Сергей Судейкин: жизнь и творчество художника. Судейкин картины


Художник-символист Сергей Судейкин, член объединения «Голубая роза»

Картины Сергея Судейкина

Карусель. 1910. Судейкин

Карусель. 1910

СЕРГЕЙ ЮРЬЕВИЧ СУДЕЙКИН (1882—1946, Sudeikin) – русский  живописец, представитель символизма, один из виднейших мастеров круга «Голубой розы», выдающийся театральный  художник.

Родился в Петербурге 7 (19) марта 1882 в семье жандармского полковника Г.П.Судейкина, убитого через год народовольцами. Учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества вместе с П. В. Кузнецовым, И. П. Крымовым, И. И. Сапуновым, М. Ф. Ларионовым — художниками, ставшими затем его товарищами по экспозициям "Голубая роза" (1907) и "Венок" (1908), сыгравшим значительную роль в истории русской живописи после "Мира искусствава". В Московском училище живописи, ваяния и зодчества учился у Константина Коровина.  В 1909 поступил в петербургскую Академию художеств, где учился в мастерской Д.Н.Кардовского (до 1911). Судейкин был одним из организаторов выставки «Голубая роза» (1907), а также одним из членов-учредителей возрожденного «Мира искусства» (1910).  Сергей Судейкин помещал графику в журналах «Весы», «Аполлон», «Сатирикон» и «Новый Сатирикон». Художник Жил в Петербурге, часто наезжал в Москву.

Сергей Судейкин фото В 1907 году, в Москве открылась художественная выставка,  называвшаяся «Голубая роза». Выставка была организована под покровительством журнала «Золотое руно», который издавался на средства крупного капиталиста Н. П. Рябушинского и объединял всех основных представителей русского символизма. Выставка «Голубая роза» была неоднородной. Если одна группа ее участников  погружалась в символическую фантастику, то творческие стремления другой группы были одушевлены пульсом современного общественного уклада, поисками новой живописно-пластической системы, нового образного строя. К последней группе художников принадлежал и Сергей Юрьевич Судейкин.

В отличие от большинства других «голуборозовцев», Сергей Судейкин (не без влияния своего друга Константина Сомова) исповедовал некий «иронический символизм», превращая свои картины в живописные лубки на темы искусства, фольклора либо «прекрасной старины» (Гулянье, 1906, Третьяковская галерея; В парке, 1907; Балет, 1910; обе работы – в Русском музее; серия собственно лубков Масленичные герои, середина 1910-х годов). В своих картинах Судейкин эстетизировал дворянско-усадебный быт пушкинских времен, с нарочитой лубочностью, сочетающей в себе острый гротеск, изображал ярмарки, балаганы, сценки из жизни провинциальных русских городов. Его станковые картины были импровизационными и зачастую воспринимались как эскиз театральной декорации («Гулянье», 1906; «Бабье лето», 1916). В живописных и графических работах Судейкина стилистика модерна сочетается с использованием приемов авангардистского искусства ("Карусель", 1910, част. собрание; илл. к кн. М. А. Кузмина "Куранты любви", 1910).

 Судейкин активно работал в театре, начиная с оперной антрепризы С.И.Мамонтова в московском «Эрмитаже» (конец 1890-х годов). Оформил совместно с Н.Н.Сапуновым Смерть Тентажиля М.Метерлинка в постановке  Всеволода Эмильевича Мейерхольда (студия на Поварской, 1905). Сотрудничал также с театрами: В.Ф.Комиссаржевской, Новым Драматическим, Малым и Камерным. В 1912–1913 принял участие в «Русских сезонах» С.П.Дягилева. Еще в начале 1900-х годов, увлекшись живописно-стилизаторскими идеями В. Э. Мейерхольда, Судейкин стал одним из главных исполнителей постановочных замыслов этого выдающегося режиссера. Мейерхольд утверждал в ту пору принципы условного театра, отталкиваясь прежде всего от символистской поэтики ранних пьес Метерлинка, которые, как он подчеркивал, «требуют крайней неподвижности, почти марионеточности». На первый план в этих постановках выдвигалось подчинение всего строя спектакля живописно-декоративной гармонии. Под воздействием этих идей Мейерхольда Судейкин написал декорации к метерлинковским спектаклям .«Смерть Тентажиля» (1905) в Студии на Поварской и «Сестра Беатриса» (1906) в Театре В. Ф. Комиссаржевской. Однако как художник-декоратор Судейкин в полную силу своего таланта проявил себя позднее, когда с конца 1910-х годов; помимо Мейерхольда, ему довелось сотрудничать с режиссерами, утверждавшими «чистую театральность», стилизацию.Отказавшись от мягкости, «расплывчатости», блеклой цветовой гаммы декораций, присущей первому периоду его творчества, Судейкин пришел к полнокровной, сочной живописи, захватывающей зрителя эмоциональной стихией колорита.

Судейкин оформлял также оперетты, интермедии, фарсы. Легко и свободно импровизируя, этот талантливый художник мог мгновенно сделать из самого заурядного помещения пестрый маскарадный зал, расписать и украсить артистическое кабаре, сочинить костюмы для его гостей.

На заметку: На сайте по трудоустройству Rabotalux (сайт: www.rabotalux.com.ua) представлены вакансии ведущих компаний в Украине. Предложения по теме робота Харків находятся на отдельной странице. Здесь удобно искать работу в Харькове.

Сергей Судейкин

 В 1917 Судейкин уехал в Крым, а затем перебрался в Тифлис (1919), где оформлял литературные кафе («Химериони» и «Ладья аргонавтов»). В 1920 переехал из Батума в Марсель.  Судейкин был сценографом кабаре «Летучая мышь» Н.Ф.Балиева в Париже. Вместе с этой труппой прибыл на гастроли в США (1922) и обосновался в Нью-Йорке. Участвовал как художник во многих спектаклях (постановки театра «Метрополитен-опера», Л.Ф.Мясина, М.М.Фокина, Дж.Баланчина и т.д.), плодотворно развивая традиции «живописного театра» модерна.

