Мартирос Сарьян: картины, биография армянского художника. Сарьян картины


САРЬЯН Мартирос Сергеевич – Галерея произведений (153 изображения).

Открыть доступ

М.С.САРЬЯН

(1880 – 1972)

Человеческую сущность искусства Мартироса Сарьяна определили два важнейших качества – жизнелюбие и патриотизм. Эти черты до последних дней побуждали его к творчеству, давали энергию и вдохновение. 

Пантеистическое чувство преклонения перед природой сформировалось в Сарьяне с ранних лет. Он всегда следовал своему пониманию жизни: никогда не идти наперекор природе. В художнике всегда счастливо сочетались человек от земли и интеллигент, мудрость мыслителя и пылкость поисков молодости.

В особой выразительности художественного языка мастера, в его особом цветовом анализе реальной формы ощутимы не только тенденции новейшей живописи, но и концентрация непосредственных впечатлений от родной земли и отзвуки древних традиций национального искусства.

Цвет для Сарьяна – главное в живописи, его рисунок предельно лаконичен. При помощи цвета он добивался необыкновенной выразительности своих картин, проявляя удивительное мастерство в передаче света, холода и тепла одними только сочетаниями цветовых пятен.

Именно световой контраст для Мартироса Сарьяна означал утверждение власти света. Свет – это первооснова. Его силой определяются рисунок и форма, а главное – звучность цвета. По Сарьяну, чем ярче свет, тем выразительнее «поёт» цвет. Такова концепция сарьяновского реализма, такова сложнейшая художественная задача, которую своим искусством он решил блестяще.

Мартирос Сергеевич Сарьян родился 16 (28) февраля 1880 года в Новой Нахичевани близ Ростова-на-Дону в крестьянской семье. Первые художественные навыки получил в Нахичеванском городском училище. Учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (1897-1904) и в мастерской В.А.Серова и К.А.Коровина.

Входил в кружок художников во главе с Павлом Кузнецовым. С 1900 в летние месяцы систематически посещал Северный Кавказ и Закавказье, побывал в Константинополе (1910), путешествовал по Египту (1911) и Персии (1913).

Член содружества художников «Голубая роза» (1907), «Союза русских художников» (1911-1913), «Мир искусства» (1915-1917), «4 искусства» (с 1925).

С 1921 года жил в Эривани-Ереване. В 1921 году организовал Государственный музей археологии, этнографии и изобразительного искусства, став его первым директором. Принимал участие в создании Ереванского художественного училища и Союза армянских художников.

Работал как театральный художник, сотрудничая с Театром оперы и балета им. А.Спендиарова в Ереване, Московским музыкальным театром им. В.И.Немировича-Данченко и другими. Иллюстрировал произведения армянских писателей.

В 1937 году получил Гран-при на Всемирной выставке в Париже. Народный художник СССР (1960), действительный член АХ СССР (1947), Герой Социалистического труда. В Ереване открыт Дом-музей М.Сарьяна.

 

1. Сарьян Мартирос "Восточная сказка" 1903 Бумага, акварель 23х21 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 1. Сарьян Мартирос «Восточная сказка» 1903 Бумага, акварель 23х21 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван2. Сарьян Мартирос "Сказка" 1904 Бумага, акварель 24х33 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 2. Сарьян Мартирос «Сказка» 1904 Бумага, акварель 24х33 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 3. Сарьян Мартирос "У подножия Арарата. Сказка" 1904 Бумага, акварель 24х33 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 3. Сарьян Мартирос «У подножия Арарата. Сказка» 1904 Бумага, акварель 24х33 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван4. Сарьян Мартирос "Король с дочерью. Сказка" 1904 Бумага, акварель 25х34 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 4. Сарьян Мартирос «Король с дочерью. Сказка» 1904 Бумага, акварель 25х34 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 5. Сарьян Мартирос "У родника. На склонах Арагаца" 1904 Бумага, акварель 25х34 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 5. Сарьян Мартирос «У родника. На склонах Арагаца» 1904 Бумага, акварель 25х34 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван6. Сарьян Мартирос "Чары солнца. Сказка" 1905 Картон, темпера 18,5х31,5 Ставропольский краевой музей изобразительного искусства 6. Сарьян Мартирос «Чары солнца. Сказка» 1905 Картон, темпера 18,5х31,5 Ставропольский краевой музей изобразительного искусства 7. Сарьян Мартирос "Озеро фей" 1905 Бумага, гуашь 24,5х24,5 Государственная Третьяковская галерея 7. Сарьян Мартирос «Озеро фей» 1905 Бумага, гуашь 24,5х24,5 Государственная Третьяковская галерея8. Сарьян Мартирос "Цветущие горы (В ущелье Ахуряна)" 1905 Бумага, акварель 67х66 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 8. Сарьян Мартирос «Цветущие горы (В ущелье Ахуряна)» 1905 Бумага, акварель 67х66 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 9. Сарьян Мартирос "Портрет М.Африкян" 1905 Холст, масло 107х89 Национальная галерея Армении, Ереван 9. Сарьян Мартирос «Портрет М.Африкян» 1905 Холст, масло 107х89 Национальная галерея Армении, Ереван10. Сарьян Мартирос "Любовь. Сказка" 1906 Бумага, акварель 24х17 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 10. Сарьян Мартирос «Любовь. Сказка» 1906 Бумага, акварель 24х17 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 11. Сарьян Мартирос "Поэт" 1906 Темпера, холст Нахождение неизвестно 11. Сарьян Мартирос «Поэт» 1906 Темпера, холст Нахождение неизвестно12. Сарьян Мартирос "Комета" 1907 Картон, темпера 35х30,5 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 12. Сарьян Мартирос «Комета» 1907 Картон, темпера 35х30,5 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 13. Сарьян Мартирос "У гранатового дерева" 1907 Картон, темпера 34,5х52,5 Государственная Третьяковская галерея 13. Сарьян Мартирос «У гранатового дерева» 1907 Картон, темпера 34,5х52,5 Государственная Третьяковская галерея14. Сарьян Мартирос "Под деревьями" 1907 Картон, темпера 26,5х34 Национальная галерея Армении, Ереван 14. Сарьян Мартирос «Под деревьями» 1907 Картон, темпера 26,5х34 Национальная галерея Армении, Ереван 15. Сарьян Мартирос "На Кавказе (Тифлис)" 1907 Темпера, холст 34х48 Из собрания К.Сарьян 15. Сарьян Мартирос «На Кавказе (Тифлис)» 1907 Темпера, холст 34х48 Из собрания К.Сарьян16. Сарьян Мартирос "Пантеры" 1907 Темпера, холст 35,5х51 Национальная галерея Армении, Ереван 16. Сарьян Мартирос «Пантеры» 1907 Темпера, холст 35,5х51 Национальная галерея Армении, Ереван 17. Сарьян Мартирос "В тени" 1908 Картон, темпера 26х36 Из собрания А.В.Саакян-Барановой 17. Сарьян Мартирос «В тени» 1908 Картон, темпера 26х36 Из собрания А.В.Саакян-Барановой18. Сарьян Мартирос "У моря. Сфинкс" 1908 Картон, темпера 65х73 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 18. Сарьян Мартирос «У моря. Сфинкс» 1908 Картон, темпера 65х73 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 19. Сарьян Мартирос "У колодца. Жаркий день" 1908 Темпера, холст 51х63 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 19. Сарьян Мартирос «У колодца. Жаркий день» 1908 Темпера, холст 51х63 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван20. Сарьян Мартирос "Утро в Ставрино" 1909 Темпера, холст 50х69 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван 20. Сарьян Мартирос «Утро в Ставрино» 1909 Темпера, холст 50х69 Дом-музей М.Сарьяна, Ереван Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

cultobzor.ru

Мартирос Сарьян – биография и картины художника в жанре Реализм, Символизм – Art Challenge

Мартирос Сарьян (1880 - 1972) - один из великих художников ХХ века, выдающийся мастер цвета. «Цвет - это истинное чудо! - восклицал художник. - В сочетании с солнечным светом он создаёт внутреннее содержание формы, выражает суть вселенского бытия». Для армянского изобразительного искусства самой крупной фигурой такого рода был Мартирос Сарьян, и эволюция его творчества представляется поэтому наиболее поучительной. Ключом к живописному методу Сарьяна всегда был принцип обобщения, понятого в самых разных смыслах: от темы и настроения до пятна и штриха. Полотна Сарьяна, написанные яркими, насыщенными красками, развивают новое эстетическое восприятие, давая возможность понять, что искусство не есть лишь имитация реальности: оно требует свободы воображения и абстрагирования. В то же время художник сохраняет в своих произведениях простые природные формы. Мартирос Сарьян всегда считал природу своим главным учителем.

Сарьян первой половины 1910-х годов – смелый новатор мастерски соединивший живописные традиции Востока с новыми достижениями европейского искусства ХХ века. Художник получил признание в России. Его картины были приобретены Третьяковской галереей, некоторые экспонированы в Европе.

Мартирос Сарьян родился 28 февраля 1880 года в России, в армянском городе Новая Нахичевань, близ реки Дон (ныне входит в Ростов-на-Дону). Предки Сарьяна были выходцами из Ани – древней столицы Армении. Родители будущего художника занимались земледелием. В семье было восемь детей, жили трудно. Между тем Сарьян с особым вдохновением часто вспоминал детские годы, проведённые в степи. Детское восприятие мира навсегда определило роль природного солнечного света и естественного несмешанного цвета в визуальном восприятии художника.

В 1895 году Мартирос Сарьян окончил общеобразовательное армяно-русское городское училище Новой Нахичевани. После окончания школы Сарьян поступил на работу в почтовую контору. Здесь в свободное время он перерисовывал картинки из журналов и делал наброски с интересных типажей, встречающихся среди посетителей конторы. Старший брат Сарьяна, Ованнес, поддержав увлечение Мартироса, познакомил его со своим приятелем, художником А. Арцатбаняном, студентом Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Оценив природное дарование юноши, Арцатбанян подготовил Мартироса к вступительным экзаменам.

В 1897 году, в 17 лет, Мартирос Сарьян становится студентом Московского училища.

Занятия в открытых при училище мастерских известного русского импрессиониста К.Коровина и замечательного живописца В.Серова развивали профессиональные навыки молодого художника. В начальный период портреты и пейзажи Сарьяна ещё не обнаруживают индивидуального почерка художника, однако уже эти работы свидетельствуют о мастерстве начинающего художника.Поездки на Кавказ в 1901-1903 гг. стали для Сарьяна истинным откровением.

Летом 1902 года художник побывал в Ани, древней столице Армении. «В красочных уголках юга, в древней нашей стране я вновь обрёл сказочный мир моего детства», - рассказывал художник.

Под воздействием южного солнца и создаваемых им оптических цветовых эффектов меняется палитра и образная система первых творчески самостоятельных работ Сарьяна. «Самый трудный период моей жизни - это время первоначальных исканий, - вспоминает художник. - ...Проторенные дороги не удовлетворяли меня… Я решил следовать своим собственным устремлениям… Всё, что я писал с 1904 года, было сплетением реальности и фантастики. Реальности, потому что я писал под впечатлением увиденного; фантастики, поскольку я синтезировал это в своём воображении.»

В 1904-1907 гг. Сарьян создаёт акварельный цикл «Сказки и сны». Изображая простые по форме фигуры людей и животных на фоне многообразной, пока условной по характеру природы, Сарьян добивается необычной пластики и мелодичности.

Некоторые листы этого цикла были экспонированы в 1907 году в Москве, на выставке «Голубая роза», где впервые были представлены работы русских художников-символистов.

С 1908 года в произведениях Сарьяна акварель полностью заменяется темперой. Такие работы, как «У колодца, жаркий день», «У моря. Сфинкс», обнаруживают развитие красочной палитры художника. Чистые, звучные краски ложатся на картон отдельными длинными мазками, создавая искрящиеся переливы цветовой гаммы, насыщенной солнечным светом. Среди них выделяется созданная в 1905 году картина «Чары солнца». Простой, незамысловатый сюжет строится здесь путём гармоничного сочетания обобщённых, силуэтных форм, выписанных яркими красками. Звучное колористическое решение этой композиции предшествует знакомству Сарьяна с работами Матисса, основоположника французского фовизма. Первые выставки работ французских художников конца ХIХ - начала ХХ вв. из коллекции С.Щукина и И. Морозова были открыты в Москве лишь в 1906 году. Свои первые впечатления о новых принципах живописи европейских мастеров Сарьян выразил в одном из своих писем 1908 года: «Поразителен Гоген своей новой религией, открывшей сокровенный духовный мир дикарей европейцу. Бесподобен Сезанн, твёрд, убедителен в своей плотной и сверкающей живописи. Очень интересен Ван Гог, искатель беспокойный и больной». («Мартирос Сарьян. Письма», с.72). Вместе с тем Сарьян признавался, что знакомство с французами ещё более окрылило его и убедило в верности избранного пути и своих взглядов на живопись.

Многие художники России испытали в тот период влияние новой французской живописи. Однако работы Сарьяна отличались особыми средствами выразительности. В основе стилистических принципов армянского художника лежит соотношение больших плоскостей несмешанных чистых цветов, создающих обобщённую характеристику визуально воспринимаемых форм и пластики их движения. Сарьяну была близка стилистика средневековой армянской миниатюры, которую отличает взаимодействие контрастных цветов и простых ритмических линий, создающих символические формы, присущие непосредственности народного мышления. Подобная особенность художественного языка была творчески развита в произведениях Сарьяна и во многом определила своеобразие его стилистических приёмов.

