезок и сделает их частью своей литературной практики. Его романы всегда будут содержать единицы текста-исходника, изъятые и расставленные в случайном порядке, и работающие как декодер для подсознания.

Пройдёт ещё много лет, и разрезки увлекут музыкальных задротов. Электронщики начнут записывать треки clicks’n’cuts из ритмически организованных микро-сбоев аппаратуры, аудиощелчков и звуковых отходов.

А потом во всех домах и офисах подключат одинаковые компьютеры и одинаковыми операционными системами, и в XXI веке доступ к практике разрезок станет массовым. Из стихийного акта творения разрезки превратились в операцию подмены и приумножения. Офисная повседневность миллионов производителей добавочной стоимости теперь представляет собой непрерывный ритуал «вырезать-вставить», появилась копипаста — примитивный ритуал превращения лодырей-дипломников в специалистов, а рядовых жлобов в кандидатов наук. Никакой безысходности — просто странные ритуальные вещи вроде орнаментов, символов, разрезок или плясок тоже можно использовать как инструментами массового действия. Тогда из не особо-то прикладного искусства получится точно работающий, великий ширпотреб.

 

Держитесь там и спокойной вам ночи

subscribe.ru

Описание картины Анри Матисса «Разговор»

Описание картины Анри Матисса «Разговор»

Сначала может показаться, что Матисс изображает своершенно банальную сцену, которая может происходить в любой день. Мы видим, как утром муж и жена разговаривают.

В персонажах можно угадать самого художника и его супругу. Сделать это непросто, так как Матисс нарочито придает чертам героев схематичность.

Но, если начинать анализировать полотно более глубоко, становится ясно, что не все здесь так уж просто. Художник особым образом интерпретирует действительность.

Синий фон – это не просто цвет стены. Он перерастает в важный символ, становясь важной идеей пространства в целом. Синий невероятно значителен. Он просто завораживает всех зрителей.

Наше подсознание чудесным образом уходит в колдовские глубины морей, к покою и тишине. Это особый источник жизни. Именно отсюда зародилось все живое. Очень важен и зеленый цвет. Он символизирует природу, плодородие. В центре мы видим древо жизни, которое олицетворяет с давних пор весь жизненный цикл.

Фигуры мужчины и женщины тоже знаковые. Они становятся ярким воплощением женского и мужского начал. Для выражения мужского художник пользуется вертикальными прямыми линиями. Для женского он использует изящно изогнутые линии, которые впечатляют невероятной плавностью. Союз этот вечен. Благодаря ему, рождается новая жизнь.

Дерево изображено между ними для того, чтобы символизировать жизнь. Решетка выполнена из разных линий. Именно она и становится необычным мостиком между женщиной и мужчиной. Перспективы на этой картине нет.

Предметы художник изображает абсолютно по-другому, чем они являются в реальности. Для живописца важны не вещи, а особые взаимоотношения, которые между ними возникают. Его интересуют вековые связи. Идея становится универсальной и основательной. Сознание невольно уходит в далекую древность.

worldartdalia.blogspot.com

Разговор с картиной ~ Проза (Миниатюра)

Читает Miliza      https://www.chitalnya.ru/users/Margosha/

Художник Виктор Иванов"История Любви" натюрморт.http://www.neizvestniy-geniy.ru/cat/design/holst/546858.html?author