Портрет Нины Шик

Портрет Нины Шик

Портрет жены 1930-е гг

Портрет жены 1930-е гг

Кабаре «Привал комедиантов» («Моя жизнь»). 1916

Кабаре «Привал комедиантов» («Моя жизнь»). 1916

Гуляние. 1906

Гуляние. 1906. Сергей Судейкин

Венецианские куклы. Фрагмент. 1910

Венецианские куклы. Фрагмент. 1910

Балет. 1910

картина Судейкина

Афиша гастролей театра "Летучая мышь"

Афиша гастролей театра

Аллегорическая сцена.

Ню.

ню Судейкина

Фронтиспис для журнала «Золотое Руно». 1908

Фронтиспис для журнала «Золотое Руно». 1908

Смотрины

Смотрины

Фарфоровые статуэтки. 1911

Бабье лето. 1916

Бабье лето. 1916

Вера де Боссе

Влюбленные при луне. 1910

Масленица.

Масленичный Петрушка.

Ночной праздник. 1905

Декорация к «Развлечениям для девушек» Кузмина. 1911

Эскиз декорации к «Видимой стороне жизни» Бенавенте. 1912

Эскиз декорации к «Видимой стороне жизни» Бенавенте. 1912

Парк перед замком. Эскиз декорации к «Лебединому озеру» Чайковского. 1911

Парк перед замком. Эскиз декорации к «Лебединому озеру» Чайковского. 1911

Пастораль. 1906

Портрет О.А.Глебовой-Судейкиной.

Портрет О.А.Глебовой-Судейкиной.

Сад Арлекина. 1915

Саксонские фигурки. 1911

Саксонские фигурки. 1911

Театральные эскизы Сергея Судейкина

Театральные эскизы Сергея Судейкина

Саломея

Самум. 1915

Комментарии пользователей Facebook и ВКонтакте. Выскажи мнение.

Последние материалы в этом разделе:

  • Творчество Франса Халса (1581/85-1666) Автопортрет Всю свою жизнь — практически безвыездно — Ф...

    2018-08-31

  • Творчество Иероним Босх  (Ок. 1450-1516) Великий нидерландский живописец Иероним ван Акен, которо...

    2018-08-19

  • Ян Бартольд Йонгкинд  (1819-1891) Замечательный художник, мало известный широкой публике, сыграл ...

    2018-08-10

  •  Творчество Тициана (1488/90—1576) Венецианская живопись — это особый мир в искусстве итальянског...

    2018-08-03

  • Творчество Мазаччо (1401—1428) Города Италии, ставшие практически самостоятельными государствами в...

    2018-07-22

↓↓ Ниже смотрите на тематическое сходство (Похожие материалы) ↓↓

www.artcontext.info

Сергей Судейкин: жизнь и творчество художника

Суде́йкин, Серге́й Ю́рьевич (Георгиевич) (1882, Санкт-Петербург — 1946, Найак, штат Нью-Йорк, США) — русский живописец, график, художник театра.

СОДЕРЖАНИЕ

Биография художника

Творчество

Интересные факты из жизни художника

Картины Сергея Судейкина

Библиография

БИОГРАФИЯ ХУДОЖНИКА

Родился в Санкт-Петербурге в семье подполковника Отдельного корпуса жандармов Георгия Порфирьевича Судейкина. Учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (1897—1909). Учился у А. Е. Архипова, А С. Степанова, А. М. Васнецова, Н. А. Касаткина, Л. О  Пастернака (однако за демонстрацию на студенческой выставке весьма фривольного содержания рисунков, в манере, «не входившей в учебную программу», был отчислен сроком на один год вместе с М. Ф. Ларионовым и А. В. Фонвизиным).

C 1903 — продолжает обучение в мастерских В. А. Серова и К. А. Коровина.

Начало карьеры Сергея Судейкина, как театрального художника связано с московским театром «Эрмитаж» в Каретном Ряду, так в 1902 году совместно с Н. Н. Сапуновым он работает здесь над оформлением целого ряда оперных постановок в их числе «Орфей» К. В. Глюка и «Валькирия» Р. Вагнера.

В 1903 году он (также вместе с Н. Сапуновым) иллюстрирует драму М. Метерлинка «Смерть Тентажиля».

В дальнейшем Судейкин оформляет постановки для Малого драматического, Русского драматического и театра Комиссаржевской в Петербурге.

В 1904 г. — участвует в выставке «Алая роза».

1905 — участник выставок «Московского товарищества художников», «Союза русских художников» (1905, 1907—1909). 1907 — становится одним из создателей символистского художественного объединения «Голубая роза». Участник выставок «Венок-Стефанос» (1907, Москва), «Венок» (1908, Петербург).В январе 1907г. женится на актрисе и танцовщице Ольге Глебовой. 1911 г. — вступает в объединение «Мир Искусства». В этот период большое влияние на художника оказывает творчество К. А. Сомова. В 1912 г. оформил спектакль «Изнанка жизни» по пьесе Х. Бенавенте в петербургском театре А. Рейнеке.

Один из организаторов и декоратор литературно-художественного кабаре «Бродячая собака». 1915 г. выполняет декоративные панно для театра-кабаре «Привал комедиантов». В конце 1915 года расстаётся с женой, Ольгой Глебовой-Судейкиной. В этом же году знакомится с актрисой Верой Шиллинг (урожденной Боссе) в марте 1916 года она переезжает к нему в Петербург. Их образы получили отражение в творчестве поэта Михаила Кузмина: «Чужая поэма», и пантомима «Влюблённый дьявол». Обе жены изображены С. Судейкиным на картине «Моя жизнь» 1916 г.

В 1917 г. Судейкин уезжает в Крым, живёт в окрестностях Алушты, затем в Мисхоре, в Ялте участвует в выставке, организованной С. К. Маковским, вместе с Н. Д. Миллиоти, С. А. Сориным и другими. В феврале 1918 г. женится на Вере Шиллинг. В апреле 1919 г. переезжает в Тифлис (1919 г.), где оформляет литературные кафе — «Химериони» и «Ладья аргонавтов». В декабре 1919г. переезжает в Баку, затем возвращается в Тифлис, затем в Батум.