В 1909 г. на смену фантастическим грёзам постепенно приходят более реальные, непосредственные наблюдения природы и окружающего мира. Намечается развитое в последующий период изменение технических приёмов, сюжетных мотивов и общей системы художественных образов. В картинах «Автопортрет», «Бегущая собака», «Гиены» кристаллизуется яркая, звучная палитра, цветовые гармонии покоряют лаконизмом и точностью образной характеристики. В этот период Сарьян активно участвует в выставках, организованных журналом «Золотое руно».

Поездки на Восток 1910 -1913Интерес к восточной культуре стал определяющим на пути развития европейского и русского искусства XX века. Но в творчестве Сарьяна, художника армянского происхождения, обращение к Востоку стало и важным этапом самопознания. Желание познать мир Востока и себя, как часть этого мира, руководило художником в период путешествий в Египет (1911 г.) и страны Среднего Востока – Турцию (Константинополь,1910 г.), Персию (1913 г.).

«У меня была цель – понять Восток, найти характерные его черты, чтобы ещё больше обосновать свои искания в живописи, - писал художник. - Я хотел передать реализм Востока, найти убедительные пути изображения этого мира,…выявить его новое художественное осмысление».

«Я прожил в Константинополе почти два месяца и за это время хорошо поработал,- вспоминает Сарьян. - Самый большой интерес для меня представляла улица, ритм её жизни, яркая толпа и собаки…, жившие здесь целыми семейными стаями». («Из моей жизни», с.102). В этот период Сарьян пишет исключительно темперой на белом плотном картоне, обобщая в каждой картине свои самые яркие впечатления. «…Когда что-нибудь не удавалось, я вновь ездил в ту же местность для углубления своих впечатлений, получения нового импульса и для самопроверки…Передо мной стояла проблема – возможно ясней и лаконичней передать на картоне палящий зной солнечного света и связанную с этим контрастность цвета». Стараясь воссоздать реально разворачивающуюся жизнь Востока, Сарьян увеличивает масштаб своих композиций, которые строит на одной плоскости. Объём и глубина здесь достигаются благодаря контрастным синим теням, которые сопровождают плавно плывущие по жёлто-оранжевым улицам фигуры женщин в парандже или стайки собак, приобретающих невероятные цветовые оттенки в свете раскалённого солнца.

По возвращении из Константинополя Сарьян представил свои новые работы на выставке «Московского товарищества художников». Картины «Глицинии», «Фруктовая лавочка», позднее «Улица. Полдень» были приобретены Третьяковской галереей. Это был первый случай, когда галерея приобретала работы молодого художника-новатора. Картины Сарьяна, выставленные в Риме осенью 1911 года, вызвали живой интерес в художественных кругах.

Поездка в Египет обогатила творчество Сарьяна новыми работами, ставшими ярким выражением его самобытного стиля. В Египте художника более всего поразила нерасторжимая связь древней культуры с современностью. «При выходе из Булакского музея можно было увидеть тут же на улице людей, которые словно и были теми натурщиками, с которых высекались выставленные в музее скульптуры. У них тот же тип лица, жесты, манера ходить с приподнятыми плечами…Будто шли они прямо из глубины тысячелетий… и пришли эти люди прямо в сегодня вместе с изумительными памятниками, воздвигнутыми их предками, на заре человеческой цивилизации».

Идея вечности и бессмертия духа, воплощённая в египетском искусстве, была созвучна мировоззрению Сарьяна, глубоко верившего в то, что человек не умирает, ибо он - сама природа. Маски, привезённые художником из Египта, стали в его творчестве символом вечного бытия духа.

В 1912 году Сарьян вновь отправляется в Армению, на сей раз в северо-западные её районы (Ардануч, Ардвин, Ардаган). Здесь, в отличие от жёлтого моря египетской пустыни, где контрасты зелёного и синего были особенно резкими, глаз художника уловил более мягкие, приглушённые соотношения характерных для данной местности красок.

В 1913 году Сарьян побывал в Персии. Вобрав в себя впечатления о быте и культуре этой страны, художник создал несколько композиционных картин на персидские темы уже в своей московской мастерской.

Новый этап творчества (1914 -1920)Сарьян отличался огромной взыскательностью к самому себе и удивительным чутьём истинного в искусстве. «Мне не нравился мой успех, я боялся стать модным художником , - признавался он. – Я чувствовал настоятельную необходимость обновить моё искусство, не допускать появления в нём штампов и трафаретов».

Художник намеревался продолжить свои путешествия на Восток, мечтал побывать в Китае, Японии, Индии. Но Первая мировая война полностью расстроила его творческие планы художника.

Весной 1914 года Сарьян уезжает в Тифлис (Грузия), участвует здесь в работе Армянского этнографического общества, едет в Гохтан (Южная Армения, ныне входит в Азербайджан).Свои новые работы, пейзажи и натюрморты, Сарьян выставляет в Москве, на очередной выставке журнала «Мир искусства», затем участвует в Балтийской выставке в Мальмё (Швеция). Одна из картин Сарьяна, «Дерево» (1910), осталась в собрании художественного музея Мальмё.

Однако дальнейшее развитие творчества художника было прервано трагическими событиями в Армении. «Но вот в 1915 году я узнал о бедах, вновь павших на долю Армении. Бросил всё и уехал на родину. В Эчмиадзине и вокруг него я встретил толпы людей, бежавших от геноцида из Турецкой Армении… На моих глазах умирали люди, а я почти ничем не мог им помочь… Я тяжело заболел, меня увезли в Тифлис с явными признаками глубокого душевного расстройства», - вспоминал Сарьян.

Художник долго не мог работать. Но первое, что он создал после пережитого, была картина, изображающая огромный букет красных цветов. Путь спасения был найден: «Искусство должно призывать человека к жизни, к борьбе, вневременными, общечеловеческими мотивами внушать ему веру и надежду, а не подавлять его описанием трагичных сюжетов».

В конце 1915 года Сарьян вновь участвует в очередной выставке «Мира искусства».

В 1916 году вместе с собравшимися в Тифлисе армянскими живописцами Е.Татевосяном, В.Суренянцем, П.Терлемезяном Сарьян основывает «Товарищество армянских художников», создаёт его эмблему. «Едва оставшийся в живых народ стремился сплочением прогрессивных духовных сил залечить свои тяжёлые раны», - писал Сарьян.

Начался новый этап жизни и творчества Сарьяна: «В эти дни страданий я всем сердцем, всем своим существом породнился со своим народом. И не было бы меня как художника, как личности, если бы не выросло во мне это чувство родины. Ей я посвятил всё своё дальнейшее творчество».

17 апреля 1916 года состоялось венчание Мартироса Сарьяна с Лусик Агаян в сельской церкви (Цхнеты). В Москве вышла в свет оформленная Сарьяном антология «Поэзия Армении» под редакцией В.Брюсова. В конце 1917 года художник в последний раз участвует в очередной выставке «Мира искусства».

В 1917 году Сарьян переезжает с женой в Нахичевань, в дом матери, но часто бывает в Тифлисе, где его застаёт Октябрьская революция.

В семье Сарьянов рождается сын, Саркис, впоследствии литературовед, специалист по итальянской и армянской литературе.

В 1918 -1919 годах Сарьян живёт с семьёй в Новой Нахичевани. Художник становится инициатором создания и первым директором Армянского краеведческого музея в Ростове. На выставке «Лотос», где участвовали армянские и русские художники, Сарьян выставляет 45 работ. Помимо ранних, здесь были представлены и последние картины, развивающие в новом качестве восточную тематику: «Портрет Н.Комурджян» (1917), «Старый Тифлис» (1917), «Красная лошадь» (1919). Художник оформляет «Красную книгу» Гр.Чалхушяна о трагедии армянского геноцида, создаёт эскиз для обложки книги стихов М.Шагинян «Ориенталия».

В 1920 году рождается второй сын Сарьяна, Газарос (Лазарь), впоследствии известный композитор.

В 1921 году, по приглашению председателя Совета народных комиссаров Армении А.Мясникяна Сарьян переезжает с семьёй в Ереван на постоянное жительство. Здесь он организует Государственный музей археологии, этнографии и изобразительного искусства, принимает участие в создании Ереванского художественного училища и Товарищества работников изобразительного искусства.

В 1922 году по эскизам Сарьяна были созданы герб и флаг Советской Армении. Собирательный образ возрождённой родины художник запечатлевает в эскизе для занавеса Первого драматического театра в Ереване.

Совершая поездки в разные районы Армении, художник создаёт картины на пленэре, созерцая и как бы выхватывая у природы быстро меняющиеся под воздействием солнца соотношения красок. Желание передать реальную, вещно-предметную сторону природы и жизни народа приводит к быстрой, этюдной манере письма маслом. Словно кадр за кадром встают перед нами обожжённая солнцем долина («Армения, этюд»), низкие глинобитные домики с плоскими крышами («Ереван, этюд»), летний зной («Арагац летом») и приятная прохлада тенистых садов («Дворик в Ереване»). Минуя импрессионистическую манеру письма, преображающую предмет в цветосветовую субстанцию, Сарьян стремился своеобразным живописующим рисунком, в котором сконцентрированы характерный цвет и линия формы, создать полнокровный образ в его материальной и объёмной целостности. Однако это не пассивное воспроизведение виденного, а умение силой активного воображения в одном остановленном кадре передать внутреннюю сущность реальной, развивающейся во времени и пространстве жизни.

В работах 1924 года вновь преобладает характерное для Сарьяна обобщение образа, воссоздающего картину мира, не ограниченного пределами данной страны, а активизирующего наше эмоциональное и интеллектуальное восприятие жизни в целом («Ереван», «Полдневная тишь», «Пёстрый пейзаж» и др.). Свои новые работы Сарьян экспонирует на XIV Международной выставке (Биеналле ди Венеция).

Живший в ту пору в Италии армянский поэт Аветик Исаакян, впоследствии близкий друг Сарьяна, опубликовал в газете «Айреник» (Париж, 5 августа 1924 г.) статью, в которой оценил творчество художника как явление огромной исторической важности для развития армянской культуры. «Он подводит научную основу под нашу живопись,- писал поэт,- или точнее, пробуждает и развивает старое, так как элеметны этого нового искусства живут в глубине веков нашей матери-родины».

Итальянская пресса также высоко оценила искусство армянского мастера. «Картины Сарьяна являются ярким выражением такого сильного и самобытного темперамента, что не могут не произвести сильнейшего впечатления на зрителя. И краски его, и рисунок заслуживают большого внимания с точки зрения исканий современного искусства», - писал итальянский критик Дж.Спровиери.

В 1925 году впервые за советские годы картины Сарьяна экспонировались в Москве, на выставке «Четыре искусства». Работы армянского мастера были высоко оценены столичной прессой. Летом этого же года картины, оставшиеся после выставки 1914 года в Мальмё (Швеция), были переправлены И. Грабарём на выставку русского искусства в музей Лос-Анджелеса. В конце года Мартиросу Сарьяну было присвоено звание Народного художника Армении.

В Париже (1926 -1928)

После успеха на выставке в Москве Сарьяну была предоставлена возможность поехать за границу. «Я хотел непременно побывать в столице художников – Париже», - признавался Сарьян.

В Париже Сарьян дважды экспонировал свои работы на выставках русского и армянского искусства, но главной была его персональная выставка, открывшаяся в январе 1928 года в салоне Ш.-О. Жирара. Текст к каталогу выставки был написан известным критиком Луи Вокселем. Экспонировалось около сорока картин, созданных художником в Париже. В произведениях парижского периода преобладает армянская тематика, получившая качественно новую разработку. Лишь в нескольких этюдах Сарьян обращается к набережным Сены, Марны, даёт вид из своей мастерской. Эти этюды отличаются соотношением мягких переходов не слишком сильных, но чистых тонов. В этот период художник также оформляет пьесу «Зулейка» К.Гоцци для театра Н.Балиева «Летучая Мышь».

Искусство Сарьяна пользовалось в Париже редким для иностранца успехом, «экзамен», как выражался сам художник, был выдержан. Однако сегодня трудно судить об этом важном периоде творческой эволюции художника. На обратном пути в Армению картины Сарьяна сгорели на корабле. «Французский пароход «Фиржи», который вёз мои картины, должен был погрузить в Новороссийском порту яйца и с этой целью забрал с собой древесные опилки. Ящики с картинами были уложены как раз на этих опилках... В Константинопольском порту на корабле по случайной причине, или преднамеренно, возник пожар – загорелись опилки – и... от моих сорока картин остался лишь небольшой клочок холста», - с болью вспоминал художник. Уцелели только те картины, которые были проданы Сарьяном в Париже, а также несколько этюдов, которые он вёз с собой.

Среди них «Гегамские горы» (1927), «К роднику» (1926), «На Марне» (1927), «Из окна мастерской» (1927), Национальная галерея Армении), «Газели» (1926).

Снова в Армении (1929 -1945)

Судьба уготовила художнику тяжёлое испытание. Но, как это и было свойственно творцу удивительно жизнеутверждающего искусства, мобилизовав свою волю, Сарьян постепенно возвращается к работе. Как писал А.Эфрос, «...мало было привезти с собой запас сил и обострённое мастерство. Надо было ещё найти в них соответствие тому, что делалось вокруг...Сарьяну предстояло нагонять свою страну, но нагонять не приспособленцем..., а тем же подлинным и строгим к себе художником, каким он был всегда» («О Сарьяне», с.128).