Я очень люблю разгадывать картины, слушать их… Иногда бывает очень красивая, просто идеальная картина, но она молчит. Холодно и пусто на душе от этой неживой красоты. Но бывает, просматривая одну за другой картины, вдруг почувствуешь, как кольнуло сердце…Волна предчувствия тайны накрывает тебя с головой. И ты начинаешь слышать…. Ты слышишь тихий голос, который звучит где-то внутри, очень, очень глубоко… Именно этот внутренний голос не даёт тебе пройти мимо картины, которая «разговаривает». Я хочу описать одну из таких картин. Её автор – художник Виктор Иванов. Картина называется «история Любви», натюрморт. На столе стоят три вазы с розами. В центре – три белоснежные розы, слева – две красные и справа – одна чёрная. Казалось бы, ничего необычного, но внутренний голос уже ликует: «Вот она! Смотри! Слушай!! Понимай!!! – кричит он. – И отключи уже, наконец, свою глупую логику».И действительно,первое впечатление – это удивление. А почему художник разместил их именно так? Нет, это всё неправильно…Белые розы – символ чистоты и невинности, они должны быть с лева. Именно с них всё начинается. Затем в центре две красные розы, как символ любви, страсти, движения, борьбы. И чёрная роза, как разлука, печаль, смерть…. Всё путь пройден… Конец…- Я же просил! Выключи логику!!! – кричит уже в истерике внутренний голос. – Просто смотри и слушай… Что ты слышишь? И я замираю. Почти не дышу. Всё внимание сосредоточенно в центре картины. Да, именно эти три розы, то к чему мы все стремимся.Две красные розы – это наша жизнь…. Это испытания, борьба, чувства, эмоции, это всё то, что переживает наше тело. Их две потому, что в материальном мире всё двойственно, всё имеет свой прототип и свою половину…. Мы приходим в этот мир, чтобы учиться, расти, и стремиться к гармонии…Три белые розы – это и есть гармония. Белый цвет вмещает в себе все цвета и оттенки. Это цвет абсолюта. Это – то прекрасное и чистое, что мы называем «душой». Белые розы – как символ духовности. Их три, потому что к материальному присоединилась и духовная составляющая. Пройдя путь испытаний, каждый из нас учится пребывать в гармонии….И чёрная роза… Она одна… Потому как этот путь каждый проходит сам. Это наши ошибки… Наши долги. У каждого из нас есть эта роза, она может быть светло-серой или угольно черной… Тяжело и больно смотреть в глаза своей совести. Пройдя путь чёрной розы, мы заглянем в её глаза… Это и есть смерть. Она приходит, чтоб подвести итог и бросить вновь в омут красного цвета… Вот что я услышала! «Неужели это бесконечный круг»? – спросила я у внутреннего голоса.- Посмотри внимательней… Ещё внимательней. Что ты видишь?- Я вижу только белые розы… Они прекрасны! Они – часть моей Души!- Вот и ответ… Из круга есть выход, и он только один. Стань ею… Стань гармонией… И ты будешь центром, притягивающим к себе взгляды… Ты будешь Вечностью… Ты будешь Белым светом!

Я очнулась, провела ладонью по лицу. Сердце учащенно билось.- Спасибо, что говорила со мной, - прошептала я, глядя на картину.Очень многое невозможно описать словами и знаками, но образы… Они знают,как пробиться к нашему подсознанию и затронуть спящую Душу…

www.chitalnya.ru

сочинение по картине"Разговор" Анри Матисс

На первый взгляд на картине изображена довольно банальная будничная сцена: утренний разговор между мужем и женой, где он – это сам Матисс, а она – супруга художника Амели. Оба легко узнаваемы, хотя их черты предельно схематичны. Тем не менее, анализ полотна доказывает, что все здесь далеко не так ординарно, поскольку в картине заложена особая интерпретация действительности. Прежде всего, насыщенный и глубокий синий фон – это не столько цвет стены, сколько символ — целая идея пространства. Значительность синего завораживает и уводит подсознание в далекие морские глубины, к воде, к тишине и покою, к источнику жизни – к тому, из чего зародилось все сущее. Не менее значим зеленый – это цветение природы, символ плодородной Земли, а расположенное по центру «Древо Жизни» — вообще, древнейшее и незыблемое олицетворение жизненного цикла. Далее, две фигуры, которые тоже, словно знаки, воплощают два начала: мужское и женское. Первое выражено прямыми вертикальными линиями, второе – плавно и прихотливо изогнуто. Этот вечный союз рождает новую жизнь, и не случайно между ними древо. Своеобразным мостиком, связующим мужчину и женщину, является решетка, которая сама вся состоит из прямых вертикальных и обтекаемых плавных линий. На картине практически полностью отсутствует перспектива, а предметы показаны отнюдь не такими, какие они есть в реальности. Дело в том, для художника здесь не сами вещи первостепенны, а взаимоотношения между ними — их вековая связь, и идея эта настолько основательна и универсальна, что уводит сознание к самым первоистокам – в глубокую первобытную древность. Для пары можно предложить всего одно задание. Опишите на листе бумаги диалог между людьми на картине. После того как описание будет закончено, обменяться. Разговаривать при этом процессе, как при рассмотрении картины, так и при описании не разрешается. Когда описание будет прочитано, важно, попросить выставить процент совпадения в описании диалога на картине.

Мегамозг - Ноя 16, 2017 |

gramotnye.com