В 1920 г. Сергей и Вера Судейкины эмигрируют во Францию, путь его лежит из Батума через Марсель в Париж. В Париже становится сценографом кабаре «Летучая мышь» Н. Ф. Балиева. В мае 1922г. расстаётся с женой, Верой Судейкиной. В Париже оформляет два спектакля для труппы Анны Павловой. С труппой Балиева Судейкин приежает на гастроли в США (1922 г.) и обосновывается в Нью-Йорке.

В период с 1924 по 1931 годы активно работает над оформлением многих постановок для театра «Метрополитен Опера», (балеты И. Стравинского «Петрушка» (1925), «Соловей» (1926), оперы «Садко» Н. Римского-Корсакова (1930), «Летучий голландец» Р. Вагнера (1931), сотрудничает с труппами М. М. Фокина, Л. Ф. Мясина, Дж. Баланчина. Создает декорации к голливудскому кинофильму «Воскресенье» (1934—1935) по роману Л. Н. Толстого.

Работы художника находятся во многих известных российских и зарубежных музеях, таких как: Государственная Третьяковская галерея, ГМИИ им. А. С. Пушкина, Государственный Русский музей,Саратовский художественный музей имени А. Н. Радищева, Бруклинский музей в Нью-Йорке и других.

ТВОРЧЕСТВО

Уже первые самостоятельные работы Судейкина с их романтической наивностью, перламутровыми тонами оказались близки художникам-символистам. Он иллюстрировал драму М. Метерлинка «Смерть Тентажиля» (1903), сотрудничал с журналом «Весы», участвовал в выставках «Алая роза» (1904) и «Голубая роза» (1907), «Венок- Стефанос» (1908).

Именно театрально-декорационное искусство стало главным делом художника. Он сотрудничал со многими театральными деятелями тех лет.

Парк перед замком. Эскиз декорации к «Лебединому озеру» Чайковского. 1911 Парк перед замком. Эскиз декорации к «Лебединому озеру» Чайковского. 1911 У Олимпии. Эскиз декорации к «Сказкам Гофмана» Ж. Оффенбаха. 1915 У Олимпии. Эскиз декорации к «Сказкам Гофмана» Ж. Оффенбаха. 1915 Декорация к «Развлечениям для девушек» Кузмина 1911 Декорация к «Развлечениям для девушек» Кузмина 1911 Эскиз декорации к «Видимой стороне жизни» Бенавенте 1912 Эскиз декорации к «Видимой стороне жизни» Бенавенте 1912

Во многом от сомовских «маркиз» отталкивался Судейкин в своих работах, также воспроизводивших пасторальные сцены галантной эпохи. «Пастораль» (1905), «Сад Арлекина», «Венеция» (обе 1907), «Северный поэт» (1909), «Восточная сказка» (начало 1910-х) — характерны уже сами названия картин Судейкина. Романтический сюжет нередко получал у него наивную, примитивно-лубочную трактовку, содержал элементы пародии, гротеска, театрализации.

Его натюрморты — «Саксонские фигурки» (1911), «Цветы и фарфор» (начало 1910-х) и др. — при всей их близости к натюрмортам А. Я. Головина также напоминают театральное действо, сценическую площадку. Тема театра не раз возникала в его живописи. Судейкин изображал балет и кукольный театр, итальянскую комедию и русское масленичное гулянье («Балетная пастораль», «Гулянье», обе 1906; «Карусель», 1910; «Петрушка», 1915; серия лубков «Масленичные герои», середина 1910-х, и др.). Судейкин (не без влияния своего друга К.А.Сомова) исповедовал некий «иронический символизм», превращая свои картины в живописные лубки на темы искусства, фольклора либо «прекрасной старины».

Натюрморт с фарфоровыми фигурками и розами 1909 Натюрморт с фарфоровыми фигурками и розами 1909 Масленичный Петрушка 1915 Масленичный Петрушка 1915 Саксонские фигурки 1911 Саксонские фигурки 1911

Эти красочные, почти что кукольные мини-спектакли с подчеркнуто «ненастоящими» фигурками и антуражем стали связующим звеном между его живописью и сценографией.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ ИЗ ЖИЗНИ ХУДОЖНИКА

Сергею Судейкину посвящено стихотворение Николая Гумилёва «Путешествие в Китай».

БИБЛИОГРАФИЯ

  • Коган Д. Сергей Судейкин.— М., 1974.
  • Энциклопедия искусства XX века /Сост. О. Б. Краснова. — М: ОЛМА-ПРЕСС, 2002
  • Художники русского зарубежья 1917—1939: Биографический словарь / Сост.: О. Л. Лейкинд, К. В. Махров, Д. Я. Северюхин. СПб.: Нотабене, 1999. С. 547—548
  • Боулт Д. Сергей Судейкин: Жизнь в ближней эмиграции // В. Э. Борисов-Мусатов и «Саратовская школа»: Материалы 7-х Боголюбовских чтений. Саратов, 2001. С. 161—165
  • Муза. Отрывки из дневника и другие тексты Веры Судейкиной (Стравинской)/ См.: Experiment / IMRC. Vol. 13: Los Angeles, 2007
  • The Salon Album of Vera Sudeikin-Stravinsky / Ed. and tr. by J.E. Bowlt. Princeton: Princeton University Press, 1995
  • Судейкина В. Дневник 1917—1919. М.: Русский путь, 2006.

При написании этой статьи были использованы материалы таких сайтов: ru.wikipedia.org, artsait.ru, krugosvet.ru

Если вы нашли неточности или желаете дополнить эту статью, присылайте нам информацию на электронный адрес [email protected], мы и наши читатели будем вам очень благодарны.

Сергей Судейкин: картины художника

Творчество. Свобода. Живопись.

Allpainters.ru создан людьми, искренне увлеченными миром творчества. Присоединяйтесь к нам!

Сергей Судейкин: жизнь и творчество художника

Проголосуйте

allpainters.ru

Судейкин

Сергей Судейкин (1882 г.р.) мечтал, чтобы его картины дошли до России, из которой он эмигрировал в 1920-м. Вместе с другими русскими художниками он вскоре обосновался в Париже, потом – в Америке, работая с русскими театральными  труппами в качестве театрального художника.