А вокруг шло строительство нового Еревана, ранее представлявшего собой беспорядочно громоздящиеся низкие глинобитные строения. «Но, когда со всех сторон застучали молотки, когда мысль заработала и мускулистые руки приступили к работе, всё изменилось. Ереван стал постепенно светлеть и оживать». («Из моей жизни», с.125). В этот период излюбленным жанром Сарьяна становится городской пейзаж. Лаконизм сюжетной основы, предельно упрощённое, силуэтное решение человеческих фигур в их характерном движении - таков сарьяновский стиль этих лет. Одна за другой появляются картины: «Ереванский дворик весной», «Старый Ереван» (1928, Третьяковская галерея), «Старое и самое новое» (1929, Русский музей), «Берега Зангу в Ереване», «Уголок старого Еревана», «Строительство моста» и другие.

В 1928 -1929 годах Сарьян участвует на различных выставках в Ереване и Москве.

С 1930 года яркие, отражающие передовые поиски современной живописи, полотна мастера постоянно экспонировались на выставках советского искусства в Европе (Стокгольм, Вена, Берлин, Венеция, Цюрих и др).

В 1930 году в оперном театре Одессы состоялась премьера оформленной Сарьяном оперы А. Спендиарова «Алмаст», а в 1932 году в московском театре им. Станиславского – постановка оперы Н. Римского-Корсакова «Золотой петушок» (Сарьян оформил второй акт). 1932 год был знаменателен и другим событием в жизни Сарьяна: в Ереване закончилось строительство его дома с мастерской. Решение создать для художника специальные условия для жизни и работы было принято правительством Армении ещё в 1924 году, после успеха Сарьяна на венецианской выставке.

В 1934 году Сарьян едет в Туркмению, создаёт серию картин, в которых ощущается давняя любовь художника к Востоку. Под редакцией известного армянского поэта Е. Чаренца выходит иллюстрированная Сарьяном поэма персидского поэта Фирдоуси «Рустам и Зохраб».

Однако именно в начале 1930-х стала последовательно проводиться сталинская политика идеологического давления на деятелей культуры. Постановления 1932 года ограничивали свободу творчества, политика «железного занавеса» ограждала Сарьяна от общения с западной культурой, вырывая его творчество из контекста мировой современной художественной жизни.

На требования создать прославляющий портрет вождя страны Сталина Сарьян отвечал, что привык писать с натуры.

В 1937 году были сожжены созданные Сарьяном 12 портретов передовых армянских государственных деятелей и представителей интеллигенции, подвергшихся репрессии как «враги народа». Но один из этих портретов, спрятанный работниками музея, уцелел. Это портрет поэта Егише Чаренца (1923).

В 1939 году художник создал ещё одно большое панно для армянского павильона сельскохозяйственной выставки в Москве. Обязательный портрет вождя страны не фигурировал в огромном пейзаже Армении. Пришлось установить на фоне сарьяновского панно скульптуру Сталина, исполненную Г.Кепиновым.

В эти годы Сарьян писал очень мало картин. Среди его работ преобладали эскизы к театральным декорациям, иллюстрации к книгам.

В годы Второй мировой войны (1941-1945) художнику была предоставлена некоторая свобода творчества. Сарьян создал серию прекрасных портретов деятелей культуры. А выражением гражданской позиции художника явился тот факт, что его младший сын ушёл на фронт. Ведь решалась и судьба Армении. Переживания тех лет нашли выражение в картине «Из жизни художника. Портрет Лусик Сарьян», а также в знаменитом автопортрете «Три возраста». Эти работы явились новаторскими в жанре портрета. Посредством характерного для восточной живописи сопоставления разновременных событий художник раскрывает внутреннюю жизнь и психологическое состояние своих моделей. Так, мандарин в руке жены в зеркале отражается письмом, которое ждали от сына. А вековую историю родной земли, которую надо было уберечь от врага, художник сопоставляет с тремя ипостасями своей жизни, читающимися как внук, отец, дед.

В связи с Победой и возвращением сына Сарьян создал самое большое своё полотно в жанре натюрморта - «Армянам - бойцам Великой Отечественной войны.

Цветы» (1945, Национальная галерея Армении).

В 1941 году Мастер был удостоен Государственной премии за оформление оперы А.Спендиарова «Алмаст», новая постановка которой состоялась в дни Декады армянского искусства в Москве (1939).

В 1947 году была создана Академия художеств СССР, и Сарьян был избран действительным её членом. Но вместе с тем Сарьяну было предъявлено самое тяжёлое в те годы для художника обвинение в формализме (1948).

Сарьян тяжело переживал необоснованные нападки критики. В порыве боли и разочарования он разрезал один из своих лучших холстов 1910-х годов – «Большой восточный натюрморт». К счастью, молодые художники, которыми всегда был окружён Мастер, вырвали из рук Сарьяна куски холста, обратную сторону которых художник намеревался использовать для новых работ. Картина была восстановлена, но рубцы на ней заметны и по сей день.

В 1951 году Сарьян едет в санаторий «Узкое» в Подмосковье - лечить сердце. Здесь он постепенно приходит в себя, присущие художнику жизнестойкость и вера в силу искусства возвращают его к работе. В эти годы в творчестве Сарьяна продолжает развиваться наметившийся ещё в 1933-1935 годах, но постоянно прерываемый, интерес к портретному жанру. В 1950-х Сарьян писал портреты своих современников, не столь великих, но мыслящих и переживающих весь драматизм своего времени. Сарьян никогда не заставлял портретируемого позировать в искусственной, быстро утомляющей позе. Он беседовал с ним о самых волнующих его вопросах, о наболевшем, и тот непроизвольно принимал характерную для себя позу и выражение лица. Это-то и схватывал художник, быстро, в два сеанса, заканчивая портрет.

С приходом к власти Н.С.Хрущёва ситуация в сфере искусства во многом изменилась. Свободнее вздохнул и Сарьян. Новое развитие в его творчестве получает жанр пейзажа. Художник снова ездит по Армении, создаёт серию пейзажей в Двине (1952), на Севане (1953), в Лори (1952), в Бюракане (1957-1958). В его картинах вновь предстают обласканный кистью мастера Арарат, характерные горные хребты Армении в сиянии солнечных красок. Работы этого периода были объединены в цикл «Моя Родина», за который в 1961 году Сарьян получил Ленинскую премию.

В 1965 году широко отмечался 85-летний юбилей художника, состоялись его персональные выставки в Москве и Ереване. Мастер был удостоен звания Героя Социалистического Труда. На киностудии «Арменфильм» был создан фильм «Мартирос Сарьян» (реж. - Л.Вагаршян, автор текста - И.Эренбург).

В 1966 году Сарьян получил Государственную премию Армянской ССР. Вышла в свет книга мемуаров художника «Из моей жизни» (на арм. яз., позднее была издана на четырёх языках).

В ноябре 1967 года в Ереване открылся Дом-музей Мартироса Сарьяна. Персональные выставки художника состоялись в Румынии, Чехословакии, Венгрии, ГДР.

В 1971-1972 годах Сарьян создал серию рисунков фломастером. В них очевиден возврат художника к гармоничной мелодике и пластике раннего акварельного цикла «Сказки и сны». Но рисунки эти отличаются неким медитативным погружением в образы армянской природы, жившие в сердце и памяти художника. Последний из рисунков датирован Мастером 04 - 04 - 72, то есть за месяц до его смерти...

http://worldartdalia.blogspot.am/2012/05/1880-1972.html

Мартирос Сарьян (1880 - 1972) - один из великих художников ХХ века, выдающийся мастер цвета. «Цвет - это истинное чудо! - восклицал художник. - В сочетании с солнечным светом он создаёт внутреннее содержание формы, выражает суть вселенского бытия». Для армянского изобразительного искусства самой крупной фигурой такого рода был Мартирос Сарьян, и эволюция его творчества представляется поэтому наиболее поучительной.Ключом к живописному методу Сарьяна всегда был принцип обобщения, понятого в самых разных смыслах: от темы и настроения до пятна и штриха.Полотна Сарьяна, написанные яркими, насыщенными красками, развивают новое эстетическое восприятие, давая возможность понять, что искусство не есть лишь имитация реальности: оно требует свободы воображения и абстрагирования. В то же время художник сохраняет в своих произведениях простые природные формы. Мартирос Сарьян всегда считал природу своим главным учителем.

Сарьян первой половины 1910-х годов – смелый новатор мастерски соединивший живописные традиции Востока с новыми достижениями европейского искусства ХХ века. Художник получил признание в России. Его картины были приобретены Третьяковской галереей, некоторые экспонированы в Европе.

Мартирос Сарьян родился 28 февраля 1880 года в России, в армянском городе Новая Нахичевань, близ реки Дон (ныне входит в Ростов-на-Дону). Предки Сарьяна были выходцами из Ани – древней столицы Армении. Родители будущего художника занимались земледелием. В семье было восемь детей, жили трудно. Между тем Сарьян с особым вдохновением часто вспоминал детские годы, проведённые в степи. Детское восприятие мира навсегда определило роль природного солнечного света и естественного несмешанного цвета в визуальном восприятии художника.

В 1895 году Мартирос Сарьян окончил общеобразовательное армяно-русское городское училище Новой Нахичевани. После окончания школы Сарьян поступил на работу в почтовую контору. Здесь в свободное время он перерисовывал картинки из журналов и делал наброски с интересных типажей, встречающихся среди посетителей конторы. Старший брат Сарьяна, Ованнес, поддержав увлечение Мартироса, познакомил его со своим приятелем, художником А. Арцатбаняном, студентом Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Оценив природное дарование юноши, Арцатбанян подготовил Мартироса к вступительным экзаменам.

В 1897 году, в 17 лет, Мартирос Сарьян становится студентом Московского училища.

Занятия в открытых при училище мастерских известного русского импрессиониста К.Коровина и замечательного живописца В.Серова развивали профессиональные навыки молодого художника. В начальный период портреты и пейзажи Сарьяна ещё не обнаруживают индивидуального почерка художника, однако уже эти работы свидетельствуют о мастерстве начинающего художника.Поездки на Кавказ в 1901-1903 гг. стали для Сарьяна истинным откровением.

Летом 1902 года художник побывал в Ани, древней столице Армении. «В красочных уголках юга, в древней нашей стране я вновь обрёл сказочный мир моего детства», - рассказывал художник.

Под воздействием южного солнца и создаваемых им оптических цветовых эффектов меняется палитра и образная система первых творчески самостоятельных работ Сарьяна. «Самый трудный период моей жизни - это время первоначальных исканий, - вспоминает художник. - ...Проторенные дороги не удовлетворяли меня… Я решил следовать своим собственным устремлениям… Всё, что я писал с 1904 года, было сплетением реальности и фантастики. Реальности, потому что я писал под впечатлением увиденного; фантастики, поскольку я синтезировал это в своём воображении.»

В 1904-1907 гг. Сарьян создаёт акварельный цикл «Сказки и сны». Изображая простые по форме фигуры людей и животных на фоне многообразной, пока условной по характеру природы, Сарьян добивается необычной пластики и мелодичности.

Некоторые листы этого цикла были экспонированы в 1907 году в Москве, на выставке «Голубая роза», где впервые были представлены работы русских художников-символистов.

С 1908 года в произведениях Сарьяна акварель полностью заменяется темперой. Такие работы, как «У колодца, жаркий день», «У моря. Сфинкс», обнаруживают развитие красочной палитры художника. Чистые, звучные краски ложатся на картон отдельными длинными мазками, создавая искрящиеся переливы цветовой гаммы, насыщенной солнечным светом. Среди них выделяется созданная в 1905 году картина «Чары солнца». Простой, незамысловатый сюжет строится здесь путём гармоничного сочетания обобщённых, силуэтных форм, выписанных яркими красками. Звучное колористическое решение этой композиции предшествует знакомству Сарьяна с работами Матисса, основоположника французского фовизма. Первые выставки работ французских художников конца ХIХ - начала ХХ вв. из коллекции С.Щукина и И. Морозова были открыты в Москве лишь в 1906 году. Свои первые впечатления о новых принципах живописи европейских мастеров Сарьян выразил в одном из своих писем 1908 года: «Поразителен Гоген своей новой религией, открывшей сокровенный духовный мир дикарей европейцу. Бесподобен Сезанн, твёрд, убедителен в своей плотной и сверкающей живописи. Очень интересен Ван Гог, искатель беспокойный и больной». («Мартирос Сарьян. Письма», с.72). Вместе с тем Сарьян признавался, что знакомство с французами ещё более окрылило его и убедило в верности избранного пути и своих взглядов на живопись.

Многие художники России испытали в тот период влияние новой французской живописи. Однако работы Сарьяна отличались особыми средствами выразительности. В основе стилистических принципов армянского художника лежит соотношение больших плоскостей несмешанных чистых цветов, создающих обобщённую характеристику визуально воспринимаемых форм и пластики их движения. Сарьяну была близка стилистика средневековой армянской миниатюры, которую отличает взаимодействие контрастных цветов и простых ритмических линий, создающих символические формы, присущие непосредственности народного мышления. Подобная особенность художественного языка была творчески развита в произведениях Сарьяна и во многом определила своеобразие его стилистических приёмов.

В 1909 г. на смену фантастическим грёзам постепенно приходят более реальные, непосредственные наблюдения природы и окружающего мира. Намечается развитое в последующий период изменение технических приёмов, сюжетных мотивов и общей системы художественных образов. В картинах «Автопортрет», «Бегущая собака», «Гиены» кристаллизуется яркая, звучная палитра, цветовые гармонии покоряют лаконизмом и точностью образной характеристики. В этот период Сарьян активно участвует в выставках, организованных журналом «Золотое руно».

Поездки на Восток 1910 -1913Интерес к восточной культуре стал определяющим на пути развития европейского и русского искусства XX века. Но в творчестве Сарьяна, художника армянского происхождения, обращение к Востоку стало и важным этапом самопознания. Желание познать мир Востока и себя, как часть этого мира, руководило художником в период путешествий в Египет (1911 г.) и страны Среднего Востока – Турцию (Константинополь,1910 г.), Персию (1913 г.).

«У меня была цель – понять Восток, найти характерные его черты, чтобы ещё больше обосновать свои искания в живописи, - писал художник. - Я хотел передать реализм Востока, найти убедительные пути изображения этого мира,…выявить его новое художественное осмысление».

«Я прожил в Константинополе почти два месяца и за это время хорошо поработал,- вспоминает Сарьян. - Самый большой интерес для меня представляла улица, ритм её жизни, яркая толпа и собаки…, жившие здесь целыми семейными стаями». («Из моей жизни», с.102). В этот период Сарьян пишет исключительно темперой на белом плотном картоне, обобщая в каждой картине свои самые яркие впечатления. «…Когда что-нибудь не удавалось, я вновь ездил в ту же местность для углубления своих впечатлений, получения нового импульса и для самопроверки…Передо мной стояла проблема – возможно ясней и лаконичней передать на картоне палящий зной солнечного света и связанную с этим контрастность цвета». Стараясь воссоздать реально разворачивающуюся жизнь Востока, Сарьян увеличивает масштаб своих композиций, которые строит на одной плоскости. Объём и глубина здесь достигаются благодаря контрастным синим теням, которые сопровождают плавно плывущие по жёлто-оранжевым улицам фигуры женщин в парандже или стайки собак, приобретающих невероятные цветовые оттенки в свете раскалённого солнца.

По возвращении из Константинополя Сарьян представил свои новые работы на выставке «Московского товарищества художников». Картины «Глицинии», «Фруктовая лавочка», позднее «Улица. Полдень» были приобретены Третьяковской галереей. Это был первый случай, когда галерея приобретала работы молодого художника-новатора. Картины Сарьяна, выставленные в Риме осенью 1911 года, вызвали живой интерес в художественных кругах.

Поездка в Египет обогатила творчество Сарьяна новыми работами, ставшими ярким выражением его самобытного стиля. В Египте художника более всего поразила нерасторжимая связь древней культуры с современностью. «При выходе из Булакского музея можно было увидеть тут же на улице людей, которые словно и были теми натурщиками, с которых высекались выставленные в музее скульптуры. У них тот же тип лица, жесты, манера ходить с приподнятыми плечами…Будто шли они прямо из глубины тысячелетий… и пришли эти люди прямо в сегодня вместе с изумительными памятниками, воздвигнутыми их предками, на заре человеческой цивилизации».

Идея вечности и бессмертия духа, воплощённая в египетском искусстве, была созвучна мировоззрению Сарьяна, глубоко верившего в то, что человек не умирает, ибо он - сама природа. Маски, привезённые художником из Египта, стали в его творчестве символом вечного бытия духа.

В 1912 году Сарьян вновь отправляется в Армению, на сей раз в северо-западные её районы (Ардануч, Ардвин, Ардаган). Здесь, в отличие от жёлтого моря египетской пустыни, где контрасты зелёного и синего были особенно резкими, глаз художника уловил более мягкие, приглушённые соотношения характерных для данной местности красок.

В 1913 году Сарьян побывал в Персии. Вобрав в себя впечатления о быте и культуре этой страны, художник создал несколько композиционных картин на персидские темы уже в своей московской мастерской.

Новый этап творчества (1914 -1920)Сарьян отличался огромной взыскательностью к самому себе и удивительным чутьём истинного в искусстве. «Мне не нравился мой успех, я боялся стать модным художником , - признавался он. – Я чувствовал настоятельную необходимость обновить моё искусство, не допускать появления в нём штампов и трафаретов».

Художник намеревался продолжить свои путешествия на Восток, мечтал побывать в Китае, Японии, Индии. Но Первая мировая война полностью расстроила его творческие планы художника.

Весной 1914 года Сарьян уезжает в Тифлис (Грузия), участвует здесь в работе Армянского этнографического общества, едет в Гохтан (Южная Армения, ныне входит в Азербайджан).Свои новые работы, пейзажи и натюрморты, Сарьян выставляет в Москве, на очередной выставке журнала «Мир искусства», затем участвует в Балтийской выставке в Мальмё (Швеция). Одна из картин Сарьяна, «Дерево» (1910), осталась в собрании художественного музея Мальмё.

Однако дальнейшее развитие творчества художника было прервано трагическими событиями в Армении. «Но вот в 1915 году я узнал о бедах, вновь павших на долю Армении. Бросил всё и уехал на родину. В Эчмиадзине и вокруг него я встретил толпы людей, бежавших от геноцида из Турецкой Армении… На моих глазах умирали люди, а я почти ничем не мог им помочь… Я тяжело заболел, меня увезли в Тифлис с явными признаками глубокого душевного расстройства», - вспоминал Сарьян.

Художник долго не мог работать. Но первое, что он создал после пережитого, была картина, изображающая огромный букет красных цветов. Путь спасения был найден: «Искусство должно призывать человека к жизни, к борьбе, вневременными, общечеловеческими мотивами внушать ему веру и надежду, а не подавлять его описанием трагичных сюжетов».

В конце 1915 года Сарьян вновь участвует в очередной выставке «Мира искусства».

В 1916 году вместе с собравшимися в Тифлисе армянскими живописцами Е.Татевосяном, В.Суренянцем, П.Терлемезяном Сарьян основывает «Товарищество армянских художников», создаёт его эмблему. «Едва оставшийся в живых народ стремился сплочением прогрессивных духовных сил залечить свои тяжёлые раны», - писал Сарьян.

Начался новый этап жизни и творчества Сарьяна: «В эти дни страданий я всем сердцем, всем своим существом породнился со своим народом. И не было бы меня как художника, как личности, если бы не выросло во мне это чувство родины. Ей я посвятил всё своё дальнейшее творчество».

17 апреля 1916 года состоялось венчание Мартироса Сарьяна с Лусик Агаян в сельской церкви (Цхнеты). В Москве вышла в свет оформленная Сарьяном антология «Поэзия Армении» под редакцией В.Брюсова. В конце 1917 года художник в последний раз участвует в очередной выставке «Мира искусства».

В 1917 году Сарьян переезжает с женой в Нахичевань, в дом матери, но часто бывает в Тифлисе, где его застаёт Октябрьская революция.

В семье Сарьянов рождается сын, Саркис, впоследствии литературовед, специалист по итальянской и армянской литературе.

В 1918 -1919 годах Сарьян живёт с семьёй в Новой Нахичевани. Художник становится инициатором создания и первым директором Армянского краеведческого музея в Ростове. На выставке «Лотос», где участвовали армянские и русские художники, Сарьян выставляет 45 работ. Помимо ранних, здесь были представлены и последние картины, развивающие в новом качестве восточную тематику: «Портрет Н.Комурджян» (1917), «Старый Тифлис» (1917), «Красная лошадь» (1919). Художник оформляет «Красную книгу» Гр.Чалхушяна о трагедии армянского геноцида, создаёт эскиз для обложки книги стихов М.Шагинян «Ориенталия».

В 1920 году рождается второй сын Сарьяна, Газарос (Лазарь), впоследствии известный композитор.

В 1921 году, по приглашению председателя Совета народных комиссаров Армении А.Мясникяна Сарьян переезжает с семьёй в Ереван на постоянное жительство. Здесь он организует Государственный музей археологии, этнографии и изобразительного искусства, принимает участие в создании Ереванского художественного училища и Товарищества работников изобразительного искусства.

В 1922 году по эскизам Сарьяна были созданы герб и флаг Советской Армении. Собирательный образ возрождённой родины художник запечатлевает в эскизе для занавеса Первого драматического театра в Ереване.

Совершая поездки в разные районы Армении, художник создаёт картины на пленэре, созерцая и как бы выхватывая у природы быстро меняющиеся под воздействием солнца соотношения красок. Желание передать реальную, вещно-предметную сторону природы и жизни народа приводит к быстрой, этюдной манере письма маслом. Словно кадр за кадром встают перед нами обожжённая солнцем долина («Армения, этюд»), низкие глинобитные домики с плоскими крышами («Ереван, этюд»), летний зной («Арагац летом») и приятная прохлада тенистых садов («Дворик в Ереване»). Минуя импрессионистическую манеру письма, преображающую предмет в цветосветовую субстанцию, Сарьян стремился своеобразным живописующим рисунком, в котором сконцентрированы характерный цвет и линия формы, создать полнокровный образ в его материальной и объёмной целостности. Однако это не пассивное воспроизведение виденного, а умение силой активного воображения в одном остановленном кадре передать внутреннюю сущность реальной, развивающейся во времени и пространстве жизни.

В работах 1924 года вновь преобладает характерное для Сарьяна обобщение образа, воссоздающего картину мира, не ограниченного пределами данной страны, а активизирующего наше эмоциональное и интеллектуальное восприятие жизни в целом («Ереван», «Полдневная тишь», «Пёстрый пейзаж» и др.). Свои новые работы Сарьян экспонирует на XIV Международной выставке (Биеналле ди Венеция).

Живший в ту пору в Италии армянский поэт Аветик Исаакян, впоследствии близкий друг Сарьяна, опубликовал в газете «Айреник» (Париж, 5 августа 1924 г.) статью, в которой оценил творчество художника как явление огромной исторической важности для развития армянской культуры. «Он подводит научную основу под нашу живопись,- писал поэт,- или точнее, пробуждает и развивает старое, так как элеметны этого нового искусства живут в глубине веков нашей матери-родины».

Итальянская пресса также высоко оценила искусство армянского мастера. «Картины Сарьяна являются ярким выражением такого сильного и самобытного темперамента, что не могут не произвести сильнейшего впечатления на зрителя. И краски его, и рисунок заслуживают большого внимания с точки зрения исканий современного искусства», - писал итальянский критик Дж.Спровиери.

В 1925 году впервые за советские годы картины Сарьяна экспонировались в Москве, на выставке «Четыре искусства». Работы армянского мастера были высоко оценены столичной прессой. Летом этого же года картины, оставшиеся после выставки 1914 года в Мальмё (Швеция), были переправлены И. Грабарём на выставку русского искусства в музей Лос-Анджелеса. В конце года Мартиросу Сарьяну было присвоено звание Народного художника Армении.

В Париже (1926 -1928)

После успеха на выставке в Москве Сарьяну была предоставлена возможность поехать за границу. «Я хотел непременно побывать в столице художников – Париже», - признавался Сарьян.

В Париже Сарьян дважды экспонировал свои работы на выставках русского и армянского искусства, но главной была его персональная выставка, открывшаяся в январе 1928 года в салоне Ш.-О. Жирара. Текст к каталогу выставки был написан известным критиком Луи Вокселем. Экспонировалось около сорока картин, созданных художником в Париже. В произведениях парижского периода преобладает армянская тематика, получившая качественно новую разработку. Лишь в нескольких этюдах Сарьян обращается к набережным Сены, Марны, даёт вид из своей мастерской. Эти этюды отличаются соотношением мягких переходов не слишком сильных, но чистых тонов. В этот период художник также оформляет пьесу «Зулейка» К.Гоцци для театра Н.Балиева «Летучая Мышь».

Искусство Сарьяна пользовалось в Париже редким для иностранца успехом, «экзамен», как выражался сам художник, был выдержан. Однако сегодня трудно судить об этом важном периоде творческой эволюции художника. На обратном пути в Армению картины Сарьяна сгорели на корабле. «Французский пароход «Фиржи», который вёз мои картины, должен был погрузить в Новороссийском порту яйца и с этой целью забрал с собой древесные опилки. Ящики с картинами были уложены как раз на этих опилках... В Константинопольском порту на корабле по случайной причине, или преднамеренно, возник пожар – загорелись опилки – и... от моих сорока картин остался лишь небольшой клочок холста», - с болью вспоминал художник. Уцелели только те картины, которые были проданы Сарьяном в Париже, а также несколько этюдов, которые он вёз с собой.

Среди них «Гегамские горы» (1927), «К роднику» (1926), «На Марне» (1927), «Из окна мастерской» (1927), Национальная галерея Армении), «Газели» (1926).

Снова в Армении (1929 -1945)

Судьба уготовила художнику тяжёлое испытание. Но, как это и было свойственно творцу удивительно жизнеутверждающего искусства, мобилизовав свою волю, Сарьян постепенно возвращается к работе. Как писал А.Эфрос, «...мало было привезти с собой запас сил и обострённое мастерство. Надо было ещё найти в них соответствие тому, что делалось вокруг...Сарьяну предстояло нагонять свою страну, но нагонять не приспособленцем..., а тем же подлинным и строгим к себе художником, каким он был всегда» («О Сарьяне», с.128).