В конце жизни, уже тяжело больным, Судейкин решил передать тысячу своих картин в Россию, но поскольку связь с СССР практически была прервана, то он передал картины некому Семёну Акимовичу Болану, скупавшему на аукционах Берлина книги, картины и другие культурные ценности, распродаваемые в огромном количестве Советским Союзом.

Потом Болан продавал книги в университетские библиотеки, главным образом – в американские, а картины уходили любителям русской живописи. Но в данном случае картины не были предметом коммерческой сделки.

Судейкин просто доверил свои картины, по большей части театральные декорации, выполненные им когда-то для постановок в Метрополитен-Опера и в других театрах, надежному человеку, который мог передать их, после смерти художника, в СССР. Не продать, а просто передать. Таким было его завещание.

Умер Судейкин в 1946-м в Америке, а спустя несколько лет, в начале пятидесятых, в США приехала с гастролями труппа Большого театра и, пользуясь случаем, Болан решил встретиться с Галиной Улановой и передать ей завещанные Судейкиным картины. Но Галина Сергеевна наотрез отказалась принять этот дар.

Тогда Болан решил распорядиться картинами по-своему и начал распродавать их по дешевке - всем, кто соглашался их купить. В этой коллекции было также несколько картин Натальи Гончаровой и других русских художников.

Сам Судейкин был плохим коммерсантом и, вложившись в конце жизни в американское кабаре с русским названием «Привал комедиантов», украсив его своими замечательными панно, он разорился:  предприятие оказалось убыточным.

Тогда вместе с его личными сбережениями исчезли и сбережения его жены Джин Палмер-Судейкиной, которая после смерти мужа, чтобы как-то сводить концы с концами, вынуждена была продавать не только картины и архив художника, но и свои домашние вещи.

Вот тогда-то архив вместе с несколькими картинами художника приобрёл русский эмигрант, любитель русской театральной живописи, Никита Лобанов-Ростовский. В 1970-м году он продал его в ЦГАЛИ. Так бесславно закончилась жизнь когда-то очень популярного и очень талантливого художника начала XX века Сергея Судейкина.

О художнике известно очень немного, главным образом по его участию в знаменитой выставке «Голубая роза» (1907), объединившей на рубеже XIX-XX веков молодых художников, ставших предтечей русского авангарда, своеобразным предисловием к нему.

Голуборозовцы формально не были организацией, их объединяло другое: общее творческие видение, сформированное в общей среде, т.к. у них были одни учителя и одни кумиры, общие интересы и общие эстетические ценности. Был у них и свой печатный орган – журнал «Золотое руно», лучший и самый богатый журнал того времени.

Продолжая линию мирискусников, голуборозовцы дистанцировались от них, отказавшись от изобразительности и предметности. Важно стало выражение непосредственности, в котором главное место занял примитивизм, корнями уходящий в народный лубок и древнерусскую иконопись.

Через «Голубую розу», как через чистилище, прошли Ларионов и Гончарова, Кандинский и Малевич, братья Бурлюки и поздний Валентин Серов. Сергей Судейкин - тоже один из ярких представителей этого движения.

Но художник не пошел дальше символизма, его живопись не переросла в авангард, оставшись символической, хоть и в значительной степени сниженной наивностью примитивного лубка, утрированностью красок и композиции, ироничностью и романтизмом. Этот дух живописца хорошо передал , близкий друг художника Михаил Кузмин.

С. Судейкину

Оставлен мирный переулок И диссертации тетрадь, И в час условленных прогулок Пришел сюда я вновь страдать. На зов обманчивой улыбки Я, как сомнамбула, бегу, - И вижу: там, где стали липки, Она сидит уж на лугу. Но ваше сердце, Лотта, Лотта, Ко мне жестоко, как всегда! Я знаю, мой соперник - Отто, Его счастливее звезда. Зову собачку, даже песик Моей душой не дорожит, Подняв косматый, черный носик, Глядит, глядит и не бежит. Что, праздные, дивитесь, шельмы? Для вас луна, что фонари, Но мы, безумные Ансельмы, - Фантасты и секретари! (М.Кузмин. «Прогулка» - картина С.Судейкина)

Голуборозовцы формировали свою мифологию, но не отрывались от земли, как это сделали потом беспредметники, супрематисты и абстракционисты.  Символисты поднимались над землёй, чтобы посмотреть на нее свысока и другими глазами, ощутить глубину смыслов, скрывающуюся за видимой поверхностью вещей.

Сергей Судейкин и его поколение пришли на смену Врубелю, Серову и Коровину, шагнув в новый век с другим видением реальности. Творчество Судейкина формировалось под сильным влиянием близкого друга Константина Сомова.

Та же утрированная манерность, только не XVIII века, а XIX, те же маркизы и пасторальные сцены, гротеск, пародийность и театрализация. Даже названия картин Судейкина очень характерны: "Восточная сказка",  "Пастораль", "Венеция",  "Сад Арлекина» и другие.

Театрализация и театральная декорация - отличительная черта его творчества, а приверженность к театральной теме  красной нитью прошла сквозь всё его творчество. Сергей Судейкин изображал кукольный театр, балаганы, балет, масленичные гуляния, итальянскую комедию. Его имя неразрывно связано с известными театральными режиссерами: Таировым, Евреиновым, Мейерхольдом и Комиссаржевской.

К оформлению сцены он подходил как художник, часто забывая об актерах, терявшихся на фоне его ярких декораций. И после эмиграции его жизнь,и в Европе, и в Америке, тоже была связана в основном с театром.

Личная жизнь Сергея Судейкина была бурной, как и у всех людей этого круга. Женившись по страстной любви на актрисе Ольге Глебовой, через год он объявил, что больше не любит ее. Потом она найдет его дневник, в котором с ужасом прочитает о чувствах, которые ее муж испытывал к Михаилу Кузмину, жившему с ними в одной квартире. Такие "высокие отношения" в то время были почти нормой.

Потом была женитьбе на другой актрисе, ставшей сначала любовницей, а потом и женой Игоря Стравинского. Наконец, третий брак на американке, оказался более-менее удачным, если бы не его коммерческие эксперименты, разорившие семью. В конце жизни Сергей Судейкин  тяжело болел и умер в полной нищете.

Тина Гай

Related posts

coded by nessus

sotvori-sebia-sam.ru

Живописец Сергей Судейкин (1882-1946): vakin

Суде́йкин, Серге́й Ю́рьевич (Георгиевич) (1882, Санкт-Петербург — 1946, Найак, штат Нью-Йорк, США) — русский живописец, график, художник театра.

Родился в Санкт-Петербурге в семье подполковника Отдельного корпуса жандармов Георгия Порфирьевича Судейкина. Учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества (1897—1909). Учился у А. Е. Архипова, А. С. Степанова, А. М. Васнецова, Н. А. Касаткина, Л. О. Пастернака (однако за демонстрацию на студенческой выставке весьма фривольного содержания рисунков, в манере, «не входившей в учебную программу», был отчислен сроком на один год вместе с М. Ф. Ларионовым и А. В. Фонвизиным).

C 1903 — продолжает обучение в мастерских В. А. Серова и К. А. Коровина.

Начало карьеры Сергея Судейкина, как театрального художника связано с московским театром «Эрмитаж» в Каретном Ряду, так в 1902 году совместно с Н. Н. Сапуновым он работает здесь над оформлением целого ряда оперных постановок в их числе «Орфей» К. В. Глюка и «Валькирия» Р. Вагнера.

В 1903 году он (также вместе с Н. Сапуновым) иллюстрирует драму М. Метерлинка «Смерть Тентажиля».

В дальнейшем Судейкин оформляет постановки для Малого драматического, Русского драматического и театра Комиссаржевской в Петербурге. Помимо этого, как художник он сотрудничает с журналами «Весы», «Аполлон», «Сатирикон» и «Новый Сатирикон».

В 1904 г. — участвует в выставке «Алая роза».

1905 — участник выставок «Московского товарищества художников», «Союза русских художников» (1905, 1907—1909).

1907 — становится одним из создателей символистского художественного объединения «Голубая роза». Участник выставок «Венок-Стефанос» (1907, Москва), «Венок» (1908, Петербург).В январе 1907г. женится на актрисе и танцовщице Ольге Глебовой.

В 1909 г. Сергей Судейкин — выпускник МУЖВЗ со званием неклассного художника. В том же 1909 г. поступил в Санкт-Петербургскую Академию Художеств, в мастерскую Д. Н. Кардовского. Тогда же знакомится с А. Н. Бенуа и благодаря этому знакомится с другими «мирискуссниками».

1911 г. — вступает в объединение «Мир Искусства». В этот период большое влияние на художника оказывает творчество К. А. Сомова. Один из организаторов и декоратор литературно-художественного кабаре «Бродячая собака».

1915 г. выполняет декоративные панно для театра-кабаре «Привал комедиантов». В конце 1915 года расстаётся с женой, Ольгой Глебовой-Судейкиной. В этом же году знакомится с актрисой Верой Шиллинг (урожденной Боссе) в марте 1916 года она переезжает к нему в Петербург. Их образы получили отражение в творчестве поэта Михаила Кузмина: «Чужая поэма», и пантомима «Влюблённый дьявол». Обе жены изображены С. Судейкиным на картине "Моя жизнь" 1916 г.

В 1917 г. Судейкин уезжает в Крым, живёт в окрестностях Алушты, затем в Мисхоре, в Ялте участвует в выставке, организованной С. К. Маковским, вместе с Н. Д. Миллиоти, С. А. Сориным и другими. В феврале 1918 г. женится на Вере Шиллинг, взявшей его фамилию. В апреле 1919 г. переезжает в Тифлис (1919 г.), где оформляет литературные кафе — «Химериони» и «Ладья аргонавтов». В декабре 1919г. переезжает в Баку, затем возвращается в Тифлис, затем в Батум.

В 1920 г. Сергей и Вера Судейкины эмигрируют во Францию, путь его лежит из Батума через Марсель в Париж. В Париже становится сценографом кабаре «Летучая мышь» Н. Ф. Балиева. В мае 1922г. расстаётся с женой, Верой Судейкиной. В Париже оформляет два спектакля для труппы Анны Павловой. С труппой Балиева Судейкин приежает на гастроли в США (1922 г.) и обосновывается в Нью-Йорке.

В период с 1924 по 1931 годы активно работает над оформлением многих постановок для театра «Метрополитен Опера», (балеты И. Стравинского «Петрушка» (1925), «Соловей» (1926), оперы «Садко» Н. Римского-Корсакова (1930), «Летучий голландец» Р. Вагнера (1931), сотрудничает с труппами М. М. Фокина, Л. Ф. Мясина, Дж. Баланчина. Создает декорации к голливудскому кинофильму «Воскресенье» (1934—1935) по роману Л. Н. Толстого.

Работы художника находятся во многих известных российских и зарубежных музеях, таких как: Государственная Третьяковская галерея, ГМИИ им. А. С. Пушкина, Государственный Русский музей, Саратовский художественный музей имени А. Н. Радищева, Бруклинский музей в Нью-Йорке и других.

Сергею Судейкину посвящено стихотворение Николая Гумилёва « в Китай».

Последние годы жизни Сергей Судейкин тяжело болел. Умер в августе 1946 г. в Нью-Йорке.

Вера Судейкина

Источники - Википедия и lilac2012.livejournal.com

Полностью fotki.com

vakin.livejournal.com

Картина Сергея Судейкина "Моя жизнь - приют…

Picture1

Картина Сергея Судейкина "Моя жизнь - приют комедиантов". Картина написана в 1916 гг.

В описаниях хорошо узнаваемы четыре маски, изображенные в виде героев Commedia dell'arte. Возле каждого из них я поместил его портрет, чтобы можно было убедиться в его узнаваемости.

Picture2Сам автор - С.Судейкин - изображен справа в виде Арлекина. В виде Коломбины изображена его жена - О.А.Глебова-Судейкина, с которой они расстались в 1915 г.]