А вокруг шло строительство нового Еревана, ранее представлявшего собой беспорядочно громоздящиеся низкие глинобитные строения. «Но, когда со всех сторон застучали молотки, когда мысль заработала и мускулистые руки приступили к работе, всё изменилось. Ереван стал постепенно светлеть и оживать». («Из моей жизни», с.125). В этот период излюбленным жанром Сарьяна становится городской пейзаж. Лаконизм сюжетной основы, предельно упрощённое, силуэтное решение человеческих фигур в их характерном движении - таков сарьяновский стиль этих лет. Одна за другой появляются картины: «Ереванский дворик весной», «Старый Ереван» (1928, Третьяковская галерея), «Старое и самое новое» (1929, Русский музей), «Берега Зангу в Ереване», «Уголок старого Еревана», «Строительство моста» и другие.

В 1928 -1929 годах Сарьян участвует на различных выставках в Ереване и Москве.

С 1930 года яркие, отражающие передовые поиски современной живописи, полотна мастера постоянно экспонировались на выставках советского искусства в Европе (Стокгольм, Вена, Берлин, Венеция, Цюрих и др).

В 1930 году в оперном театре Одессы состоялась премьера оформленной Сарьяном оперы А. Спендиарова «Алмаст», а в 1932 году в московском театре им. Станиславского – постановка оперы Н. Римского-Корсакова «Золотой петушок» (Сарьян оформил второй акт). 1932 год был знаменателен и другим событием в жизни Сарьяна: в Ереване закончилось строительство его дома с мастерской. Решение создать для художника специальные условия для жизни и работы было принято правительством Армении ещё в 1924 году, после успеха Сарьяна на венецианской выставке.

В 1934 году Сарьян едет в Туркмению, создаёт серию картин, в которых ощущается давняя любовь художника к Востоку. Под редакцией известного армянского поэта Е. Чаренца выходит иллюстрированная Сарьяном поэма персидского поэта Фирдоуси «Рустам и Зохраб».

Однако именно в начале 1930-х стала последовательно проводиться сталинская политика идеологического давления на деятелей культуры. Постановления 1932 года ограничивали свободу творчества, политика «железного занавеса» ограждала Сарьяна от общения с западной культурой, вырывая его творчество из контекста мировой современной художественной жизни.

На требования создать прославляющий портрет вождя страны Сталина Сарьян отвечал, что привык писать с натуры.

В 1937 году были сожжены созданные Сарьяном 12 портретов передовых армянских государственных деятелей и представителей интеллигенции, подвергшихся репрессии как «враги народа». Но один из этих портретов, спрятанный работниками музея, уцелел. Это портрет поэта Егише Чаренца (1923).

В 1939 году художник создал ещё одно большое панно для армянского павильона сельскохозяйственной выставки в Москве. Обязательный портрет вождя страны не фигурировал в огромном пейзаже Армении. Пришлось установить на фоне сарьяновского панно скульптуру Сталина, исполненную Г.Кепиновым.

В эти годы Сарьян писал очень мало картин. Среди его работ преобладали эскизы к театральным декорациям, иллюстрации к книгам.

В годы Второй мировой войны (1941-1945) художнику была предоставлена некоторая свобода творчества. Сарьян создал серию прекрасных портретов деятелей культуры. А выражением гражданской позиции художника явился тот факт, что его младший сын ушёл на фронт. Ведь решалась и судьба Армении. Переживания тех лет нашли выражение в картине «Из жизни художника. Портрет Лусик Сарьян», а также в знаменитом автопортрете «Три возраста». Эти работы явились новаторскими в жанре портрета. Посредством характерного для восточной живописи сопоставления разновременных событий художник раскрывает внутреннюю жизнь и психологическое состояние своих моделей. Так, мандарин в руке жены в зеркале отражается письмом, которое ждали от сына. А вековую историю родной земли, которую надо было уберечь от врага, художник сопоставляет с тремя ипостасями своей жизни, читающимися как внук, отец, дед.

В связи с Победой и возвращением сына Сарьян создал самое большое своё полотно в жанре натюрморта - «Армянам - бойцам Великой Отечественной войны.

Цветы» (1945, Национальная галерея Армении).

В 1941 году Мастер был удостоен Государственной премии за оформление оперы А.Спендиарова «Алмаст», новая постановка которой состоялась в дни Декады армянского искусства в Москве (1939).

В 1947 году была создана Академия художеств СССР, и Сарьян был избран действительным её членом. Но вместе с тем Сарьяну было предъявлено самое тяжёлое в те годы для художника обвинение в формализме (1948).

Сарьян тяжело переживал необоснованные нападки критики. В порыве боли и разочарования он разрезал один из своих лучших холстов 1910-х годов – «Большой восточный натюрморт». К счастью, молодые художники, которыми всегда был окружён Мастер, вырвали из рук Сарьяна куски холста, обратную сторону которых художник намеревался использовать для новых работ. Картина была восстановлена, но рубцы на ней заметны и по сей день.

В 1951 году Сарьян едет в санаторий «Узкое» в Подмосковье - лечить сердце. Здесь он постепенно приходит в себя, присущие художнику жизнестойкость и вера в силу искусства возвращают его к работе. В эти годы в творчестве Сарьяна продолжает развиваться наметившийся ещё в 1933-1935 годах, но постоянно прерываемый, интерес к портретному жанру. В 1950-х Сарьян писал портреты своих современников, не столь великих, но мыслящих и переживающих весь драматизм своего времени. Сарьян никогда не заставлял портретируемого позировать в искусственной, быстро утомляющей позе. Он беседовал с ним о самых волнующих его вопросах, о наболевшем, и тот непроизвольно принимал характерную для себя позу и выражение лица. Это-то и схватывал художник, быстро, в два сеанса, заканчивая портрет.

С приходом к власти Н.С.Хрущёва ситуация в сфере искусства во многом изменилась. Свободнее вздохнул и Сарьян. Новое развитие в его творчестве получает жанр пейзажа. Художник снова ездит по Армении, создаёт серию пейзажей в Двине (1952), на Севане (1953), в Лори (1952), в Бюракане (1957-1958). В его картинах вновь предстают обласканный кистью мастера Арарат, характерные горные хребты Армении в сиянии солнечных красок. Работы этого периода были объединены в цикл «Моя Родина», за который в 1961 году Сарьян получил Ленинскую премию.

В 1965 году широко отмечался 85-летний юбилей художника, состоялись его персональные выставки в Москве и Ереване. Мастер был удостоен звания Героя Социалистического Труда. На киностудии «Арменфильм» был создан фильм «Мартирос Сарьян» (реж. - Л.Вагаршян, автор текста - И.Эренбург).

В 1966 году Сарьян получил Государственную премию Армянской ССР. Вышла в свет книга мемуаров художника «Из моей жизни» (на арм. яз., позднее была издана на четырёх языках).

В ноябре 1967 года в Ереване открылся Дом-музей Мартироса Сарьяна. Персональные выставки художника состоялись в Румынии, Чехословакии, Венгрии, ГДР.

В 1971-1972 годах Сарьян создал серию рисунков фломастером. В них очевиден возврат художника к гармоничной мелодике и пластике раннего акварельного цикла «Сказки и сны». Но рисунки эти отличаются неким медитативным погружением в образы армянской природы, жившие в сердце и памяти художника. Последний из рисунков датирован Мастером 04 - 04 - 72, то есть за месяц до его смерти...

http://worldartdalia.blogspot.am/2012/05/1880-1972.html

Сохранить

artchallenge.ru

Мартирос Сарьян: картины, биография армянского художника

Мартирос Сергеевич Сарьян (1880—1972)

 Сарьян

Имя Мартироса Сергеевича Сарьяна связано с воз­никновением целого направления в армянском изобразительном искусстве.

Он прожил долгую жизнь — 92 го­да. Начало его творческого пути совпало с интереснейшим перио­дом в русском искусстве, с теми его переменами, которые ярче все­го отразились на московской шко­ле. Сарьян — ученик Серова и К. Коровина. Окончив Москов­ское училище живописи, ваяния и зодчества, он живет и работа­ет в Москве, посещает выставки, музеи, частные собрания совре­менной европейской живописи. С 1907 года участвует в выстав­ках «Голубой розы» и «Золотого руна» картинами и акварелями, полными мечтательного панте­изма.

Но вот художник предпринимает путешествие на Восток — в Еги­пет, Иран, Турцию, и его живопис­ный язык претерпевает резкую эво­люцию. Он привозит оттуда рабо­ты, в которых не осталось и следа от прежнего, уже замеченного кри­тикой Сарьяна. Появился новый художник, чье творчество стало одной из существенных граней изобразительного искусства XX века. И, безусловно, не по­следней причиной здесь оказа­лось осознание своих корней и прямых связей со своеобразным складом восточных традиций и восточного темперамента. Мяг­кий лиризм и отрешенность сменяются повышенной острой эмо­циональностью, исключительно активным мировосприятием. При минимальном использовании жи­вописных средств художник до­бивается пластичности, монумен­тальности, цветовой силы в своих работах. Внешняя простота его стилистики обманчива, так как в ней сочетается предельное обоб­щение с предельной жизненностью. Мазок стремителен и динамичен. Краски звучны и самостоятельны. Сарьян пристально всматривается в своих героев, приступая к рабо­те над портретом. Мало кто ре­шался так пренебрегать частностя­ми для передачи человеческого характера, как Сарьян, например» в портрете Г. Левоняна (1912) с его неукротимым духом или в на­тюрмортах, где диковинные цветы, египетские маски с гипнотически­ми глазами, персидские бездел­ки — все имеет глубинный эмоцио­нальный смысл, а также в пейза­жах, привезенных из Египта, Персии, Турции.

После революции Сарьян переезжает в Армению, которая становится отныне главной темой его творчества. Тот же особый угол его художественного зрения позволяет ему усмотреть порядок и смысл в кажущемся хаосе фор­мирования новой жизни. Его пей­зажи приобретают эпичность и героический характер. Излюблен­ными моделями его послереволю­ционных портретов становятся лю­ди талантливые, живущие напря­женной творческой жизнью: артисты, поэты, архитекторы, музыканты. Он сам был и очевид­цем и участником новой жизни. Изменившееся содержание его полотен показывает нам, как рож­дается современность и современ­ники. В них — вера в народ и его не ослабевающее никогда стрем­ление преодолеть тяжелые, порой кризисные ситуации. Сарьяновские «Горы» (1923), «Полуденная тишина» (1924), «Армения» (1923), «Арарат» (1933) и др. построены четко ступенчато: вверху за облаками белеют горные снега, длится веч­ность, внизу — простая жизнь раз­ворачивается перед нами: стада, пахота, сады, дворы, дети, стари­ки. Творчество художника стано­вится разнообразным по темати­ке, жанрам и даже стилю. Появля­ются работы, связанные с преобра­зующей деятельностью человека. Сарьяна уже не удовлетворяет ло­кальный цвет, расширяется диа­пазон его колористических иска­ний.

Художник создает декорации и костюмы к операм, иллюстрирует армянские сказки и сборники поэ­зии. В натюрмортах, исполненных эффектной декоративности, Сарьян расширяет свою задачу и соз­дает глубоко содержательные про­изведения. Таков среди них и натюрморт «Армянам-бойцам, участникам Великой Отечествен­ной войны. Цветы» (1945), где утверждается его точка зрения как художника на бессмертие под­вига.

Отдельную страницу творчества Сарьяна составляют автопортре­ты. По ним, как по книге, мы можем прочитать, чем жил худож­ник в тот или иной период жизни родного народа. В последнее де­сятилетие жизни Сарьян снова и снова пишет пейзажи, натюрморты, автопортреты, делает целую серию быстрых рисунков. В них, несмотря на боль, которую причиняет убы­вающее время, он продолжает утверждать свою поэтическую идею — мир не стареет, человек прекрасен. И вновь вечные горы оттеняют жизнь людей. И мы вспо­минаем слова Сарьяна: «Чело­век — самое чудесное творение природы... Он не умирает, так как он — сама природа... С этой верой я прожил жизнь, ставшую житницей моей личной истории, жизнь, наполненную стремлениями, горестями, радостями и победами».

Скачивайте и читайте книгу Дмитрия Сарабьянова "Мартирос Сарьян"

 

Комментарии пользователей Facebook и ВКонтакте. Выскажи мнение.

Последние материалы в этом разделе:

↓↓ Ниже смотрите на тематическое сходство (Похожие материалы) ↓↓

www.artcontext.info

Мартирос Сарьян. Цветовой катарсис - Семен Павлюк

Сегодня в галерее на Крымской набережной мое внимание привлекла одна картина. Издали я подумал, что на ней изображен узбекский кишлак, но, подойдя поближе, с удивлением прочитал название: "Старый Ереван".

Photobucket

Присмотревшись, я заметил и армянскую церковь на заднем плане, и снежную вершину Арарата. Так я познакомился с творчеством Мартироса Сарьяна.

На выставке было еще несколько его работ - все необыкновенно яркие, сочные. И географичные: горы Армении, улочки Константинополя, оазисы Египта.

Вернувшись домой, я обратился к гуглу, и очнулся лишь через пару часов, перечитав все, что нашел о художнике, и пересмотрев все доступные картины. Признаюсь, я настолько впечатлился его работами, что не мог ни выложить подборку. Сюда вошло далеко не всё - я отобрал лишь произведения страноведческого характера ;)

В нынешней бесцветной Москве эти краски смотрятся особенно волнительно...

Photobucket

Мартирос Сарьян родился в Новой Нахичевани в 1880 г.. Это армянское поселение на Юге России – ныне район города Ростов-на-Дону. Армян там уже не так много, но слава армянского квартала осталось (мы исследовали этот район в ходе летней практики в 2008 г. )

Выучившись на художника в Москве, Мартирос едет на историческую Родину и возвращается с вечной любовью к этой земле и первыми работами

Photobucket

«У подножья Арарата. Сказка».

Несмотря на то, что он потом не раз будет возвращаться в Нахичевань, донские степи он не напишет ни разу. А горы Армении станут основной темой его творчества. Иногда историческая Родина оказывается сильнее Родины малой.

Photobucket

«Моя Родина»

В отличие от большинства отечественных художников, которые искали вдохновения на Западе: среди гор и озер Италии и Швейцарии (это, кстати, здорово видно по экспозиции выставки – до 30х годов пейзажи сплошь итальянские), Сарьян смотрит исключительно на Восток. В 1910-13 гг. он совершает путешествия в Турцию, Египет и Персию. Гор там нет – основная тема его картин: города и оазисы.

Из пустынь Востока в его творчество проникают яркие краски, чтобы уже никогда не исчезнуть.

Photobucket

«У колодца. Жаркий день»

Photobucket

«Финиковая пальма. Египет»

Photobucket

«Идущая женщина»

Photobucket

«Улица в Каире»

Photobucket

«Египетские маски»

ФPhotobucket

«Ночь. Египет»

Photobucket

«Лотос»

Photobucket

«Красная лошадь»

Photobucket

«Константинополь. Собаки»

Photobucket

«Улица. Полдень. Константинополь»

Photobucket

«Фруктовая лавка. Константинополь»

Photobucket

название этой картины узнать не удалось. Но похоже, что это из персидских впечатлений.

Photobucket

После революции художник концентрируется на пейзажах Армении

Photobucket

«Горы»

Photobucket

«Горный пейзаж»

Photobucket

«Газели»

Photobucket

«Остров и озеро Севан»

Photobucket

«Арагац в облаках»

Photobucket

не нашел названия

Photobucket

«Октябрь в Ереване»

Photobucket

«Октябрьский пейзаж»

(легко понять, какое время лучшее для поездки в Армению ;))

Попутно он разрабатывает эскиз для герба Армянской Советской Республики

Photobucket

Гора Арарат, разумеется, стала центральной основным элементом его картин

Photobucket

«Сбор хлопка в араратской долине»

Photobucket

«Арарат и римсипе»

Photobucket

«Арарат из Двина»

Много внимания (особенно после войны) Сарьян уделял промышленному развитию республики. На его глазах Старый Ереван превращался в Новый, росли города и поселки. И в этой новой жизни художник также находил свои цвета.

Photobucket

«Деревня Кировакан»

Photobucket

«Рабочий поселок»

Photobucket

«Дождь в начале мая»

Photobucket

«Медно-химический комбинат в Алавердах»

Но все же не трубы, а травы были его страстью.

Photobucket

«Персиковые деревья, ивы и тополя»

Особенно много Мартирос писал букеты.

Photobucket

«Полевые Маки»

Photobucket

«Ереванские цветы»

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Photobucket

Портретов в его портфолио также немало, но, напомню, у нас строго географический подход )

Хотя парочку показать необходимо…

Photobucket

«Моя семья»

Photobucket

«Анна Андреевна Ахматова»

Photobucket

«Автопортрет»

Сарьян умер в Ереване в мае 1972 г., в тот месяц, когда природа окончательно расцветает яркими красками, которые он так любил.

В армянской столице ему поставлен памятник

Photobucket

А его картина красуется на купюре в 5000 драм

Photobucket

Мартирос Сарьян заслуженно считается самым известным армянским художником. Благодаря его работам мы восторгаемся красотой армянских гор. И корректируем свои планы на будущее. По крайней мере я – точно скорректировал ;)

Photobucket

«Армения»

pavlyuk.livejournal.com

Творчество художника М. С. Сарьяна

   У Сарьяна есть одна небольшая картина. На картине полоса пшеничного поля, зажатого между темными горами, суровыми и прекрасными, и таким же иссиня-черным, как горы, обрывом. Солнце еще не появилось из-за гор, его лучи только высветлили небо над горами и, пробившись в ущелье, осветили полоску поля. Сейчас солнце появится. Ночь отступает. Свершается огромное ежедневное чудо. Свет побеждает.

   Автопортрет. 1909

   Всякий, кто хоть раз побывал в Армении, знает, какого труда стоит здесь людям каждый клочок земли, как приходится отвоевывать землю у скал, убирать с нее камни, как трудно в горах тракторам.    Маленькая картина Сарьяна – солнце на возделанном поле – это прославление труда, прославление жизни.    В Армении знают цену труду и любят мастерство. Наиболее уважаемых людей называют там "варпет", что значит "мастер". Варпет урожая, варпет кисти, варпет слова... Но когда говорят без имени и без профессии, просто Варпет, каждый понимает: это о Сарьяне.    Когда Сарьяна спрашивали, что ему чаще всего вспоминается из детских лет, он говорил: "Солнце. Запах земли. Собаки на хуторе. Коровы. Каким было утро. Каким был вечер. Какой была степь".    Природа – вот самое сильное впечатление его детства. Он жил тогда с отцом на маленьком хуторе в донской степи, близ города Нахичевани.    Финиковая пальма. Египет. 1911

   Начал рисовать Мартирос Сергеевич Сарьян с пятнадцати.    Окончил училище и поступил на работу в контору по подписке на газеты и журналы. В контору приходили люди, сменялись разные лица, и мальчик старался каждое воспроизвести на бумаге.    Однажды он нарисовал старика, который часто бывал в конторе. По несчастной случайности тот на следующий день заболел и был убежден, что виноват в этом рисунок. Он суеверно считал, что не поправится, пока рисунок не будет уничтожен. Мальчика заставили порвать рисунок и запретили рисовать в конторе.    Это было настоящим большим горем. В семье поняли, что для мальчика рисование – это жизнь. Решено было отправить его учиться в Москву.    В 1903 году Сарьян блестяще окончил Московское училище живописи и ваяния, а потом еще год учился в мастерской Валентина Серова и Константина Коровина, замечательных русских живописцев.    Когда картины Сарьяна впервые появились на выставке, они ошеломили публику необычайными красками, горением цвета. Так еще никто не писал.    Солнечный пейзаж. 1923

   К сожалению, по репродукциям, которые вы увидите здесь, нельзя судить о красках сарьяновских картин. Представьте себе, что вы знаете звучные стихи Пушкина только по содержанию, которое нам пересказали. Репродукция – это лишь пересказ картины.    Когда будете в Третьяковской галерее или в Русском музее, посмотрите там картины Сарьяна.

***    Многие люди, приехав в Ереван, спешили в мастерскую Сарьяна, чтобы увидеть его новые работы. Спешила и я. Это было в ненастный день. Мне все сочувствовали, огорчались, что я так неудачно приехала в Армению: увижу картины Варпета в плохом освещении.    В передней я стряхнула капли дождя с плаща и поднялась в мастерскую.    Открылась дверь – просторная высокая комната была залита солнцем. Оно горело на прямоугольниках полотен. Под его лучами сверкали картины. Невольно я повернулась к окнам: нет, за окнами все так же лил дождь. Это на полотнах, остановленное волшебной кистью Варпета, яркими, звучными красками светило солнце.    Армения. 1923

   Глядишь на картины Сарьяна – и уходят куда-то огорчения. И серый день. И усталость. Ты видишь только эти краски, этот свет и воздух, эту прекрасную землю. Ты переживаешь какую-то сложную, интересную жизнь. Ты понимаешь что-то самое важное в природе. И в себе самом. Так приходит счастье – ни отчего; и оттого, что ты понял; и от красоты, которую видишь; и оттого, что живет на свете этот великолепный мастер, властью искусства заставивший тебя быть счастливым.    Да, картины Сарьяна рождают ощущение счастья. Почему так происходит?    Потому ли, что на его картинах изображена прекрасная природа? Но ведь и у Левитана его щемящие душу перелески, его тихая вода, его серое небо тоже прекрасны. Почему же они рождают другие чувства, другое настроение, тоже возвышенное, только скорее грустное?    Но, может быть, у вас картины не создают вообще никакого настроения и вы рассматриваете только, как на них нарисованы предметы, насколько они похожи? Если так, то боюсь, вы еще не научились смотреть картины. Ничего. Если вы их любите, вы обязательно этому научитесь, научитесь видеть в картинах не только сюжет, но и нечто большее.    Базар

   Это большее – душа художника, которую он отдает вам, его радости, его печали. И они тем слышнее, чем талантливее художник, чем больше чувства он вложил в свои картины.    Сарьян любил природу страстно и рассказывал о ней с увлечением, с радостью. Он говорил, что природа – его дом и его утешение, что его восторг перед природой больше, чем перед искусством, потому что природа богаче и прекраснее, чем все, что может создать искусство.    Любимая гора Варпета – Арарат. Он пишет ее в различные времена года, с разных точек, в разное время дня. Я спросила:    – Вам нравится писать одно и то же?    Южная зима. 1934

   – Ничуть не нравится.    – Но Арарат...    – Так разве это одно и то же? Он другой каждый раз.    На картинах Сарьяна Арарат тоже каждый раз другой. Варпет знает горы Армении так, будто он сам создал их. Геологи шутят, что, поглядев на пейзажи Сарьяна, можно определить, какие в этих местах ископаемые. Так велика правда его полотен.    Посмотрите картину "Армения". Здесь образ страны, с ее благодатным теплом, с ее суровыми горами, на которых солнечные лучи оставили все краски спектра, с ее красивыми, трудолюбивыми людьми.    Портрет балерины Галины Улановой. 1940

   Армения такая, какой увидел и показал нам ее Сарьян. Но не ищите в Армении место точь-в-точь, как на этой картине. Вы не найдете его (художник – это не фотограф). Сарьян рассказывает о жизни и о природе новое, то, чего вы сами не узнали и, может быть, не поняли. Он обостряет увиденное, усиливает и сводит воедино. Благодаря этому вы проникаете как бы в самую душу страны.    Сарьян тщательно продумывает свои картины и четко отбирает детали, оставляя только самое необходимое. "Моя цель, – говорит он, – простыми средствами, избегая всякой нагроможденности, достигнуть наибольшей выразительности". И он достигает. Посмотрите картину "Финиковая пальма". Низенький домик, тяжелый веер опущенных листьев, презрительная морда верблюда, две сидящие фигуры. И раскаленный воздух. Вот и все. Но это портрет Египта. Таким он был в начале XX века – страной отсталой, с замедленным ритмом жизни. Таким его увидел Сарьян во время своего путешествия.    Портрет Дмитрия Шостаковича. 1963

   Каждый пейзаж Сарьяна – это рассказ о мире, о природе. И вместе с тем это рассказ о самом себе, о своем взгляде на мир.    Сарьян писал скалы Вайоцдзора. Он поднимался туда с экспедицией ботаников, искателей вымирающих растений. Раз взглянув на эту картину, уже не забудешь ее. Рыжая земля, рыжие и розовато-сиреневые, странной формы каменные громады. Это не те горы, на которых человек расчищает поле под виноградник, не те горы, на которые он гонит стада. Перед вами кусок планеты, могучие складки земной коры. Глядя на них, вдруг начинаешь думать о тех гигантских силах, которые смяли землю в эти складки и которые живы еще и сейчас. И ты чувствуешь, что так нарисовать эти скалы мог только человек нашего времени, человек космической эпохи, который в мыслях видит всю землю целиком, видит как одну из планет. И понимает ее. И любит.    Рядом с этой картиной в мастерской стоит портрет девушки – начальника той самой экспедиции ботаников. На девушке желтое платье. Оно освещено солнцем. Скалы, составляющие фон портрета, почти того же цвета, что и платье, но на них нет солнца, и неожиданно это дает ощущение контраста. Один тон будто ударил другой и высек ослепительные искры.    Природа и человек – вот что интересует Сарьяна, вот о чем он рассказывает. Его мастерская заставлена портретами. Сарьян пишет людей самых разных: разных возрастов, разных профессий, разных характеров. Он не льстит своим моделям, и перед ним трудно спрятать истинный характер. Поэтому всегда его портреты вызывают интерес к людям, которых он нарисовал, всегда раскрывают их внутреннюю жизнь. И даже по зарисовкам (чей-то профиль, затылок, чьи-то руки) можно угадать: вот упрямый, а вот ленивый, а вот добрый человек.    Я видела, как Сарьян писал портрет. Портрет одного из своих старых знакомых. Он выбрал место, позу для модели, краски для палитры, сел за мольберт... И тут оказалось, что позирование в обычном смысле ему совершенно не нужно. Он хотел, чтобы модель двигалась, разговаривала, словом, совсем забыла о портрете. Он хотел видеть модель естественной.    Армянам-бойцам, участникам Отечественной войны. 1947