В тот же год Судейкин сходится с Верой де Боссе. Они живут вместе много лет, вместе эмигрируют, и позже Вера Судейкина сходится с Игорем Стравинским. Она изображена в виде обнаженной женщины, лицо которой мы видим в зеркале. Исходя из ее портрета работы того же Судейкина, полагаю, что загадочный ребенок на картине - это тоже она.

Справа Слева в черном костюме доктора Дапертутто изображен М.Кузмин. Брак Судейкина с О.А. Глебовой-Судейкиной распался после того, как она узнала о его гомосексуальной связи с Кузминым.

Таким образом, все узнанные персонажи связаны любовной связью с автором картины. Отметим, что двое из них появляются в ахматовской "Поэме без героя" - Глебова-Судейкина в виде Коломбины, а Кузмин - в виде Владыки мрака, то есть черта.

Хвост запрятал под фалды фрака...      Как он хром и изящен...                                                Однако            Я надеюсь, Владыку Мрака                  Вы не смели сюда ввести?Маска это, череп, лицо ли —      Выражение скорбной боли,            Что лишь Гойя сумел передать.Общий баловень и насмешник —      Перед ним самый смрадный грешник —            Воплощенная благодать...

В 1961 г. Ахматова пишет:

Больше всего будут спрашивать, кто же - "Владыка Мрака" (про Верстовой Столб уже спрашивали), т. е. попросту черт. Он же в "Решке": "Сам изящнейший Сатана". Мне не очень хочется говорить об этом, но для тех, кто знает всю историю 1913 г., - это не тайна. Скажу только, что он, вероятно, родился в рубашке, он один из тех, кому все можно. Я сейчас не буду перечислять, что было можно ему, но если бы я это сделала, у современного читателя волосы стали дыбом.

Общеизвестно, что речь идет о Кузмине.

Отметим, что Глебова-Судейкина появляется в поэме не только в виде Коломбины, но еще и в виде Путаницы, Психеи и Козлоногой. Все это - ее роли в разных пьесах, но для нас важнее, что это все - ее портреты работы Судейкина.

putanica"Путаница"

В 1953 г. Ахматова пишет:

Кстати о путанице <..> Все, что я знала о ней до вчерашнего дня (6 июня 1953) было заглавие, портрет О. А. в этой роли, сделанный С. Судейкиным. Оригинал в Русском музее, авторская копия в Минске. Вчера мне принесли пьесу, поразившую меня своим убожеством. В числе источников поэмы прошу ее не числить.

"Распахнулась атласная шубка" - это именно про этот портрет.

psisha"Псиша"

kozlonog"Танец козлоногих"

Таким образом, "Поэма без героя" теснейшим образом связана с картинами Судейкина, включая и "Мою жизнь".

Но кто же остальные герои картины? Естественно предположить, что Пьеро - это Всеволод Князев, покончивший собой в апреле 1913 г. Он был влюблен в Глебову-Судейкину, у него был гомосексуальный роман с Кузминым.

Тема его самоубийства - центральная в поэме:

На площадке пахнет духами,        И драгунский корнет со стихами              И с бессмысленной смертью в грудиПозвонит, если смелости хватит...       Он мгновенье последнее тратит,              Чтобы славить тебя.                                                        Гляди:Не в проклятых Мазурских болотах,       Не на синих Карпатских высотах...              Он — на твой порог!                     Поперек.              Да простит тебя Бог!

       (Сколько гибелей шло к поэту,        Глупый мальчик: он выбрал эту, —        Первых он не стерпел обид,        Он не знал, на каком пороге        Он стоит и какой дороги        Перед ним откроется вид...)

Это я — твоя старая совесть       Разыскала сожженную повесть              И на край подоконника                     В доме покойника                     Положила —                                          и на цыпочках ушла...

В поэме Ахматова прямо называет его “драгунским Пьеро”. И не удивительно: в стихах, опубликованных после смерти, он сам называет себя Пьеро:

Пьеро, Пьеро, — счастливый, но Пьеро я!И навсегда я быть им осужден.Не странно ли — нас четверо и трое,И я один влюблен — и отделен!Ах, рая дверь мне преграждают двое,Но в «первый рай» я все равно введен, —Пусть Арлекин закутан в плащ героя.Моей любви не уничтожит он!Я видел смех, улыбки Коломбины,Я был обвит кольцом прелестных рук…Пусть я — Пьеро, пусть мне победа — звук,Мне не страшны у рая Арлекины,Лишь ты, прекрасная, свет солнца, рукиНе отнимай от губ моих в разлуке.

И еще:

Вы милая, нежная Коломбина,Вся розовая в голубом.Портрет возле старого клавесинаБелой девушки с желтым цветком!Нежно поцеловали, закрыв дверцу(А на шляпе желтое перо)…И разве не больно, не больно сердцуЗнать, что я только Пьеро, Пьеро?..

На картине Пьеро - с альбомом и пером в руке, то есть поэт. Фотография Князева немного в другом ракурсе, но мне кажется, понятно, что Пьеро на картине - это он.

Таким образом, на картине - не два, а три центральных персонажа "Поэмы без героя". Причем Князев умер за 3 года до картины.

Кто же остальные двое? Рискну предположить, что это другие два любовника Глебовой-Судейкиной: художник Савелий Сорин, с которым она ездила во Флоренцию в 1913 г., и музыкант и композитор Артур Лурье, с которым она впоследствии долго жила и вместе эмигрировала.

Я развернул портреты того и другого на 180°, чтобы ракурс был похож на тот, что на картине. Лурье при этом с арфой.

Picture3

Таким образом, отношения между героями можно изобразить вот такой непростой схемой.

Picture4

Дочитав последнюю фразу,Не поймешь, кто в кого влюблен

 

idelsong.livejournal.com

Сергей Судейкин (1882-1946) - НАШЕ НАСЛЕДИЕ

1050Сергей Юрьевич Судейкин (1882-1946). «В опере», 1920-e

Творческая биография Судейкина связана с театром. Писал он в основном декорации, занавесы, рисовал костюмы.