   И вот на холсте стал рождаться человек. Сперва лицо было очень похоже на того, кто позировал, но как бы совсем без характера и гораздо моложе. Постепенно оно менялось, на нем одна за другой проступали черты характера. Вот лицо стало добрым, вот чуть надменным. Потом появилось некоторое легкомыслие, жизнелюбие, потом их перекрыла, не скрывая, однако, совсем, мечтательность.    "Цвет лепит предметы", – говорил известный французский художник Сезанн. Краски Сарьяна ложились на холст, и каждый удар кистью лепил все более точно форму лица. Оно становилось старше, выражение его – все более сложным.    Человеку, которого писал Сарьян, надо было уходить. Сеанс прервался. Художник остался у неоконченного портрета. Видимо, четыре часа работы прошли для него незаметно. Ему не терпелось продолжать.    – Я мог бы сегодня кончить портрет. Но как писать без модели? Вот некоторые говорят: "Неважно, похож портрет или не похож". Как же неважно? Тогда не называй портретом! Не сажай перед собой человека. Зачем ему сидеть, если его лицо тебе не нужно? Нет, взялся писать портрет, так покажи именно через эти внешние черты душевные качества именно этого человека: его особенности, его характер, его отличие от других. Самое интересное в людях – это своеобразие каждого. Никто ни на кого не похож, как не бывают похожи две жизни, даже идущие рядом. Каждый переживает все по-своему, и это оставляет на лице следы, лепит лицо. Внутреннее выражается во внешнем. Характер и душа – в лице.    Разговаривая, он что-то энергично делал с портретом, далеко выбрасывая вперед руку с кистью.    – Ну вот, и на душе легче стало, – сказал он вдруг. – Конечно, здесь должен быть синий. Поглядите.    Он работал над фоном портрета. Фон был пестрым. Сарьян посадил модель в мастерской, среди своих картин.    – Зачем? Почему на фоне картин?    Рисунок к картине "Встреча Пушкина с телом Грибоедова"

   – Я люблю, когда у портрета фон беспокойный. Ведь так и в жизни: все в движении, все в беспокойстве. Колеблется воздух, меняются краски. Нет постоянного цвета: в каждом цвете много тонов. Нет постоянного освещения: оно все время меняется. В этом вечном движении красота.    Художник должен ее раскрыть. Поэтому нужен беспокойный, как бы вибрирующий фон, он поможет передать трепетность света и воздуха. Делать спокойный, неподвижный фон теперь невозможно. В старинных портретах это прекрасно. Но наша эпоха – это эпоха прежде всего движения, и писать теперь нужно совсем по-иному.    Сарьян требует от искусства чувства и разума.    В каждой его картине необычайно глубокий замысел. Вот почему каждая говорит о большем, чем то, что на ней нарисовано.    Зарисовка военных лет: у разъезда под Сталинградом

   Он рассказал о теме новой картины и о том, как эта тема родилась. Возвращаясь домой, в Ереван, самолетом, художник смотрел на проплывающие внизу горы и увидел тучку, прилепившуюся к горе. А под тучкой селение, и там идет дождь. Он подумал: жителям селения кажется, что дождь идет повсюду. А на самом деле сверху видно, как вокруг солнечно, как мала тучка.    Это очень характерный для Сарьяна замысел. В каждом маленьком кусочке природы он помогает вам почувствовать весь широкий мир.    И дело тут не только в том, что писал Сарьян, но и как он писал.    Мгновенные зарисовки с натуры: туркменские девочки, ковровщицы и ашхабадский базар

   Знаете ли вы, что в пении зовется кантиленой? Это звуки, которые как бы вытекают один из другого, они не прерываются, не слышатся каждый порознь, а звучат единым целым.    Картины Сарьяна, как песня. Пятна цвета сменяют друг друга, точно звуки в кантилене, сливаясь в яркий поток. И взгляд, следя за ними, уходит в солнечный простор картины, в ее ширь, перешагнув раму, забыв про нее.

***    ...Быть может, для художника не обязательно быть щедрым, гостеприимным, добрым. Но Сарьян был такой. И он был именно такой, каким обязательно быть настоящему художнику. Он любил жизнь, любил людей. И люди любили Варпета.    В его доме не успевали закрываться двери. Приходили и знакомые и незнакомые, старые и молодые, приезжие и живущие рядом, на соседней улице.    Одна из иллюстраций М. С. Сарьяна к поэме Фирдоуси

   Каждый день в дом Сарьяна приходила большая почта. Письма от самых разных людей. Молодой солдат посылает ему портрет своей невесты. Изобретатель сообщает о своей идее. Старый крестьянин просит: "Варпет, пришли мне на память кисть, которой ты пишешь свои картины".    И не было такого письма, такой просьбы, не было такого вопроса, на которые бы он не откликнулся дружеским словом, а где надо, – то и делом.    Но, разумеется, особенно любили к нему приходить молодые художники. И когда однажды у него спросили, чего он хочет от молодежи, какие качества ему особенно дороги, он ответил:    – Искренность. Прежде всего и больше всего. Если человек искренен и много трудится, все придет к нему. Он сумеет найти самого себя. Я думаю, ни один человек не рождается плохим. Но задача человека – день ото дня становиться лучше. И тут нельзя быть к себе снисходительным, нельзя делать себе поблажки. Труд художника – нелегкий труд. Вот перед тобой полотно, и ты должен сделать так, чтобы полотно исчезло и появилась жизнь, и нужно знать эту жизнь, раз ты взялся показывать ее людям. Иначе победит пустое полотно: ты замажешь его красками и все равно не покажешь жизни. Полотно, хоть и раскрашенное, останется пустым. Но искренний и трудолюбивый художник всегда послужит своему народу, своей стране. И в этом его счастье.

journal-shkolniku.ru

Мартирос Сарьян: жизнь и творчество художника

Мартирос Сарьян (1880 — 1972) — армянский и советский живописец-пейзажист, график и театральный художник.

Содержание

Биография Мартироса Сарьяна

Творчество Сарьяна

Работы художника

Картины Мартироса Сарьяна

Библиография

Биография Мартироса Сарьяна

Мартирос Сарьян родился 16 (28) февраля 1880 года в патриархальной армянской семье в городе Нахичевань-на-Дону («Новый Нахичевань», ныне в пределах Ростова-на-Дону).

На хуторе, расположенном в сорока километрах от Нахичевани, принадлежащем отцу М. Сарьяна, прошли детские и юношеские годы художника. Об этих годах Мартирос Сергеевич всегда вспоминал с любовью:

«Маленький хуторочек, в котором жил мой отец со своей многочисленной семьёй, находился в пятидесяти верстах на северо‐запад от Ростова. В этом хуторочке, заброшенном в степи, я провёл свои золотые детские годы. Эти условия жизни давали мне возможность наблюдать природу, животных и трудовой крестьянский люд».

В  других своих воспоминаниях — «Мой путь», написанных несколько ранее (в 1933 г.), Сарьян говорит:

«Мне приходится вернуться к моему детству, к моим детским впечат-лениям, глубоко засевшим во мне и доныне. Я не буду перечислять всего, что так запало мне в душу и запечатлелось во мне, многое я уже забыл, но должен напомнить об одном очень важном обстоятельстве, каковым является для меня сама природа. Величественное небо и широкая степь, с буграми и “миражными курганами” на далёком горизонте, давали возможность наблюдать за всеми явлениями природы, связанными не только со временами года, но также утра, вечера, дня и ночи. Детское восприятие всего этого не-описуемо грандиозно и фантастично. По оврагам с зелёными лугами, раздвинутыми к буграм, протекали речки, обросшие стройным густым камышом, а по буграм коврообразно раскинулись хлебные поля. Наконец, трудовой крестьянин с загорелым от солнца и воздуха лицом, с растрескавшейся мозолистой кожей на руках и ногах, вымазанных дёгтем, запах которого так приятно щекотал наши ноздри. Высокие травы с бесконечным количеством цветов, с реющими над ними миллионами многоцветных бабочек и снующих под ногами или греющихся на солнце ящериц. Яркое солнце, до изнурения жаркие дни, с целым роем кровожадных насекомых, иногда об-ращавших в бешеное бегство целые стада рогатого скота и сбивавших в кучи стада овец; мохнатые овчарки зарывались в ямы, чтобы скрыться от зноя и назойливых мух. Мы же, маленькие дети, изнемогающие от жары, тайком ползком залезали в запрещённые баштаны, чтобы утолить свою жажду сочными дынями и арбузами. Всё это было пред-ме‐ том моих детских увлечений. Вот откуда я попал в город восьмилетним мальчиком».

Эти детские впечатления зародили в художнике любовь к природе и во многом определили в последующие годы его интерес к пейзажной тематике.

В 1895 году закончил городское училище. С 1897 по 1904 годы учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, в том числе в мастерских В. А. Серова и К. А. Коровина.

Учителями Сарьяна в Училище были К. Горский, А. Корин, В. Бакшеев, С. Милорадович, Н. Касаткин, Л. Пастернак, А. Архипов. Некоторое время Сарьян работал в мастер-ских А. Степанова и А. Васнецова. Последний заменил умершего И. Левитана, у которого Сарьяну пришлось работать очень недолго.

За время пребывания в Училище Сарьян получил необходимые навыки. Об этом можно судить по его произведениям ученических лет. «Портрет матери», «Портрет дяди», этюд коровы — это грамотно написанные работы, но индивидуальности худож-ника в них пока нет.

Занятия в 1903 – 1904 годах в мастерской В. Серова и К. Коровина имели большое значение для формирования художника. Сарьян, как и остальные его товарищи по Училищу, особенно высоко ценил Серова. По словам К. Юона, который окончил Училище в 1898 году, Серов был «примиряющей и претворяющей противоречия времени фигурой, той художественной совестью, без которой трудно было работать».

Интересно высказывание о Серове самого Сарьяна:

«В школе я не увлекался работами своих преподавателей, но мы, ученики, — пишет художник, — многим обязаны нашему блестящему учителю Валентину Александровичу Серову, который своими постоянны ми наблюдениями за нами и острыми замечаниями всегда поддерживал в нас напряжённый интерес в работе».

Окончив Училище в 1903 году, Сарьян не захотел писать картину на диплом, удовлетворившись получением звания «неклассного художника» и, как уже говорилось, пробыл ещё полтора года в мастерской Серова и Коровина.

В 1901—1904 годах предпринял поездку на историческую родину, посетив Лори, Ширак, Эчмиадзин, Ахпат, Санаин, Ереван и Севан.

Художника пленили здесь не только природа, южное солнце и зной, но и тот новый, своеобразный мир, в котором ему открылись иная жизнь, иной быт, иные люди и даже иные животные. Это было так не похоже на всё то, что он видел в Москве. В нём пробуждались затуманенные впечатления детских лет — его жизнь на хуторе отца.

«Острота нового восприятия, — пишет Сарьян, — как бы совпадала с моим детским миром, с моим временно уснувшим прошлым миром детства».

Впечатления, хотя и очень сильные, были так новы, что найти сразу отражение в исполненных здесь, в Армении, работах не могли, но они зародили в художнике какие‐то ещё неясные, смутные представления о совершенно новых формах изображения природы.

С 1910 по 1913 годы совершил ряд поездок в Турцию, Египет и Иран. В 1915 году Сарьян приезжает в Эчмиадзин, чтобы помогать беженцам из Турецкой Армении. В 1916 году приезжает в Тифлис и женится на Лусик Агаян, дочери армянского писателя Г. Агаяна.

После Октябрьской революции 1917 года Сарьян приезжает с семьёй в Россию. В 1918—1919 годах М. Сарьян живёт с семьёй в Новой Нахичевани.

В 1926—1928 годах художник живёт и работает в Париже.

Мартирос Сарьян скончался 5 мая 1972 в Ереване. Похоронен в пантеоне парка им. Комитаса.

Творчество Сарьяна

Творчество Сарьяна сыграло ведущую роль в становлении национальной школы армянской советской живописи.

В 1900-х годах участвовал в выставках художественных объединений «Голубая роза», «Союз русских художников», «Мир искусства», «Четыре искусства». Сильное влияние на стиль Сарьяна оказала живопись П. Гогена и А. Матисса.

Тогда же Сарьян участвует в организации Общества армянских художников и «Союза армянских художников». В том же году он оформляет изданную В. Брюсовым «Антологию армянской поэзии».

Художник становится инициатором создания и первым директором Армянского краеведческого музея в Ростове-на-Дону. Сотрудничает с театром «Театральная мастерская».

В 1921 году по приглашению председателя Совета народных комиссаров Армении А. Мясникяна переезжает на жительство в Армению. С этих пор он посвящает жизнь изображению её природы. В числе его работ в эти годы — создание герба Советской Армении и оформление занавеса первого армянского государственного театра.

В пейзажах‐картинах Сарьяна 20‐х годов, показывающих широту и грандиозность раскрывающихся панорам, есть много верно подмеченных и метко переданных черт природы Армении. В том, как схватывает художник структуру пейзажа, как пишет горы, возвышенности, поля, круто обрывающиеся ущелья, иногда одиноко стоящее дерево и падающую от него резкую тень и другие детали, есть большая убедительность. Одна-ко считать эти синтетические пейзажи всецело списанными с натуры нельзя. Уже самая задача синтеза, сводящаяся к тому, чтобы передать на одном холсте пейзаж Армении в целом — его низменные, возвышенные и горные места, его долины, ущелья, реки и пр., — требует условного композиционного построения. То же самое приходится сказать и о цветовом решении. Отбрасывая все разнообразнейшие цветовые нюансы, имеющиеся в природе, и сводя краски армянского пейзажа к нескольким контрастным сочетаниям жёлтого, розового, синего, голубого, художник допускает и здесь известную условность.

Но эти моменты условности не умалили, а усилили эмоциональное звучание пейзажей, подчеркнули остроту, новизну сарьяновского восприятия Армении. Всё это дало основа-ние А. В. Луначарскому писать:

«Когда я побывал в Армении, почувствовал, что Сарьян реалист в гораз до большей мере, чем я предполагал. Едучи долгими часами по каменной Армении, среди разноцветных причудливых гор, под постоянно величественным белым благословением патриарха Арарата, и видя, как светит здесь солнце, какие рождает оно тени, как растут здесь деревья, движутся или покоятся животные или люди — я увидел перед собой сарьяновские картины в живой действительности… свои привлекательные построения он делает на живом материале “живой” Армении».