Перед картинами Судейкина

Передо мной картины Судейкина: вот — чудесный полный поэзии, радости и юмора, мир старинных пейзажей, дворянских усадеб, хороводов под зеленой сенью рощи, жеманных молодых людей, влюбленных в сельских красавиц: оживший мир беспечной прелести и любви, над которым купидон, выхоленный в бабушкиных перинах, натягивает свой лук. Вот — ярмарки, балаганы, петрушка, катанье под Новинским, где все пьяным-пьяно, где на тройке пролетают румяные купчихи, а курносый чиновник, томясь от вожделения, глядит им вслед. Вот — жарко натопленные мещанские горницы, кабинеты в трактирах, с окошком на церковный двор, непомерные бабищи, рассолодевшие девки, половые с каторжными лицами, и тот же курносый чиновник утоляет вожделение за полбутылочкой рябиновой. Вот — сказочный мир глиняных вятских игрушек. Вот — упившийся сладострастием и ленью восток — Грузия, Персия, Армения. Вот, наконец, портреты современных нам лиц, взятые в какой-то особой, таинственной, жуткой их сущности. Стоишь, очарованный этим несравненным поэтом, насмешником, мистиком, могучим и яростным колористом, и спрашиваешь — из каких глубин выросло это искусство?                                                        

Алексей Толстой

Ещё картины

1022

1021

1020

1025

1024

1023

Вера Судейкина1028

    1048       1027

1026

1031

1030

1047

1013

1029

1034

1032

1037

1036

1035

1040

1039

1038

1041

1042

1043

1046

1044

1049

1045

1033

Биография и картины

nashe-nasledie.livejournal.com

Алексей Толстой «Перед картинами Судейкина»

Сергей Судейкин «Масленица».

Сергей Судейкин «Масленица».

Передо мной картины Судейкина: вот — чудесный, полный поэзии, радости и юмора, мир старинных пейзажей, дворянских усадеб, хороводов под зеленой синью рощи, жеманных молодых людей, влюбленных в сельских красавиц: оживший мир беспечной прелести и любви, над которым купидон, выхоленный в бабушкиных перинах, натягивает свой лук. Вот — ярмарки, балаганы, петрушка, катанье под Новинским, где все пьяным-пьяно, где на тройке пролетают румяные купчихи, а курносый чиновник, томясь от вожделения, глядит им вслед. Вот — жарко натопленные мещанские горницы, кабинеты в трактирах, с окошком на церковный двор, непомерные бабищи, рассолодевшие девки, половые с каторжными лицами, и тот же курносый чиновник утоляет вожделение за полбутылочкой рябиновой. Вот — сказочный мир глиняных вятских игрушек. Вот — упившийся сладострастием и ленью Восток, — Грузия, Персия, Армения. Вот, наконец, портреты современных нам лиц, взятые в какой-то особой, таинственной, жуткой их сущности.

Стоишь, очарованный этим несравненным поэтом, насмешником, мистиком, могучим и яростным колористом, и спрашиваешь, — из каких глубин выросло это искусство?

*

Для меня рассуждения об искусстве всегда сводятся к одному: искусство (живопись, музыка, поэзия и др.) это — сеть, которою улавливается дух жизни и, уловленный, заковывается в кристаллы звука, слова, краски, формы.

Кристаллы эти разрушаются временем, но искусство снова и снова закидывает сеть. По богатству улова судят о богатстве века. Но есть и другое различие в этих уловках вечности: степень их насыщенности вечным, тем, что в искусстве мы называем Красотой.

Об этом, в сущности, и говорят, когда говорят об искусстве, или когда по нем судят о современном ему веке.

С. Судейкин — Чаепитие под «машину».

С. Судейкин — Чаепитие под «машину».

*

Ловцы вечности строят свои формы из хрупкого и тленного материала жизни. Формы обуславливают содержание: жизнь довлеет над творчеством. Действительно, нельзя кровавый закат насытить радостью ясного утра. В этом трагедия искусства и его неуставаемая борьба с формой, — с жизнью сегодняшнего дня.

Только в редкие эпохи счастливого и пышного расцвета жизни искусство современно ей, — тогда оно обожествляет эту жизнь, тогда — улов щедрый и Красота совершенна.

Но такие эпохи редки. Обычно взор искусства в поисках формы обращен назад, в глубь отошедшего времени, и чем тусклее современность, тем пронзительнее взор в глубину.

Но здесь снова трагедия: давно отошедшие формы прекрасны, но мертвы, их не наполнить вином бытия, как не наполнить истлевшего меха. А то, что живо, — тускло и безнадежно.

Мы только что пережили подобное время в искусстве: десятилетие перед мировой войной.

*

Связь искусства с жизнью — связь в любви и ненависти одновременно. Связь эта предвозвещена огненным мечом Архангела, преградившего первому человеку райские врата. Мечта о райских вратах — вечная тоска искусства. Оно приковано к жизни, но оно всегда впереди нее, одушевлено этой мечтой. Поэтому искусство всегда веще, пророчественно.

Веще и пророчественно не содержание искусства, но само его качество, его окраска. Как по убору птиц, по их полету, мы говорим о весне и об осени, так по убору и взлету искусства мы гадаем о грядущих днях.

*

Я помню, как в 1910 году мы ждали конца мира: хвост кометы Галлея должен был коснуться земли и мгновенно насытить воздух смертельными газами циана.

Так за десятилетие перед мировой войной, перед гибелью Российской Империи, все русское искусство, сверху донизу, в смутном предчувствии гибели, было одним воплем смертельной тоски.

В живописи была изысканность, сладострастие формы; в поэзии — белая дама; в романе — проповедь самоубийств; в музыке, наиболее ясновидящем из искусств, — пылающий хаос. Поэма Огня — прямое указание на грядущее потрясение мира.

Этого мало: последнее поколение «ловцов вечности», в исступлении и смертельной тоске, начали размазывать себе лица похабными рисунками, становиться на голову и кричать, что весь мир кверху ногами.

Свинцовая туча надвигалась, покрыла Россию, и Империя, со всей трехсотлетнею культурой, рухнула в бездну.

Век был изжит.

*

И вот, мы стоим по эту сторону бездны. Прошлое — груда дымящихся развалин. Что же сталося с искусством? Оно погибло? Или его уцелевшие остатки доживают век?

Об русском современном искусстве, во всем его объеме, говорить сейчас трудно: оно раскидано по свету и только теперь начинает собираться в ячейки. Но по отдельным частям его, преимущественно живописи и музыке, уже можно провидеть в нем новую кровь, свежую силу: преображение. Не осталось и следа разочарования и упадка. И уже ясно проступают его резкие грани: строгость, сила, простота, утверждение жизни, жажда овладения хаосом. Я повторяю, — еще рано определять качество русского искусства. Никто не знает, какими дорогами пойдет Россия, каков путь ее искусства, но по его окраске, по его взлету уже чувствуется в тумане грядущего весенний расцвет, а не безнадежное угасание осени.

Так, первые птицы, долетевшие до этого берега из тьмы гигантского пожара, еще окрашены кровавыми отблесками, но движения их сильны, кровь горяча и голос громок.

С. Судейкин "Романс Глинки".

С. Судейкин «Романс Глинки».

*

Возвращаюсь к Судейкину. Определить этого поэта-живописца, то русского Ватто, то суздальского травщика, так же трудно, как трудно выразить словом славянскую стихию: какое-то единственное сочетание противоречий.

Бывают в России такие лица: строгие, серые, раскольничьи глаза и усмешка рта, не предвещающая доброго. Эти лица не забываются, очарование их волнует. У первого человека, мне кажется, было такое лицо — ясно, как зеркало, отражающее первоначальную и неуспокоенную двойственность души.

В этой, гармонически успокоенной, возбужденной двойственности — весь красочный и фантастический мир Судейкина.

*

Судейкину омерзительна современность, — асфальтовая улица со всей своей очевидной логикой, тусклые лица толпы, пыльные одежды. Его глаз пронизывает, как мираж, забытую господом богом прогорклую суету современности, и по каким-то неуловимым знакам, неясным очертаниям творит яркую и радостную жизнь в одеждах прошлого. Вот первое сочетание двойственности: Судейкин весь в прошлом, но он весь живой, радостный, реальный. В нем нет ни капли сладкого яда меланхолии. Современность подсовывает ему асфальтового, прогорклого от скуки, черта, и он пишет с него пышную, веселую девку в кокошнике и сарафане, и чувствуешь: она жива, она среди нас, — нужна лишь творческая воля, чтобы, преодолев пыльную завесу современности, снова войти в росистый сад господа бога.

*

Судейкин — подчеркнуто русский художник. В нем очень выявлена та особая черта, которая простому глазу кажется насмешкой над самим собой: нарисует, например, человек от всей своей душевной взволнованности картину и под конец, где-нибудь сбоку, усмехнется, нарочно покажет кукиш, — всё, мол, это нарочно… всё, мол, это пустячки.

Черта эта — стыдливость, или юродство, или лукавство, или, быть может, еще не осознанный инстинкт, — лежит в самой основе русского человека. В его жилах текут две крови: прозрачная — кровь Запада и дымная — азиатская кровь. Еще не умом, но кровью русский человек знает больше, чем человек Запада, но инстинкт его до времени велит охранять это знание крови. Отсюда — лукавство, заслоночки в тех местах, где — вот-вот откроется провал в вечность, отсюда — юродивое бормотанье Достоевского, отсюда — хитрый, раскосый глаз в уголку каждой картины Судейкина.

*

Три периода жизни Судейкина, — он родился в старинной усадьбе Смоленской губернии, юношеские годы провел в Москве, зрелые в Петербурге, — обусловили три основных грани его творчества: романтическую поэзию, реализм и изысканность.

Старинная помещичья усадьба насытила его душу очарованием: волнистых полей, покрытых хлебами и пятнами мирно пасущейся скотины; проселочной дороги, по которой вдали, в облачке пыли, скачет в бричке отставной штабс-ротмистр, спеша куда-нибудь в гости; зеленым сумраком рощи, где босоногие красавицы в цветных сарафанах водят хоровод, а барин с трубкой под дубом глядит на них, ласковых, сильных, пугливых, и не наглядится…

Москва раскрыла ему веселую, полнокровную, живую реальность. До ближайших к нам лет Москва не поддавалась унынию асфальтового черта: трамваи, семиэтажные дома, автомобили и пр. лишь увеличивали ее полнокровие. Никакими усилиями из этой развеселой деревни нельзя было сделать индустриальный, унылый город. Лихач с непомерным, ваточным задом запускал злого жеребца прямо с Тверской в переулки, на Живодерку, в такие места, которые могли переварить какую угодно логику, какое угодно уныние. Однажды Судейкин рассказал мне о том, как он пировал за Москвой-рекой, где-то в Девкином переулке, на купеческой свадьбе, — сам Островский крякнул бы от удовольствия, слушая этот рассказ.

Лет пятнадцать тому назад в самом разгаре был петербургский художественный период, выраженный в формуле: «Искусство для искусства». Формула эта была страшна и гибельна для малокровных, для творцов без сильного запаса творчества: у них она вырождалась в чистый эстетизм, в кружковщину. Но Судейкин приехал тогда в Петербург с такими залежами творчества, что эстетическая формула была для него лишь благодетельна: она организовала его талант и придала ему высшее очарование. Судейкин сразу же вышел на европейскую арену.

С. Судейкин "Бульварчик".

С. Судейкин «Бульварчик».

*

Судейкин соединяет в себе два извечных противоречия, две культуры: Восток и Запад. Давнишний спор о путях русского искусства дает, в лице Судейкина, сильный перевес тем, кто утверждает, что культурная миссия России в соединении двух миров, Востока и Запада, двух враждебных и каждого в отдельности несовершенных миров, влекущихся и не могущих постигнуть друг друга, как два начала — мужское и женское. Россия — их мучительное слияние. Россия сегодняшнего дня — исступленные, кровавые судороги двух слившихся, наконец, миров. Россия будущего — благодать изобилия, цветение земли, мировая тишина. Русскому искусству — венец на пиру. 

Алексей Николаевич Толстой.«Жар-Птица» № 1, 1921 г.

lanterne.ru