Сарьян не ограничивается одними синтетическими пейзажами. Помимо пейзажей-картин, хотя и в ограниченном количестве, Сарьян пишет небольшие пейзажи с натуры. Последние довольно различны. Наряду с пейзажами этюдного характера есть и совер-шенно законченные, являющиеся, по существу, небольшими по размерам картинами. Из них отметим такой шедевр художника, как «Арагац летом» (1922). На небольшом куске холста с поразительным мастерством переданы далеко уходящие вглубь, подымающи-еся по склону горы, поля, задний план замыкается величественной, местами покрытой снегом горой. Удивительно верно передан в пейзаже его золотисто‐охристый цвет. Этот пейзажэтюд позднее был использован художником при написании картины «Арагац» (1925), но в последней уже нет той непосредственности и свежести.

В  творчестве Сарьяна первой половины 20‐х годов заметное место занимает пор-трет. Большинство портретов графические, но есть и несколько живописных. Среди последних  следует прежде всего выделить портрет поэта Егише Чаренца (1923). Это один из удачных психологических портретов Сарьяна. В нём поэт предстаёт таким, каким мы, современники, его знали. Особенно выразительны глаза, метко схваченный, исподло-бья устремлённый, как бы недоверчивый взгляд. Выбрав удлинённый формат полотна, художник ограничился изображением головы портретируемого. Сдвинув её несколько вправо от центра, слева он противопоставляет ей красно‐коричневую египетскую маску.

Разителен контраст маски и живого лица. В портрете Чаренца сказалось и увлечение ху-дожника декоративноживописными задачами, но это не снижает выразительности соз-данного художником образа. Серия графических портретов Сарьяна этого времени исполнена преимущественно карандашом. В работах художника дореволюционных лет графика занимала ограничен-ное место, обычно он пользовался карандашом для небольших зарисовок подсобного характера. Как на исключение можно указать лишь портрет Александра Мясникяна.

Карандашные портреты Сарьяна, исполненные в первые советские годы, — это уже не беглые наброски, а вполне законченные работы. В 1923 – 1925 годах художник испол-няет около двадцати графических портретов выдающихся общественных деятелей Ар-мении. Тут и портреты руководителей Коммунистической партии Армении — А. Мра-вяна, А.  Иоаннисяна, А. Кариняна, А. Ерзинкяна — и ряд портретов артистов, писателей, музыкантов — А. Восканяна, А. Акопяна, В. Папазяна, М. Манвеляна, Д. Демирчяна, Р. Меликяна и других. Они исполнены примерно на одинаково высоком уровне, трудно среди них выделить наиболее удавшиеся.

Графические работы художника можно разделить на две группы. К первой относятся портретные рисунки и зарисовки с натуры, ко второй — книжные иллюстрации.

Большая часть его работ, выставленных в 1928 году в парижской галерее Жерар, сгорела во время пожара на корабле при возвращении на родину.

В 1930-х главной темой Сарьяна остаётся природа Армении.

Живя вдали от родины, Сарьян продолжает находиться под впечатлением природы Армении и Закавказья. Исполненные в Париже армянские пейзажи, в отличие от  монументальных работ 1923 – 1924 годов, имеют камерный характер как по своему содержа-нию, так и по размерам. Это или городские и деревенские пейзажи с узкими улицами, кубическими домиками с плоскими крышами, оживлённые редкими деревьями, живот-ными, одинокими фигурами людей, или склоны гор с пасущимися овцами, долины, замыкаемые цепью гор с выступающими местами тополями, бегущими ланями и т. п. Как и в прошлом, в годы путешествий на Восток, в них фантастическое, созданное воображе-нием художника, сочетается с меткостью реальных наблюдений. Эти новые армянские пейзажи менее декоративны, местами художник пользуется импрессионистическими приёмами мелких мазков. Но лаконизм, резкие контрасты светотени связывают их со старыми работами.

Примерно то же самое можно сказать и о натюрмортах, в них помимо декоративных задач художник стремился к пластической характеристике предметов.

Природа Франции и сам Париж не привлекали Сарьяна‐художника. За время пребы-вания в Париже им было написано лишь четыре пейзажных этюда. Три из них — берега Марны в окрестностях города — малопримечательны в живописном отношении, инте-реснее четвёртый — Сена в окрестностях Парижа — вид из окна парижской мастерской художника, написанный вскоре по приезде, — выполнен ещё в декоративно‐плоскост-ных приёмах. Сарьян совершил поездку в Шамони, но природа французской Швейцарии не заинтересовала художника, он ограничился всего несколькими карандашными зарисовками.

Художник также пишет многочисленные портреты («Р. Н. Симонов»; «А. Исаакян»; «Автопортрет с палитрой») и яркие натюрморты («Осенний натюрморт»).

Сарьян работал также как книжный график («Армянские народные сказки», 1930, 1933, 1937) и как театральный художник (декорации и костюмы к опере «Алмаст» А. Спендиарова в Театре оперы и балета им. Спендиарова, 1938—1939, Ереван; «Храбрый Назар» А. Степаняна, «Давид бек» Тиграняна, «Филумена Мартурано» Э. Де Филиппо и др.).

Работы, исполненные Сарьяном по возвращении в Ереван из Парижа, свидетельству-ют о совершившемся в искусстве художника переломе, который, впрочем, наметился ещё до поездки. Перелом сказался во всех областях творчества, но наиболее нагляден он в пейзажах. Работа с натуры в области станкового пейзажа стала с этого времени не толь-ко основным, но и единственным методом художника. Огромно количество армянских пейзажей, написанных Сарьяном. Поражает разнообразие аспектов изображения. Один и тот же мотив, например вид на Арарат из Еревана или окрестностей города, предстаёт каждый раз по‐новому, в зависимости от условий освещения, состояния атмосферы. В каждом пейзаже Сарьяна заложены определённое чувство, мысль.

О том, как значителен был происшедший в Сарьяне перелом, можно судить по первым же пейзажам, написанным весной и летом 1928 – 1929 годов, — «Уголок старого Еревана», «Цветущие абрикосовые деревья» и др. В отличие от прежних декоративных приёмов (сочетания контрастных красочных плоскостей) художник пользуется теперь методом дивизионизма. Но и в этих наиболее импрессионистических своих пейзажах Сарьян заметно отличается от французских художников, так как природа предстаёт у него не в своей мгновенной случайности, что составляет одно из основных положений импрессионизма, а в состоянии, наиболее типичном для неё.

Из работ, исполненных Сарьяном за последние годы, следует отметить два пейзажа «Армения» (один 1957 г., другой 1959 г.). Их объединяет не только общность наименования. После длительного перерыва художник вновь обращается к задачам, которые стави-лись им в первые годы по переезде в Советскую Армению. В обоих пейзажах, а особенно в «Армении» 1957 года, художник прибегает к обобщённым декоративным решениям — большие пространства покрыты одним цветом, без оттенков, с контрастными сопо-ставлениями розового, оранжевого, зелёного, синего. Если не считать панно «Армян-ский танец» для зала Союза композиторов Армении (1959), Сарьян больше не пишет таких пейзажей — они явились лишь эпизодом и не свидетельствовали об изменении направленности искусства художника. В цветовом решении пейзажей «Армения» 1957 г. и 1959 г. много различного.

Армения Х., м. 132 168 Одесса 1957

Следующий, 1959 год, как и предыдущий, был также весьма продуктивен, но в работах этого года преобладают пейзажи. В отличие от бюраканских пейзажей предыдущих двух лет, изображающих араратскую долину с горных высот, в утренние, вечерние и отчасти дневные часы, пейзажи Сарьяна 1959 года более разнообразны. Как и в прежние годы, художник совершает летом и в начале осени поездки по различным районам страны, на-ходя новые аспекты в изображении знакомых по прежним пейзажам мест: «Сквозь мглу долины Масис», «Сумрачный день», «Конец сентября», «К концу лета», «Начало октября» и другие. Меньше художником исполнено в 1959 году портретов. Лучший из них — пи-сателя И. Эренбурга. Сарьяну давно хотелось написать Эренбурга. Такая возможность представилась в связи с приездом писателя в Ереван. Как во всех своих лучших пор-третах, так и в этом художник с исключительным сходством запечатлел физический и духовный облик писателя.

Работы художника

  • «Улица. Полдень», 1911
  • «Константинопольские собаки», 1911
  • «Натюрморт. Виноград», 1911
  • «Армянка с сазом» 1915
  • В армянской деревне, 1901
  • «Сказки и сны», цикл акварелей, 1903—1908
  • «Сказка», 1904
  • «Король с дочерью», 1904
  • «У подножия Арарата», 1904
  • «У родника», 1904
  • «Чары Солнца», 1905
  • «В ущелье Ахуряна», 1905
  • «Комета», 1907
  • «Вечер в горах», 1907
  • «В тени», 1908
  • «У колодца», 1908
  • «Гиены», 1909
  • «Автопортрет», темпера, 1909
  • «Фруктовая лавочка», 1910
  • «Финиковая пальма», темпера, 1911
  • «Утро. Зелёные горы», 1912
  • «Цветы Калаки», 1914
  • «Портрет поэта Цатуряна», 1915

Библиография

  • Волошин М. А. Сарьян // Аполлон. — 1913.
  • Михайлов А. И. Мартирос Сергеевич Сарьян. — М., 1958.
  • Дрампян Р. Сарьян. — М., 1964.
  • Зурабян Т. С. Краски разных времен. — Советская Россия, 1970.

При написании этой статьи были использованы материалы таких сайтов: ru.wikipedia.org

Если вы нашли неточности или желаете дополнить эту статью, присылайте нам информацию на электронный адрес [email protected], мы и наши читатели будем вам очень благодарны.

Мартирос Сарьян: картины художника

Творчество. Свобода. Живопись.

Allpainters.ru создан людьми, искренне увлеченными миром творчества. Присоединяйтесь к нам!

Мартирос Сарьян: жизнь и творчество художника

Проголосуйте

allpainters.ru

Картины Мартироса Сарьяна. Искусство и антиквариат. Добавил Роберт Мхитарян — VilingStore.net

Под абрикосовыми деревьями 1954

Картины Мартироса Сарьяна фото

Дары Осени 1954

Необходимо было побороть в себе школу серую и навязчивую и найти собственную технику, не пользуясь чужим. Я стал искать более прочных, простых форм и красок для передачи живописного существа действительности… Моя цель – простыми средствами, избегая всякой нагроможденности, достигнуть наибольшей выразительности… Я говорю о той силе выражения, которая есть во всех настоящих произведениях искусства, начиная с древних времен и кончая нашими днями. …Свет, цвет , материал, форма, взаимоотношение находящихся рядом предметов и их частей у художника должно быть передано легко. Это та трудная лёгкость, которая является отличительной чертой крупных мастеров всех времен. Необходимо развивать в себе чувство умения видеть и понимать вещи быстро и передавать быстро, вместе с тем необходимо обладать чувством меры.

Мартирос Сарьян

Армения 1923

Арарат и арка Чаренца 1958

Мартирос Сарьян (1880 - 1972) - один из великих художников ХХ века, выдающийся мастер цвета. «Цвет - это истинное чудо! - восклицал художник. - В сочетании с солнечным светом он создаёт внутреннее содержание формы, выражает суть вселенского бытия».

Домики. Уголок в Ереване 1968

Автопортрет. Три возраста 1942

Полотна Сарьяна, написанные яркими, насыщенными красками, развивают новое эстетическое восприятие, давая возможность понять, что искусство не есть лишь имитация реальности: оно требует свободы воображения и абстрагирования. В то же время художник сохраняет в своих произведениях простые природные формы. Сарьян всегда считал природу своим главным учителем.

Торжество утра 1957

Вечер. Арарат 1958

Бедуин с верблюдом. Феллахская деревня. 1911

Сарьян первой половины 1910-х годов – смелый новатор, мастерски соединивший живописные традиции Востока с новыми тенденциями европейского искусства ХХ века. Художник получил признание в России. Его картины были приобретены Третьяковской галереей, некоторые экспонированы в Европе.

Финиковая пальма 1911

Фруктовая лавочка. Константинополь 1910

На Кавказе. Тифлис 1907

Арарат и Рипсиме.

В 1921 году Сарьян обосновался в Армении с целью посвятить своё искусство делу духовного возрождения родного народа. И хотя идеология Советской страны, в которой он жил, создавала определённые трудности для свободного развития творчества, Сарьян оставался верным принципам своего стиля, своего видения мира. Разработанные художником ранее технические приёмы и формы выражения обогатились новым содержанием. Основоположник современной армянской школы живописи, Сарьян утверждал в своём творчестве вневременные, общечеловеческие ценности, создавая образцы высокого искусства. В этом заключается мировое значение его наследия.

Я был полон любовью, искренней любовью, видел себя в своих картинах... Мартирос Сарьян

Портрет Ильи Эренбурга

Портрет окулиста Айка Канаяна 1942

Портрет Катаринэ Сарьян 1963

Константинополь. Собаки. 1910

Церковь VII века Кармравор. Аштарак 1956

Цветущее персиковое дерево и яблоня 1947

Арагац и гора Ара 1922

Арарат 1957

Комитас 1969

Горный пейзаж 1969

Земля 1969

Сказка. Последняя живописная работа 1971

vilingstore.net


Смотрите также